Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Экспедиция «9 Легенд Русского Севера»
Спелеология

Как выжить во время ударного паводка в самой глубокой пещере мира? Вспоминает фотограф National Geographic

Робби Шоун
25 августа 2020
STOCK_365S-18_180914_325.jpg
Павел Демидов выбирается из донного сифона пещеры имени Александра Веревкина
Фото: Робби Шоун
История, произошедшая во время спуска команды опытных российских спелеологов и фотографа Робби Шоуна в пещеру Веревкина в Абхазии

16 сентября 2018 года, едва мы приступили к завтраку, нас вызвали по проводной связи. Надвигался ударный паводок: у нас оставалось 30 минут.

Мы с ассистентом Джеффом Уэйдом находились на глубине 2100 метров вместе с высококлассными российскими специалистами, командой спелео-клуба «Перово-Спелео». Последние 11 дней мы провели в пещере имени Александра Веревкина в Абхазии. Двумя днями ранее я сфотографировал руководителя экспедиции Павла Демидова, когда он выбирался из донного сифона — глубочайшей точки самой глубокой пещеры в мире.

Ударные паводки начинаются, когда скопившаяся вода внезапно бьет изо всех щелей. Такое часто случается в пещерах, поэтому поначалу мы не придали новости значения (а позже узнали, что наверху неделю шли дожди). Наша восьмиместная палатка находилась в боковом ходу на полпути из колодца. Посчитав, что останемся в стороне от основного потока, мы продолжили завтракать…

Я никогда не забуду этот звук. Было такое чувство, что в наш лагерь вот-вот врежется товарняк. Гул нарастал, все, замерев в изумлении, смотрели в глубь пещеры, гадая, что же появится из темноты. И вдруг прямо рядом с нами обрушился огромный поток воды, уносясь глубоко в колодец. Мы решили подождать и посмотреть, что будет дальше – иногда такие паводки быстро проходят.

Через пару часов один из российских спелеологов, Петр Любимов, заметил бурление воды в глубокой щели на границе лагеря, где мы чистили зубы. Павел с Андреем Шуваловым ушли проверять воду на более глубоких уровнях.

Вскоре после их ухода Петр снова осмотрел щель. Он вернулся сам не свой, и мы все поняли: там было полно воды, и она прибывала. Нужно было действовать, и как можно быстрее. В лагере мы носили флисовые комбинезоны. На них наспех накинули гидрокостюмы «сухого» типа, комбинезон из кордуры и обвязку. Спелеологи привыкли к такой амуниции и оделись быстро, а мы с Джеффом запаниковали и пришлось помогать друг другу влезать в гидрокостюмы. Мое оборудование было разложено по лагерю. Я вытащил карты памяти из камеры, упаковал их в непромокаемый пакет и спрятал в нагрудный карман, а все остальное бросил как есть.

Теперь вода бурлила в каждой щели вокруг лагеря. «Сейчас же уходим!» — сказал я Джеффу.

Мы поторопились обогнуть траверсом 15-метровый провал, который теперь превратился в озеро.Мы шли всего в метре от воды. Я повернулся к Петру и крикнул: «Давай срочно эвакуировать лагерь!».

Он ответил, что подождет Павла и Андрея, а я подумал, что больше никогда его не увижу.

STOCK_365S-18_180912_294.jpg
Робби Шоун Спелеологи спускаются в грот на нижнем уровне пещеры Веревкина. Во время паводка его полностью затопит.

С помощью жумаров мы выбирались из колодца, куда обрушились мощные потоки. Не знаю, чего я боялся больше: воды, поднимавшейся снизу, или потока, который низвергался сверху. Мы прижимали подбородки к груди, чтобы можно было дышать в небольшое отверстие под передней частью каски. Каждый сантиметр давался с огромным трудом, а нам нужно было подняться на 180 метров.

Я был впереди всех. Если бы я не смог пройти какое-либо препятствие, то люди позади меня застряли бы, не имея возможности подняться, а уровень воды так бы и рос. Я запаниковал и стал карабкаться так быстро, что потерял Джеффа из виду. И тут услышал позади рассерженный окрик. Джефф кричал, чтобы я поднимался помедленнее, и я испытал облегчение, услышав его голос. В конце концов мы добрались до временного лагеря в боковом ходу, где можно было в безопасности переждать паводок.

Вот появился первый спелеолог. Мы спросили, видел ли он остальных, — ответ был отрицательный. Мы подумали, что они погибли, но вслух ничего не сказали. Добрались до следующего лагеря и стали ждать. Начали появляться остальные. Они умудрились захватить спальные мешки и плитку. Выжили все, но Петр сильно повредил колено.

Мы не могли влезть выше: дорога пролегала через водопад, уводивший нас в узкий горизонтальный лаз (полусифон), который мог быть полностью затоплен. Пришлось 16 часов ждать в западне: вода внизу и непроходимая стена воды наверху. Российские спелеологи почувствовали себя в относительной безопасности и вскоре уже пересмеивались в палатке. Мы с Джеффом выбрались наружу, посмотреть, не поднялась ли вода.

В конце концов паводок прекратился. Мы с Джеффом сопроводили раненого Петра в следующий лагерь. Остальные пошли обратно вниз — поискать вещи. Вскоре они вернулись с моей камерой и треногой, но сказали, что один из водонепроницаемых контейнеров вдавило в свод пещеры.

До поверхности мы добрались через четыре дня — поодиночке. После похода в пещеру обычно мои чувства обостряются: запахи становятся сильнее, цвета ярче, звуки четче. Однако в этот раз все чувства будто притупились. Я ощущал себя призраком, видевшим свою жизнь со стороны. И в то же время я еще никогда не испытывал такого облегчения. Помню, как кроваво-красная луна тонула в горизонте Черного моря.

Год спустя Павел и спелеолог Костя Зверев навестили меня в Инсбруке. Они попросили меня закрыть глаза. Открыв их снова, на своем кухонном столе я увидел забытое в пещере оборудование.

Screenshot 2020-08-25 at 11.56.20.png

От редакции «National Geographic Россия»

Этот материал вошел в сентябрьский номер нашего журнала. Nat-geo.ru публикует его сегодня, 25 августа, после страшной новости о том, что 23 августа Павел Демидов погиб во время экспедиции в одну из абхазских пещер. Выражаем свои соболезнования его семье и друзьям.

рекомендации
Telegram

А вы знаете, что у нас есть канал в Телеграме? Подписывайтесь!

Замок

Недикий Запад: путешествие по русской Прибалтике

Вопросительный знак, вопрос

Как могли бы выглядеть объекты всемирного наследия ЮНЕСКО, если бы их восстановили