Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Но есть и хорошие новости!
Природа

Бутылконосые дельфины

Текст: Богдана Ващенко
17 декабря 2014
/upload/iblock/635/6357c94f98f17a127b89bfc26f1b61b4.jpg
Спинной плавник у дельфина уникален, как отпечатки пальцев у человека: двух одинаковых не бывает. Так что по плавнику можно безошибочно отличить одно животное от другого.
Фото: Виктор Лягушкин
/upload/iblock/994/99404c978602a7e5d60ed8fd20e97c28.jpg
Один из приемов из разнообразного охотничьего репертуара афалин: «атака на берег». Дельфин гонит добычу, плывя на боку, а иногда даже переворачивается на спину. Пока нет внятного объяснения, для чего он это делает.
Фото: Виктор Лягушкин
/upload/iblock/47e/47e4e49402a7a74bed05aa79d931df77.jpg
Черноморские афалины отделились от своих сородичей около 10 тысяч лет назад и с тех пор живут обособленно и не скрещиваются даже со средиземноморскими афалинами.
Фото: Виктор Лягушкин
/upload/iblock/ddf/ddfdb6bff4f66766ca8d189aed4adb86.jpg
Согласно данным генетиков, черноморская афалина как подвид начала формироваться практически сразу после образования Черного моря.
Фото: Виктор Лягушкин
/upload/iblock/31b/31b07c3790cc5f655812c038e79ce909.jpg
Глаза дельфина привыкли к подводному сумраку, но неплохо видят и на воздухе. Чтобы солнце не слепило глаза, при ярком свете из верхней части радужной оболочки выдвигается специальный защитный выступ – оперкулум.
Фото: Виктор Лягушкин
Зоологи провели эксперимент: несколько черноморских афалин отправили на «постоянное место жительства» в Израиль, а их детей, родившихся в Красном море, привезли обратно, на Черное.
Краснодарский край. Пасмурным июльским утром мы с фотографом Витей Лягушкиным останавливаемся у ворот Утришской морской станции. Мы проехали полторы тысячи километров, чтобы здесь, в Черном море, приступить к поискам дельфина с необычной судьбой – самки афалины по имени Пашуш. Афалина, или бутылконосый дельфин, – самый распространенный представитель семейства дельфинов. Встретить афалин можно в умеренных и теплых водах Мирового океана почти повсеместно – от Фолклендских островов на юге до побережья Гренландии на севере. В Черном море ситуация особая. Здесь обитает эндемичный подвид афалин – Tursiops truncatus ponticus. В прошлом веке промышленная добыча дельфинов в Черном море шла полным ходом вплоть до запрета промысла Советским Союзом, Болгарией и Румынией в 1966 году, а Турцией – в 1983-м. Еще 30–40 лет назад афалины регулярно гибли в донных сетях. Однако и запрет донного траления не решил проблему – в сетях браконьеров дельфины гибнут по сей день. Обеднение рыбных запасов, ухудшение экологии Черного моря в целом и медленное воспроизводство животных – эти и другие факторы привели к тому, что черноморский подвид афалин числится в Красной книге России и в Международной красной книге в категории EN – «находящийся под угрозой исчезновения». ...Утришская морская станция Института проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова РАН расположена под Анапой. До знаменитого винодельческого хозяйства Абрау-Дюрсо рукой подать. Но вино потом, сначала работа. Виктор Лягушкин собирается сделать дополнительную съемку для книги о дельфинах. Мы готовим ее уже несколько лет вместе с коллективом авторов под руководством Евгения или, как его все называют, Джона Абрамова, старшего тренера Геленджикского дельфинария. Мы заехали за ним в Геленджик, а здесь, на Утришской морской станции, нас встречает старший брат Джона Андрей Абрамов. От него мы узнаем о судьбе афалины с экзотическим еврейским именем Пашуш. «Этой истории без малого четверть века, – говорит Андрей, заваривая кофе. – В 1990 году шесть черноморских афалин “уехали на постоянное проживание” в Израиль в рамках совместного эксперимента Академии Наук СССР и израильских зоологов. Требовалось определить, насколько комфортно черноморские дельфины будут чувствовать себя в море с более высокой соленостью, насколько хорошо и быстро они смогут адаптироваться к новой среде обитания. В случае успешной адаптации маленькая колония могла бы стать базой для разведения черноморских дельфинов. Как раз к началу 1990-х численность популяции афалин сократилась угрожающе, пищи для них в море не хватало». Переселенцы быстро освоились на новом месте – в эко-парке Dolphin Reef в Эйлате. Стали охотиться на красноморскую рыбу, дали потомство. Колония росла, пошли конфликты, и через несколько лет было решено начать «репатриацию» афалин в Черное море. В 1996 году на Утришскую морскую станцию привезли крупного доминантного самца по кличке Дики. Все прошло успешно, и уже через месяц Дики видели у побережья Крыма в компании диких афалин. В 2006-м еще два дельфина, брат и сестра Шанди и Пашуш, были успешно доставлены на Черное море. Как правило, даже после долгого пребывания в неволе дельфины хорошо адаптируются к морю – и пример Дики это лишь подтвердил. Но есть одно условие: выпускать животных в том месте, где они были пойманы. В этом случае велика вероятность, что дельфин найдет свое стадо, легко воспримет соленость и температуру воды, а также знает, как и на каких рыб можно охотиться. На родине Пашуш с братом могли свободно покидать акваторию Dolphin Reef, они умели охотиться и самостоятельно добывать себе пропитание. Но выпустить дельфинов, которые родились и выросли на Красном море, в Черное – это была рискованная задача. «Репатрианты» провели в карантине месяц, пока не стало ясно, что животные здоровы и их можно выпускать. Брат направился в сторону Турции, и его больше никто не видел, а сестру несколько лет наблюдали у северного берега Черного моря. Ее подкармливали рыбаки, но было очевидно, что афалина успешно охотится и сама. Затем Пашуш надолго пропала. Но в этом году дельфиниху видели снова, и именно из-за нее мы и отправились в путь. «Почему вы не поставили на нее маячок? Мы бы знали, где она», – спрашиваю я. Андрей Абрамов улыбается: «Вы знаете, какие десять лет назад были маячки? Огромная штуковина крепилась к спинному плавнику животного на болтах: да-да, делались две дырки в спинном плавнике. Когда болты ржавели, маяк отваливался. Во-первых, это было бы травматично для дельфина, у которого и так большой стресс: новая, незнакомая среда. Во-вторых, мы не знали, примут ли местные «дикари» животное, мало того что незнакомое, так еще и с такой штукой на спине. Поэтому пришлось пожертвовать нашей осведомленностью в пользу того, чтобы у Пашуш с братом было больше шансов приспособиться». Вечером погода портится, ветер усиливается почти до штормового. На следующий день выезжаем на мыс Большой Утриш. Мы приехали чуть раньше положенного: хозяин нашей лодки, улыбчивый татарин Каримыч, объясняет, что дельфины придут кормиться ближе к вечеру, когда к берегу подойдет рыба. Именно Каримыч видел Пашуш неделю назад на Большом Утрише: «Я давно знаю этого дельфина, как не знать! Я еще на тральщике работал, она к нам приходила несколько лет назад. Придет и улыбается! Как она улыбалась! Ну невозможно ей рыбу не дать!» Из-за метки на спинном плавнике – латинской буквы Р, по первой букве имени, – рыбаки прозвали Пашуш Ромкой. Я интересуюсь, как здесь относятся к дельфинам. Говорят, некоторые рыбаки даже стреляют по ним – ведь это их прямые конкуренты. Каримыч морщится: «Дураки потому что. Нормальный рыбак будет с дельфином сотрудничать. Кефаль, например, никогда сама в сеть не пойдет, а афалина может ее туда загнать. Ты только не жадничай, поделись с дельфином уловом». Солнце начинает клониться к горизонту, и мы выходим в море. Идем на то самое место, где Каримыч видел дельфина, но там никого. Каримыч звонит кому-то по сотовому: «Ты где? На шестидесяти? А дельфины есть? Я фотографов везу, им дельфины нужны!» Улыбается нам: «Мы дельфинов обязательно увидим, не сомневайтесь, но что найдем именно Ромку, я вам обещать не могу». Довольно далеко от берега встречаем небольшой тральщик, за которым на значительном расстоянии следуют две стаи: дельфины-белобочки идут мористее, а стая из шести афалин держится ближе к берегу. «Видите, где они ныряют? – обращается к нам Каримыч. – Там мешок с рыбой. Трал большой, в нем обязательно будет несколько дыр, как ни штопай. Из этих дыр, как вода из крана, струйками вытекает рыба. И дельфину ничего не надо делать, только подойти к такой рыбной струе и открыть пасть!» Скоро на судне стали подтягивать трал. Когда мешок с рыбой оказался на борту, белобочки ушли в открытое море, а афалины устремились обратно к Утришу. Мы решили последовать за ними. Нагнав дельфинов, застаем их за охотой. Животные надолго уходят под воду, затем некоторое время отдыхают на поверхности и опять ныряют. В этих нырках явно прослеживается какая-то система. Джон Абрамов объясняет: «Это классический способ, “котел”. Дельфины заныривают с разных сторон, сбивая косяк в плотную массу. Одни держат рыбу, чтобы та не ушла, курсируя от дна до поверхности, сужая коридор и выталкивая добычу вверх. А в это время несколько других дельфинов трапезничают, ныряя в этот “котел”. Потом они меняются местами с загонщиками». Витя Лягушкин просит Каримыча подойти к стае с другой стороны, чтобы сфотографировать дельфинов на фоне закатного солнца, но почему-то наши маневры животным не по душе, они явно стали нас избегать, хотя только что не обращали внимания. «А ведь их так раньше ловили, вот они и насторожились», – замечает Каримыч. Джон не согласен: «Их никто не трогает уже несколько десятков лет, вряд ли они помнят, как их ловили. Другое дело, что изменился звук мотора и направление нашего движения. Афалины предпочитают избегать всего непонятного». Мы оставляем животных в покое и идем к берегу. Джон рассказывает, что на мелях у черноморского побережья матери с детенышами и старые опытные самки собираются в группы, которые называют «детскими садами». Таких много в защищенном от штормов Таманском заливе, где глубина не превышает семи метров и есть рыба для матерей. «А кстати, в той стае, где я видел Ромку, было несколько малышей!» – вспоминает Каримыч. Вот и ответ на вопрос, куда делась наша беглянка. Стая с малышами не может охотиться на глубине, поэтому группа, к которой прибилась Пашуш, охотилась на мелких банках у берега. Из-за шторма рыба ушла на глубину, и матери с детенышами отправились искать новое место. Получается, мы немного опоздали. Но это не повод расстраиваться: нам посчастливилось не только встретить черноморских афалин, но и понаблюдать за ними в дикой природе. В последние годы опросы моряков показывают: афалин в акватории Черного моря становится все больше. Возможно, у этих замечательных животных есть шанс покинуть Красную книгу.
рекомендации
Дрезден

Отправь другу открытку из Германии!

Звезда

Книга «Быть дельфином» увидела свет благодаря читателям National Geographic

Звезда

Спящие на волнах

Собака

Чемоданчик для путешествия c животным — что берем с собой?

Топор

Чем занимается эксперт по выживанию? Узнайте в нашем проекте с OneBlade!