Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
National Geographic №195, декабрь 2019
National Geographic Traveler №72, ноябрь 2019 – январь 2020
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Болота

Текст: Мария Кожевникова
26 апреля 2011
/upload/iblock/2f4/2f41ce68a26f7fd048099144169f0086.jpg
На территории современных болот когда-то лежал ледник. Затем он ушёл, оставив после себя озера. Со временем озера превратились в болота, и открытыми водоёмами остались лишь самые глубокие их участники.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/698/69809fdbf9ce2994ef049f3d46d4a822.jpg
После как минимум полутора тысяч лет упорного освоения топей люди оставили Полистовский край. На бывших пашнях сегодня шумят берёзы. Через сотню лет их сменят «коренные жители» - ель, дуб и липа…
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/ebc/ebce97ce68004451fcc0571be35a4488.jpg
Сфагновые мхи безраздельно господствуют на огромных пространствах верховых болот, покрывая их сплошным ковром. Способность удерживать воду и выделять бактерицидные кислоты позволяют мхам Полистовского края снабжать Балтику чистой водой.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/46e/46ec2281b0e8c179d4e6709abee42775.jpg
Хищник канюк. Полистовские болота – рай для орнитолога. Около 15 процентов гнездящихся в заповеднике видов птиц – в Красной книге России.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/6a7/6a72a4c8ae1aacefbb5fbe5dbccbc18a.jpg
Весной в заболоченных лесах просыпается тритон. Он начинает неспешное путешествие в оттаявшие озерки.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/b44/b44580014bdbecac4b50c2f83fe76ae8.jpg
Белый аист – синатропный вид, спутник человека. Люди, возделывая землю, обеспечивают аистов питанием.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/3e1/3e1b6721030b9cfd774e8742a362e079.jpg
Голубянки – массовый вид бабочек Полистовского заповедника. В жаркие дни они большими группами собираются на влажных участках почвы для пополнения запаса минеральных веществ, необходимых для размножения.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/5c4/5c4b0d1d320ee4b5e6d736c6de9b651e.jpg
Одна из самых ароматных северных орхидей, Любка двулистная, широко распространена на окраинах здешних болот. Название объяснятся просто: в Средневековье из этой орхидеи частенько делали притворные зелья.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/c1f/c1fddc5fad0cfb2dfe41db9eed9ad49e.jpg
Некоторые растения верховых болот, испытывая острую нехватку питательных веществ, добывают недостающее из насекомых. Росянка длиннолистная привлекает насекомых блестящими капельками, к которым жертвы приклеиваются.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/3a1/3a12f1262ed0f4ba4acf38e91fb3c921.jpg
Огромное количество воды, содержащееся в болотном массиве, смягчает климат Полистовья, приближая его к Прибалтийскому. Летом вода нагревается, а зимой отдаёт тепло – именно поэтому реки заповедника не замерзают даже в сильные морозы.
Фото: Андриан Колотилин
/upload/iblock/de3/de3bf07831994f3bccc3eb39ce14efe8.jpg
Одна из главных водных Полистово-Ловатской болотистой системы, река Полисть, собирает воду с западной части болотного массива. Протекая по очень ровной поверхности земли, она образует бесчисленные изгибы – меандры.
Фото: Андриан Колотилин
Трудно поверить, что болота называют "легкими планеты". А между тем топи гигантского Полистовского заповедника успешно справляются с этой ролью.
Чернозобая гагара, птица размером с гуся, выглядит строго и элегантно – черный верх, белый низ, и еще стильные белые крапинки и вертикальные полосочки. Ни дать ни взять конферансье на выступлении академического хора. Вот только ни ходить, ни даже стоять конферансье не умеет. Лапы у гагары так сильно смещены к задней части тела, что птица, отлично ныряя и плавая, устоять на своих двоих не может. Обычно эта мелочь особых неудобств не доставляет: гагара и спит, и ест в воде. Но вот когда дело доходит до высиживания яиц, начинаются трудности.
Полистовское болото даже в наше время замерзает раз в 15 лет, а то и реже. Причем старожилы запоминают такие годы как нечто выдающееся.
В этот непростой момент жизни гагаре приходится покорять берег, который должен возвышаться над водой не более чем на 7 сантиметров – иначе его не одолеть. Резкий толчок лапами – и птица, подпрыгнув, вываливается верхней частью тела на спасительную сушу. Отталкивается лапами – и ползет, практически по-пластунски. Одновременно гагара тащит в клюве тростинки и иной материал для создания гнезда, захваченный со дна озера. Проползти таким образом птица сможет не более 20 сантиметров. Куда доползла – там и кладка. Неудивительно, что рыбаки, обходя озеро по кромке, легко могут раздавить ее гнездо. В результате сегодня численность гагар, как и численность других птиц-антрофобов, – пернатых, неспособных мирно сосуществовать с человеком, – стремительно сокращается. Губительно соседство с Homo sapiens и для дупелей, обитателей заливных лугов. Плотненькая коричневая птичка 20 сантиметров росту, с длинным узким клювом наподобие учительской указки, на току словно слепнет и глохнет, и не улетит, даже если дробь вокруг будет десятками косить ее сородичей. Но еще хуже, чем у безобидного и беззащитного дупеля, обстоят дела у беркута – самого крупного из орлов, птицы с размахом крыльев в два с половиной метра. Эта птичка может подхватить бегущую по полю лису и легко, словно мягкую игрушку, отнести ее птенцам в гнездо. Вот только мало кому сегодня удается насладиться этим зрелищем: беркутов в Европе осталось несколько пар, а в Красной книге России они значатся как редкий вид. Последнее убежище для таких пернатых в Европе – труднодоступные глухие верховые болота, подобные тем, что сохранились на северо-западе России. Тропы моховиков. Полистовский заповедник, расположенный на границе Псковской и Новгородской областей, на востоке граничит с заповедником Рдейским – своим братом-близнецом. «Близнецы» были созданы с целью сохранить крупнейшую болотную систему Европы – Полистово-Ловатскую в 1994 году. С запада Полистовский соседствует с одним из символов края – огромным озером Полисто. Бескрайняя дрожащая под ногами Полистовская топь кажется непроходимой – и диву даешься, узнавая, насколько плотно когда-то были заселены эти места. По реке Полисти проходили викинги, облагавшие данью жителей приболотных поселений: славян и финно-угров. Память об этих временах осталась в названиях некоторых деревень, таких как Веряжа. Сюда, в глухие топи, бежали псковичи и новгородцы, спасаясь от опричников Ивана Грозного. Ведь, как еще ранее писал летописец, «земля же их (...) Новгородцкая озеры и болоты велми наводнена, и того ради в летнеи године рать на них конная (...) не бывала». А уж Полистовские болота рать конная не любила не только в «летнеи године» (летом) – зимой здесь тоже было опасно, так как это бескрайнее болото даже в наше время замерзает раз в 15 лет, а то и реже. Причем старожилы запоминают такие годы как нечто выдающееся. Но все-таки даже огромная, незамерзающая топь не могла гарантировать полную безопасность пришлому люду. Известно, что в XV веке по границе болота стояло 50 деревень – более 1400 дворов, – а в XVI веке после вторжения польского короля Стефана Батория край почти обезлюдел. До Стефана нападали литовцы, оставшиеся в местных сказаниях грозным мифическим врагом Литвой. Впрочем, сколько раз край безлюдел в стародавние времена – столько и заселялся заново. Но вот в ХХ веке жители, покидавшие приболотные поселения, перестали возвращаться. А причин покидать их было немало: Гражданская война, коллективизация, Великая Отечественная и уничтожение «партизанского края», затем укрупнение… От 64 приболотных поселений начала прошлого века сегодня остались пять угасающих деревушек и поселок. На берегу озера Полисто в деревне Ручьи живут четверо стариков, которых от дороги отделяют 30 километров. Продукты им летом по воде при случае подвозят рыбаки или сотрудники заповедника. А вот зимой из Ручьев до магазина не добраться, спасают последних «людей болот» рыбалка и натуральное хозяйство. Предков этих людей называли «моховиками». Жизнь их была своеобразна – болото одновременно и пугало, и снабжало едой, чистой водой, горючим материалом – торфом. Моховики верили, что от врагов их сберегут кикиморы и их дети – лесавки, по преданиям, стерегущие все подходы к болоту. Вообще преданий, связанных с болотами, в России немало. Неудивительно, учитывая, что болотные угодья занимают почти четверть нашей страны – 22 процента. Но при этом мы почти ничего не знаем о жизни, которая протекает на этой территории. Человеку непосвященному покажется, что все топи – «на одно лицо». На самом деле, как знали моховики, «лица» у всех разные. Низинные – всего вдоволь. Говоря в целом, любое болото – это совокупность трех составляющих: торфа, воды и растений. От их соотношения и зависит тип болота. Те, в которых слой торфа неглубок, называют низинными болотами. Именуются они так не оттого, что располагаются в низинах (хотя именно там они и располагаются: близ рек, озер и родников). Дело в «питании снизу» – грунтовые воды щедро пополняют такие болота влагой, кислородом и минеральными веществами.
Человеку непосвященному покажется, что все топи – «на одно лицо». На самом деле «лица» у всех разные.
Низинные болота разнообразны. Слегка заболоченные рощи черной ольхи – разлапистых черноствольных деревьев с причудливо изогнутыми корнями, словно вставших на цыпочки на маленьких бугорках в отчаянной надежде вырваться из воды, – сменяют заросли высокой травы и бледно-желтых ирисов, там и тут разреженные ивами. Заболоченные берега и дельты рек, камыши, заливные луга по весне и осени – это тоже низинные болота. В Полистовском заповеднике низинные также представлены бескрайними зарослями хвощей, чьи жесткие, острые, упрямо тянущиеся к небу стебли столь богаты кремнием, что когда-то их массово поставляли в лучшие косметические салоны Европы. В салонах хвощи использовали как пилочки для ногтей. Все это разнотравье и разнодеревье, отмирая, в кислородной, богатой бактериями среде разлагается почти полностью – за исключением самых неподатливых экземпляров – вроде хвощей. Из них и образуется слой торфа – трясина, в которую так легко провалиться. Впрочем, толщина торфяного слоя в низинном болоте не превышает метра. А вот если трава становится ниже, деревья попадаются все реже, а между травами то тут, то там возникают низенькие очаги мха-сфагнума – это тревожный звоночек для путника. Болото стало более глубоким – переходным. Вахта на вахте. Болото превращается в переходное, когда проточность вод в нем по каким-то причинам ухудшается. Соответственно, снижается количество минеральных веществ и кислорода, которые прежде доставляли грунтовые притоки. Из-за недостатка питательных веществ деревья и травы постепенно вытесняют менее прихотливые к питанию жильцы, в первую очередь сфагновые мхи. Из-за отсутствия кислорода органика в болоте перестает разлагаться, и толщина торфяного слоя быстро растет – в свою очередь, еще больше отделяя корни растений от богатого минералами дна. Другой сигнал тревоги для путника – трехлистные растения, похожие на крупный клевер. За круглосуточное несение дежурства на опасной границе это растение назвали вахтой. Появление темно-коричневого мха-сфагнума, из отдельных группок превратившегося в сплошной покров, подтверждает, что болото стало еще более глубоким – верховым. Верховые – война без правил. Верховое болото называют так потому, что питаться ему остается лишь влагой сверху: дождем и снегом, бедными на минеральные вещества. Туго в водах верховых болот и с кислородом: он, конечно, содержится в осадках, но остается на поверхности, на мхах, и вниз, в слои торфа, почти не проникает. Растительность верхового болота небогата – но все-таки не совсем уж однообразна. Весной радужный ковер из мха разрежен розовыми цветами клюквы, белого мирта и зелеными побегами карликовых, размером с ладонь, березок. Осенью цветы сменяются яркими вкраплениями всевозможных ягод. Но в любое время года этот «ковер» скрывает под собой метры жадной топи, где в очень, мягко говоря, недружественной среде, в холоде, почти без воздуха и минеральных веществ флора ведет жестокую битву за выживание. Здесь каждый приспособился как смог. Скажем, у мха-сфагнума корневой системы нет вообще. Он нарастает сверху каждый год по семь миллиметров, а такая же нижняя часть отмирает, увеличивая толщину слоя торф на один миллиметр. Таким образом, болото поднимается на один метр в высоту за тысячелетие. Другие растения верхового болота научились охотиться и добывать минеральные вещества из насекомых. Симпатичные крохи, росянка и пузырчатка, – безжалостные хищницы. На прикорневой системе пузырчатки есть водяные пузырьки с клапанами. Когда потенциальная жертва касается чувствительных волосков на клапане, тот открывается и затягивает насекомое внутрь вместе с током воды. Росянка избрала другую тактику: на ее листиках располагаются волосинки с клейкими капельками. Жертва приклеивается к капелькам – и кровожадный листик сжимается. Изголодавшиеся деревья способны и на большее. В верховом болоте как-то нашли сосну, корни которой поразительно напоминали контуры человеческого тела. Очевидно, когда-то корни просто оплели погибшего в топях человека и высосали из него все минеральные вещества – «съели» тело. А вот если бы не голодная сосна, тело бы нашли вообще нетронутым – в верховом болоте оно может законсервироваться на тысячи лет. Отсюда, вероятно, и пошли легенды об оживающих в болотах мертвецах. Так, в Британии нашли в верховом болоте тело, состояние которого четко указывало: человек погиб недавно. Возбудили уголовное дело – и путем сложных исследований выяснили, что жертве не менее полутора тысяч лет. Криминалисты даже смогли определить, что именно несчастный ел перед гибелью. И предположили, что утопление было ритуальным: жертву перед гибелью, похоже, отлично покормили. Причина «мумификации» проста: в холоде, в отсутствие кислорода органика плохо разлагается. Кроме того, мох верховых болот – сильный бактерицид, он не дает развиваться даже тем бактериям, которые могут существовать без кислорода. Так что вода из болота почти стерильна, правда, очень кислая. «Когда мы в детстве ходили за ягодами, никто не брал с собой воды, пили прямо из болота», – вспоминает Валентина Иванова, бывшая жительница деревни Веряжа. И взрослые не боялись отпускать их, детей, на верховое болото – уроженцы этих мест умели по нему ходить.
В Британии нашли в верховом болоте тело, состояние которого четко указывало: человек погиб недавно. Возбудили уголовное дело – и путем сложных исследований выяснили, что жертве не менее полутора тысяч лет.
Бойтесь очеретника. «Болото вообще-то не засасывает, – рассказывает об искусстве покорения болота директор заповедника Михаил Яблоков. – То, что лежит под ногами путника, – это каша из торфа и воды в несколько метров глубиной, она недостаточно плотная, чтобы держать вес человека. Но на верховом болоте на некоторой глубине торф плотнее – и ходить по нему не очень трудно. По низинным болотам часто приходится брести почти по пояс в воде – но это тоже не опасно. Из популярных “болотных ужасов” остаются только топи». Топь – разновидность переходного болота, переувлажненный участок с высоким уровнем воды и разжиженным торфом. По топям ходить тоже можно – только надо знать, где именно стоит это делать. Например, у уже известной нам вахты и у шейхцерии – зеленого трубчатого растения с гроздями хорошо заметных осенью, желтовато-зеленых плодов-коробочек, – достаточно мощные корневища, которые сплетаются в сеть на поверхности торфа, а сверху на них нарастает мох. Держит путника именно эта качающаяся под ногами сетка. А вот у очеретника – пучков зеленых травинок с маленькими белыми цветками на концах – слабые корешки. Ни один знакомый с болотом человек не пойдет в очеретниковую топь, образующуюся обычно у истоков рек. Так же, как не пойдет и туда, где есть мочажины – глубокие рвы, заполненные водой и покрытые слоем плавающих мхов. Михаил очеретниковую топь проходил на специально разработанном для болот вездеходе. Широкие гусеницы так распределяют вес, что не только топь выдерживает – вездеход лишь слегка приминает покров, не портя его и даже не оставляя следов. Правда, средняя скорость передвижения на вездеходе – семь километров в час, слишком уж часто «купается» чудо техники. В этом случае, найдя прочную кочку или более плотный участок торфа (обычно, по законам везения, расположенный на глубине где-нибудь «по грудь»), приходится выталкивать механизм. Зато ученым стали доступны отдаленные уголки болота, в которых прежде, возможно, люди и вовсе не бывали. Фильтр Европы. Согласно опросам, среди всех объектов природы самые сильные эмоции у россиян вызывают два водных объекта – море и болото. Только вот море – со знаком плюс, а болото – со знаком минус. Искусствоведы даже подсчитали, что 95 процентов русских произведений искусства, упоминающих болото, создают резко отрицательное отношение к нему. Да и сами слова «болото» и «трясина» обладают в нашем языке массой переносных значений – только вот ни с чем хорошим ни одно из этих значений обычно не связано. Сотрудники заповедника «Полистовский», пытаясь восстановить справедливость, развивают экологический туризм – проводят по территории экскурсии, не наносящие вреда экосистеме. Специальные экотропы на опасных топях вымощены деревянным настилом, который сотрудники собственными силами создавали в течение нескольких лет, когда донося доски на руках, когда подвозя на снегоходах. На прогулках экскурсоводы объясняют, что причина отрицательного отношения к болоту – не только страх, но и отсутствие информации о том, сколь велика его роль для планеты. Так, хотя огромная безлесная гладь верхового болота пустынностью своей временами напоминает Марс – эти пустоши называют «легкими планеты». И это голое пространство заслуживает такого звания – даже больше, чем лес. Да, растения поглощают углекислый газ и выделяют кислород – но после отмирания самих растений поглощенная ими углекислота возвращается в атмосферу. Мы же, добывая и сжигая нефть, газ и каменный уголь, продолжаем извлекать углерод из земли – и количество углекислого газа в атмосфере постоянно растет. А единственная экосистема на планете, противодействующая скоплению СО2 в атмосфере и, соответственно, парниковому эффекту, – верховые болота, в которых углекислый газ возвращается в почву в виде торфа. Впрочем, болота – не только «легкие планеты». Они еще и первоклассный фильтр природных вод. Выбросы вулканов и фабрик, сажа и пыль от пожаров, радиоактивные элементы и тяжелые металлы, ядовитые оксиды азота и серы – все это, попадая с дождями в болото, на выходе из массива превращаются в чистую дистиллированную воду. Торф связывает вредные вещества в нерастворимые соединения и «запирает» их в толще болота. Благодаря этому Полистово-Ловатская болотная система стала самым большим естественным фильтром пресной воды в Европе. А заодно – мощным регулятором климата. Бескрайние воды Полистовья летом нагреваются, слегка охлаждая территорию, а зимой остывают, отдавая тепло. И в итоге климат в Полистовье мягкий, как на прибалтийских берегах, а лето стабильно – болотные водоемы не пересыхают даже в самую жаркую погоду, что защищает территорию от многочисленных в наше время катаклизмов. И наконец, болото – удивительное хранилище. Его недоступные топи сберегают самых редких животных планеты. И накапливают ресурсы: уголь и газ в значительной степени обязаны своим образованием древнему торфу. Настолько они многофукциональны, эти 22 процента территории России.