Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Экспедиции

Затерянный мир Русской Арктики

Текст: Мария Фролова
04 июня 2021
SZ19_1079_Vladimir Melnik.jpg
Научно-исследовательское судно «Профессор Молчанов» прокладывает путь среди льдов.
Фото: Владимир Мельник
Panoramic_SZ_014.jpg
Фьорд Матусевича в заливе моря Лаптевых, остров Октябрьской Революции. Длина фьорда около 60, а ширина до 12 с половиной километров.
Фото: Андрей Каменев
DJI_0504.jpg
Мыс Ватутина, Остров Октябрьской Революции. Здание советской полярной станции, открытой в 1957 году и закрытой в 1990-м.
Фото: Андрей Каменев
Архипелаг Северная земля – пустынный уголок Арктики. Так считалось еще недавно. Новая экспедиция установила: острова и море вокруг них полны жизни.
National Geographic Россия №210, июнь 2021

National Geographic Россия №210, июнь 2021

Читать этот номер

Из-за скалистого мыса выглянула серая крыша. Потом показался и сам домик с маленькими окнами, рядом неплохо сохранившаяся баня, виднелись останки фундамента – сарай, где когда-то хранили уголь. Мыс Оловянный, остров Октябрьской Революции, крупнейший в архипелаге Северная земля.

На сколько хватает взгляда – темные скалы, покрытые мхами и лишайниками, снег. В 1935 году сюда, на кусок суши, затерявшийся среди айсбергов и ледников, впервые прибыли четверо советских полярников под руководством Эрнеста Кренкеля: они возвели строения, остались на две зимы, чтобы провести наблюдения. Станция перестала работать еще в 1940-м году, и вот в наши дни маленькая группа российских ученых вошла в двойные двери старого сруба. «Мы отработали на берегу, собрали образцы. А потом падающую с неба морось сменил ледяной дождь, задул пронизывающий ветер. Старый домик укрыл нас от непогоды, как когда-то укрывал полярников. Вся группа столпилась внутри», – вспоминает Федор Романенко, ведущий научный сотрудник кафедры геоморфологии и палеогеографии географического факультета МГУ.

Здесь многое как прежде. Вот кирпичная печка, где Кренкель, взяв на себя обязанности повара, готовил своей команде еду. Рядом с печкой – деревянный стол, который сколотил его напарник Борис Кремер. Федор Романенко, оказавшийся в доме 80 лет спустя, рассказывает: «На столе разбросаны шахматные фигурки. Представляете, те самые шахматы с фотографии 1935 года: “Кренкель и Кремер играют в шахматы”! Она обошла, кажется, все советские газеты».

DJI_0004.jpg
Полярная станция «Мыс Оловянный» на острове Октябрьской Революции расположена фактически на стыке двух морей: Карского и Лаптевых.
Фото: Андрей Каменев
_DSC7152.jpg
Геоморфолог Федор Романенко на борту «Профессора Молчанова» изучает старые журналы метеонаблюдений; ученые забрали их с заброшенной станции на острове Малый Таймыр
Фото: Андрей Каменев
EP_06_pr1976_05.jpg
Эрнст Кренкель (слева) и Борис Кремер за шахматами. Мыс Оловянный. 1935 год.

Героические советские исследователи, полярные станции, открывающиеся в самых труднодоступных местах Арктики, – в 1990-х от всего этого остались лишь воспоминания. Станции закрывались одна за другой, экспедиции почти прекратились. В последние годы все изменилось. Потепление климата заставляет таять арктические льды, открывая новые возможности для людей в этих суровых местах. Горят в полярной ночи огни огромного «Ямал СПГ» – возведенного несколько лет назад на вечной мерзлоте самого северного завода по добыче сжиженного природного газа. Гудят огромные танкеры, заходя по Карскому морю в арктический порт Сабетта. Норвежская вышка «Голиаф», появившаяся не так давно в Баренцевом море, качает нефть. В Арктике, оказалось, есть за что конкурировать и бороться: по некоторым подсчетам, здесь сосредоточено до 20 процентов всех мировых запасов нефти и природного газа. Этот регион снова в центре внимания, и, что очень важно, в наши дни здесь появляются не только промышленные компании и военные – сюда снова возвращаются ученые, чтобы исследовать места, о которых мы так мало знаем.

Почти забытая в наши дни Северная земля – четыре больших острова и множество мелких: российский архипелаг по площади превосходит Бельгию. К северу от полуострова Таймыр на границе Карского моря и моря Лаптевых Северную Землю в 1913 году открыла экспедиция Бориса Вилькицкого, и это было последнее крупное географическое открытие на планете. Архипелаг, найденный поздно и оказавшийся труднодоступным – расположен среди айсбергов, – очень долго оставался одним из самых малоизученных регионов.

Screen Shot 2021-06-03 at 22.37.28.png

Здесь с 2013 года круглогодично работает научная станция Арктического научно-исследовательского института, но комплексных исследований до сих пор не проводилось. И вот в 2019-м сюда впервые за все годы прибыла крупная российская экспедиция, специально, чтобы исследовать морскую прибрежную экосистему. Обследовав часть островов, ученые выяснили: эти места вовсе не такие безжизненные и пустынные, как считалось ранее. На Северной Земле на самом деле кипит жизнь.

Научно-исследовательское судно «Профессор Молчанов» выдвинулось в путь в конце лета, когда море по максимуму освобождается от льда, а погода на островах не так сурова: под ногами – все та же вечная мерзлота, но воздух может прогреться до рекордных +6 °C. На борту 22 российских ученых – географы, орнитологи, энтомологи, гидробиологи, водолазы.

На капитанском мостике Сергей Хохлов, во время этой экспедиции ему приходилось решать очень непростые задачи: например, лавировать между гигантскими ледяными обломками, вести судно среди огромных, размером с девятиэтажный дом, айсбергов. «Айсбергов в таком количестве, как на Северной Земле, я не видел никогда. Это сплошная ледовая масса, между ними судно идет, как по узкому коридору. Как только была возможность, мы подходили к берегу, высаживали наших ученых. Опасностей много – судно может зажать льдами, забить ветром в бухту. Работа на грани: без опыта и чутья тут не справиться», – рассказывает Сергей.

image0.jpg
Мыс Берга, остров Октябрьской Революции. Именно здесь 4 сентября 1913 года высадились первооткрыватели Северной Земли – команда ледоколов «Таймыр» и «Вайгач».
Фото: Андрей Каменев
_DSC6838.jpg
Владимир Мельник – полевой ассистент, главный специалист по обеспечению безопасности жизнедеятельности и фотограф экспедиции.
Фото: Андрей Каменев

За 35 дней экспедиции ученые 18 раз высадились на 9 островах архипелага. Острова – это каменисто-глинистая пустошь, много голого грунта и скал. Пейзаж Северной Земли по-своему притягателен – спокоен, огромен и величествен.

«Меня больше всего впечатлили марсианские ландшафты острова Комсомолец – красноцветные глины, гипсы, кальциты. Мы обнаружили очень много древних раковин, они покрывалом лежали почти на всех склонах и равнинах», – рассказывает геоморфолог Алиса Баранская. Федор Романенко соглашается: «Северная Земля не похожа ни на один из архипелагов Арктики, а я работал на всех, кроме Канадского Арктического и Гренландии».

Каждый раз, когда ученым нужно было попасть на берег, матросы спускали на воду надувные лодки, на них по трапу спускались исследователи. На берегу, прежде чем отправиться каждый по своим делам, ученые оставляли аварийный запас – бочки, где лежали вещи на случай экстремальной ситуации: палатки, спальники, что-то из продуктов. (Мало ли, что может случиться – резко ухудшится погода, судно не сможет забрать пассажиров, и придется провести на острове несколько дней.) На случай встречи с медведем ученых, как правило, сопровождали вооруженные полевые ассистенты, кроме того, у всех членов группы был с собой запас пиротехники, чтобы отпугивать хищников.

Обследовав острова, под водой у берега и на суше, среди каменисто-глинистых пустошей и снега российские ученые сделали множество удивительных открытий.

_DSC5741.jpg
Крючкорог шероховатый в зарослях красных и бурых водорослей.
Фото: Андрей Каменев
SZ19_0126_Vladimir Melnik.jpg
Северная Земля небогата растительностью. Маршрутные работы по островам сопровождались сбором растений, грибов, микроорганизмов.
Фото: Владимир Мельник
DJI_0052.jpg
Атлантические моржи на льдине. Исследователи говорят о достаточной кормовой базе для этих крупных животных, основной рацион которых – донные беспозвоночные.
Фото: Андрей Каменев
VJ6A3336.jpg
Стадо арктических белых китов – белух в акватории острова Пионер.
Фото: Андрей Каменев

«Оказалось, что это край населен намного больше, чем мы предполагали ранее», – рассказывает руководитель экспедиции, биолог Мария Гаврило. Водолазы обнаружили удивительно богатый подводный мир там, где считалось, что все живое истерто прибрежными льдами и айсбергами. «Повсюду были заросли морской капусты – ламинарии, которые образовывали местами настоящие подводные леса, так называемые келпы. Раньше считалось: из-за слишком суровых условий этот водорослевый тип сообществ на Северной Земле отсутствует. То, что мы ламинарию там обнаружили, действительно открытие, поскольку на поясе из водорослей, окружающих острова, завязана остальная жизнь архипелага. В зарослях живут беспозвоночные, которыми, в свою очередь, кормятся арктические рыбы, а тех едят птицы».

Орнитологи обнаружили на Северной Земле виды птиц, которых в середине прошлого века в этих местах вообще не регистрировали. Лет 20 назад эти пернатые если и стали попадаться, то крайне редко. Прибыв же на острова в 2019 году, ученые выяснили, что многие «гости» прекрасно освоились на Северной Земле. К примеру, во время экспедиции орнитологи наблюдали обыкновенную гагу, и выяснилось, что этот вид, который появился на архипелаге только в 1990-х, в наши дни широко распространен по островам – гнездится на самом севере.

«Обыкновенную гагу привлекают водорослевые заросли, где среди ламинарий птица собирает донных беспозвоночных», – поясняет Мария Гаврило. Гагами мир пернатых на острове не ограничивается. Например, ученые наблюдали здесь миграционную стоянку куликов-плавунчиков, которые прилетают на Северную Землю отъедаться перед зимовкой.

«Поразили нас и большие скопления средних поморников, – продолжает рассказ Мария. – Эти птицы обычно гнездятся в материковых тундрах, а на север летят в конце лета, чтобы откормиться на богатых скоплениях сайки перед миграцией через экватор в моря Южного полушария. Скопления поморников (мы их наблюдали сотнями) – хороший индикатор кормного моря. Во время экспедиции на Северную Землю в 1985 году за все время я видела лишь пару десятков этих птиц».

Энтомологов ждали свои открытия – они обнаружили на острове Комсомолец личинку мошки, необычное существо для этих мест. Как поясняют ученые, в районах, где теплокровных животных мало, кровососущих насекомых обычно тоже не отыскать. Найденная мошка – первый случай регистрации семейства мошек на Северной Земле.
Из наземных млекопитающих, как рассказывает Мария Гаврило, на островах Северной Земли живут северные олени, песцы, копытные лемминги и, конечно, белые медведи.

BO8A5493.jpg
Андрей Каменев Все встреченные экспедицией белые медведи были хорошо упитанны, настроены миролюбиво и не склонны к контактам с человеком.
«Белые медведи здесь упитанные, не сравнить с другими регионами – шерсть лоснится, а это важный показатель здоровья у млекопитающих. Сразу видно, что живется мишкам на Северной Земле очень неплохо. В целом причины такого расцвета экосистемы понятны: в середине прошлого века она была более депрессивной, слишком много льда, животным сложно выживать. Сейчас же из-за потепления климата условия смягчились, улучшилась кормовая база – льда стало меньше, появился доступ к пище», – поясняет Гаврило.

Как говорит Борис Соловьев, главный координатор проектов по морским охраняемым территориям WWF России, Арктика – один из немногих уголков земли, где природа осталась почти в нетронутом виде. На Северной Земле сегодня сохранились эталонные участки высокоширотной Арктики с многолетними льдами и ледниками, а еще – богатые подводные сообщества, которые существуют благодаря относительно теплым водам, проникающим сюда из Атлантики. По словам ученого, Северная Земля и ее окрестности – важное местообитание арктических видов, имеющих решающее значение для экосистемы. На архипелаге уже есть охраняемая территория – заказник «Североземельский», но, уверен Соловьев, этого мало. «Охраняемая территория сейчас состоит преимущественно из наземных участков, площадь охраняемой акватории всего около 50 тысяч гектаров, в пять раз меньше площади Москвы – в масштабах Арктики очень мало. Недавнее исследование, проведенное с участием более 30 российских ученых, показало: чтобы сохранить морские экосистемы архипелага, акваторию заказника нужно расширять до 20 миллионов гектаров. У нас в России прекрасная система охраняемых территорий на суше, но мы долго не уделяли достаточного внимания сохранению морских экосистем. Однако сейчас, мне кажется, наступил переломный момент: мы начинаем масштабное хозяйственное освоение Арктики, и у нас еще есть шанс сделать это правильно», – говорит Соловьев.

DJI_0021.jpg
Остров Ушакова полностью покрыт ледяным куполом. Экспедиция обнаружила, что с острова пропала покинутая полярная станция – домики откололись вместе с ледником.
Фото: Андрей Каменев
SZ19_0226_Vladimir Melnik.jpg
Ледник Академии наук на острове Комсомолец – крупнейший по площади на архипелаге.
Фото: Владимир Мельник
DJI_0666.jpg
Айсберги у Краснофлотских островов. На этих островах биологи проводили наблюдения впервые в истории.
Фото: Андрей Каменев

Северная земля. Останки полярных станций, вечная мерзлота, каменисто-глинистые пустоши, бесконечный снег и айсберги, вздымающиеся до горизонта. Когда-то эти земли считались безжизненными, но сегодня здесь, кажется, все потихоньку меняется.

Федор Романенко рассказывает: «Когда на Северной Земле прекращается ветер и наступает штиль – именно этот момент и можно назвать улыбкой Арктики. Любой полярник, который работал в Арктике, знает это состояние природы. И в эти минуты совсем не хочется возвращаться на корабль».

Panoramic_SZ_004.jpg
Андрей Каменев Залив Ахматова, остров Большевик. На снимке виднеется гора Звездина.
рекомендации
Карта, Россия

Открой свою Россию: какое направление признали «Маршрутом ярких впечатлений»

Древний храм

Маршрут построен: музейные истории за границами столиц

Снег, снежинка, холод

10 мест России для лучшего зимнего отдыха

Новогодняя елка, рождественская елка, Рождество, Новый год, ель

Разделяй и празднуй: насколько экологичны ваши праздничные привычки?