Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Горонгоса

Текст: Эдвард О. Уилсон
27 июня 2013
/upload/iblock/4da/4da0bfd90e8b4f963f18b369f5677026.jpg
Вырубки и остатки тропического леса обрамляют водопад Вандузи на восточном склоне горы Горонгоса. Ее окрестности присоединили к национальному парку в 2010 году, но здесь все еще живут тысячи людей. «Многие вырубают лес для того, чтобы греться и готовить еду, - говорит Джоул Сартури, - и практикуют подсечно-огневое земледелие». Филантроп Грег Карр спонсирует работы по восстановлению парка.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/e9a/e9a7a395683c907e1cfc1d896358e676.jpg
Сотрудники парка прилетели на отдаленный склон горы на вертолете. Чтобы защитить африканского буйвола, вновь разведенного в Горонгосе, и других диких животных, парк нанял охранников для патрулирования и предотвращения браконьерства. Фонд Карра выделил 40 миллионов долларов на восстановление резервата, который некогда был одним из первых в мире по количеству видов крупных животных.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/447/4477b87b7f2c408d275c2e8930e4e5ec.jpg
Мыши рода Mastomys, пойманные во время биоблица, кажется, задумали побег. На самом деле двое из них ушмыгнули в высокую траву до того, как Джоэл Сартури успел сделать эту фотографию. «Местные детишки убежали в поле и принесли мышей буквально через минуту», - вспоминает Сартури. Жители горы Горонгоса охотятся на грызунов и едят их.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/975/9759e26f17ed02192c35211faa8cdabb.jpg
Ангольские астрильды, бодрствующие или дремлющие, частенько встречаются на сухих, поросших травой и кустарником равнинах Горонгосы. На сегодняшний день в парке обнаружено около 400 видов птиц.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/85e/85eb74d3c24a1087df457c3e438fd48a.jpg
Старательские артели, получив разрешение правительства, роют землю в поисках золота. Они копают примерно в километре от границ национального парка Горонгоса, но уже в пределах площади питающего его водосбора.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/c5b/c5bfddff31e4e011636161e3e77c12b6.jpg
Лягушка (Amietia angolensis).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/fa1/fa1b1428ca02d9379834b39826c8ae00.jpg
Кузнечик (Enyaliopsis petersi).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/96d/96d9b84e6e9cf8b1ce2c763836b68c2f.jpg
Пресноводный краб (Potamonautes sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/117/1175f0800ec126f55b464950e1a3af0d.jpg
Пчела-плотник (Xylocopa sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/49d/49d56bdab23eec135af663248576ea1a.jpg
Летучая мышь складчатогуб (Tadaria sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/f7c/f7c672e363149f2627ebee0cb7c6ad59.jpg
Кивсяк.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/908/90862eb8c1cc4e0b073531d78a58dc4e.jpg
Акрида (Acrida sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/225/22540eb6fa29fa90211b04ee93fc61bd.jpg
Паук-бабуин (Augacephalus Sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/292/292c9f416dd41b57c95112af382c3adc.jpg
Очковый ткач (Ploceus ocularis).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/364/364b9ffc7b5ba02fa29e5d8b8a2f7793.jpg
Жук-вертячка (Dineutes Sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/df1/df141280987b29902b6b4aaf8749cf7c.jpg
Лопастеносный хамелеон (Chamaeleo dilepis).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/5e6/5e6daed349b50469fecf1069d398040a.jpg
Кузнечик (Zabalius ophthalmicus).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/e7c/e7c33f88a68a4885975c520dd4aafc33.jpg
Буроголовая альциона (Halcyon albiventris).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/b51/b51b9701a772bbd253389d18ea8a4084.jpg
Мышь (Crocidura Sp.).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/c06/c06605e12bd42f8be28e9e8699c6423b.jpg
Мозамбикские мальчишки ловят лягушек и стрекоз рядом с водопадом Муромбузи на горе Горонгоса во время биоблица 2011 года – двухчасового сбора образцов местной фауны. Множество замечательных маленьких существ обитает в саваннах и лесах Горонгосы. Сообщества крупных животных еще только восстанавливаются после почти полного уничтожения ополченцами во время гражданской войны и браконьерами.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/aa5/aa5e989cf28951479440603046deb5d4.jpg
Десятки живущих на горе Горонгоса ребятишек, натуралистов на один день, приносят Уилсону полиэтиленовые пакеты с образцами, чтобы он определил, кого они поймали во время биоблица. Главная добыча мозамбикских юннатов – насекомые.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/7bb/7bb15f8d99f8542ceac83539e39a3292.jpg
В качестве традиционной церемонии посвящения перед биоблицем, Грег Карр подчеркивает важность сохранения леса. Тонга Торсида, гид парка, переводит его речь.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/9c3/9c3d46713b696150aadd6324418c369f.jpg
В первой же поездке в Горонгосу (и вообще в Африку) Уилсон в прямом смысле слова унюхал пенистого кузнечика – тот выделяет ядовитую пену с резким малоприятным запахом.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/6cf/6cfbe304ee6dc9b3a11960403febdf14.jpg
Личинка клопа, возможно, из семейства щитников (Pentatomidae).
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/fb7/fb7132638f37c6841f15e40988bef547.jpg
Гуляя по горе Горонгоса в преддверии биоблица - периода интенсивной работы биологов в попытке задокументировать все виды данного региона - Э. О. Уилсон рассматривает насекомых, пойманных в ловушку, которую он протащил по траве.
Фото: Джоул Сартури
/upload/iblock/674/67419156c043a7ea720e5a74bfed4246.jpg
Пурпурнополосая нектарница (Nectarinia bifasciata).
Фото: Джоул Сартури
Биолог Эдвард О. Уилсон спешит на помощь мозамбикскому национальному парку Горонгоса. Едва оправившись от гражданской войны, парк столкнулся с новой опасностью: местные жители вырубают леса на священной горе.
В сезон летних муссонов – с конца ноября до середины марта – над Мозамбиком нависают густые облака, и беспрестанно льют дожди. Они наполняют влагой миомбо – леса на плато Черингома, а затем саванну и заливные луга Восточно-Африканской рифтовой долины. Наконец они достигают склонов горы Горонгоса и там, словно даруя земле благословение, низвергаются грандиозными ливнями. На горе Горонгоса, вздымающейся на 1863 метра над уровнем моря, ежегодно выпадает два метра осадков. Этого достаточно, чтобы на ее вершине рос густой дождевой лес, а к востоку, в рифтовой долине, существовал национальный парк, который некогда был одним из богатейших заповедников в мире. До того как в Мозамбике разразилась гражданская война, в парке Горонгоса водились слоны, буйволы, бегемоты, львы, бородавочники и более десятка видов антилоп. Сегодня некоторые из этих животных возвращаются – в первую очередь благодаря усилиям Грега Карра, американского бизнесмена и филантропа, который руководит проектом по возрождению заповедника. В 2010 году было принято важнейшее решение: правительство Мозамбика исправило ошибку, допущенную при его создании, и включило в границы парка гору Горонгоса, откуда стекают реки, питающие все живое в ее окрестностях.
Во время первой поездки в Африку я отправился на Горонгосу в предвкушении сюрпризов и открытий.
Летом 2011 года я приехал в Горонгосу, чтобы поддержать Карра, а также поработать над моим новым цифровым учебником биологии для старших классов. На примере этого национального парка можно прекрасно показать, как важно и интересно заниматься биологией в наши дни. Растительность покрывает площадь в 75 квадратных километров на вершине горы Горонгоса и представляет собой лесной остров в море саванны. Поскольку сюда сложно проникнуть, это место остается малоисследованным. Скажем, о местных муравьях, к которым я питаю особый научный интерес, не было известно совершенно ничего. А ведь для ученого нет ничего привлекательнее, чем неисследованный остров. Так что во время первой поездки в Африку я отправился на Горонгосу в предвкушении сюрпризов и открытий. Пока я жил в парке, моим помощником был молодой человек по имени Тонга Торсида, родившийся на этой горе. В своей деревне он стал одним из первых, кто окончил среднюю школу, – большое достижение, поскольку за обучение после седьмого класса требуется платить, к тому же нужно покупать школьную форму. Такие расходы может себе позволить далеко не каждая семья. Как раз во время моего пребывания в национальном парке Торсида узнал, что ему выделили стипендию для обучения в колледже в Танзании. Теперь он собирается стать биологом – в этом ему должно помочь знание четырех языков и природы Горонгосы. Должно быть, люди сошли с ума. Торсида поведал мне легенду о происхождении своего народа, объясняющую, почему его соплеменники считают гору священной. Давным-давно, рассказал он, Бог жил среди людей, на горе. Люди тогда были великанами и не боялись обращаться к нему по любому поводу. Во время засухи, например, они говорили Богу: дай воды. Утомленный их бесконечными просьбами, создатель удалился на небеса. Но гиганты не унимались – с горы они могли достать и до неба. Тогда, чтобы поставить наконец людей на место, Бог решил уменьшить их. После этого жизнь стала намного труднее – и остается такой до сих пор. Я сказал Торсиде, что этот миф и заложенная в нем мораль сильно напоминают Ветхий Завет.
Десятки тысяч видов насекомых, паукообразных и других беспозвоночных еще ждут, когда их откроют.
В истории Горонгосы тоже было резкое падение с небес на землю. В 1975-м, через три года после обретения Мозамбиком независимости от Португалии, здесь вспыхнула гражданская война, которая не затихала 17 лет. Национальный парк, учрежденный колониальной администрацией в 1960 году, превратился в поле боя. Здание дирекции и домики для туристов были разрушены. Солдаты, жадные до пищи и слоновой кости, которую они могли выменять в соседней ЮАР на оружие, убивали крупных животных. После подписания мирных соглашений, но до того, как в Горонгосе удалось восстановить порядок, браконьеры перебили еще больше зверей, чье мясо они продавали на ближайших рынках. В конце концов вся крупная дичь здесь была почти истреблена. Лишь крокодилы, умеющие быстро соскальзывать с берега в воду, «понесли минимальные потери в живой силе». Истребление крупных животных повлекло за собой серьезные последствия для всей природы. Исчезли пасущиеся зебры – и разрослись травы и кустарники, а значит, пожары, возникающие от ударов молний, стали опаснее. Повывелись слоны, валящие деревья, чтобы объесть ветви, – и непролазнее стали леса. Значительно уменьшилось количество помета крупных животных, меньше стало их трупов – и резко сократилось число падальщиков. И все же основа сообществ – растительность и мелкие животные, в том числе мириады насекомых и других беспозвоночных, – осталась по большей части нетронутой. Национальный парк Горонгоса отличается большим разнообразием условий обитания: помимо поросших травой долин и нескольких горных растительных сообществ здесь есть лесистые плато и известняковые ущелья, которые и сегодня поддерживают поразительное разнообразие видов. В парке было обнаружено 398 видов птиц (из которых около 250 – постоянные обитатели), 122 вида млекопитающих, 34 вида пресмыкающихся и 43 вида земноводных. По всей видимости, десятки тысяч видов насекомых, паукообразных и других беспозвоночных еще ждут, когда их откроют. Интернет-филантроп. Целое десятилетие после гражданской войны, пока жизнь в новом Мозамбике еще только налаживалась, Горонгоса пребывала в плачевном состоянии. И тут страной заинтересовался Грег Карр, который стал думать о том, как ей помочь. Карр нажил капитал на голосовой почте и интернет-коммуникациях, а после увлекся благотворительностью. В 2004 году правительство Мозамбика заключило с ним соглашение о помощи в восстановлении парка. Но Карр пошел гораздо дальше: он решил восстанавливать Горонгосу по большей части за свой счет. Сегодня, менее чем через десять лет, положение в Горонгосе значительно улучшилось. Из ЮАР завезли крупных животных, в том числе буйволов и слонов, которые быстро размножаются. На очереди антилопы канны и зебры. Стада травоядных, пусть и не столь многочисленные как в довоенные годы, снова бродят по саванне. И природа возвращается в исходное состояние. Возвращаются и туристы из Европы и Северной Америки. Для них созданы великолепные условия в центральном лагере Читенго (здесь в память о войне сохранили бетонную панель, выщербленную пулями), а для исследователей – в других лагерях, в глубине парка. Успехи Грега Карра и народа Мозамбика производят сильное впечатление. Однако восстановить разрушенный заповедник куда труднее, чем создать новый, и о безопасности Горонгосы говорить пока рано. Во время гражданской войны, когда гора подвергалась набегам солдат-мародеров, вконец обнищавшие крестьяне начали расчищать небольшие участки на ее склонах. Табу священной горы было почти забыто. Со временем крестьяне добрались до вершины, где принялись валить высокие деревья и распахивать влажную плодородную почву под кукурузу и картофель. Площадь нетронутого леса сократилась более чем на треть. Отступление леса угрожает выживанию многих видов растений и животных, которые, по всей видимости, не встречаются более нигде. Полное исчезновение леса – а это при нынешнем размахе его уничтожения вполне может произойти в ближайшее десятилетие – станет катастрофой для национального парка. Гора больше не сможет захватывать, удерживать и постепенно высвобождать дождевую воду. Потоки станут сбегать с нее быстро, и влага будет доставаться заповеднику не круглый год, а только в определенный период: жизнь в парке и вокруг него усложнится и для природы, и для людей. Теперь, когда гора стала частью заповедника, национальный парк имеет право охранять границы леса. Однако лес не будет по-настоящему защищен, пока людей, которые уничтожают его, чем-нибудь не займут. Туризм – лишь часть плана Карра. Он уже набрал несколько групп, которые обустраивают многочисленные «детские площадки» для выращивания саженцев деревьев, запуская долгий – на десятилетия, а то и на века – процесс восстановления дождевого леса в исходных границах. Парк создает школы и больницы для местных жителей у подножия горы, ниже лесной зоны. Наконец, в лагере Читенго планируется открыть научно-исследовательский и образовательный центр, где основными предметами изучения будут природа парка и охрана биоразнообразия. Биоблиц. Чтобы иметь представление о нынешнем разнообразии животных на горе Горонгоса, мы с Грегом Карром решили провести здесь биоблиц и попросили Тонгу Торсиду собрать местных детей нам в помощь. Биоблицем называется подсчет видов, обнаруженных и опознанных на ограниченной площади за небольшой промежуток времени, обычно за сутки. Правила просты: участники расходятся на поиски из центра круга с определенным радиусом, им помогают местные натуралисты, умеющие определять виды одной или нескольких групп организмов. Наш биоблиц был проведен на высоте 1100 метров над уровнем моря, чуть ниже границы дождевого леса. Учитывая условия этой труднодоступной местности – добираться туда мне пришлось на вертолете, – мы ограничились двумя часами, и единственным экспертом выступил я сам. Мне удалось определить принадлежность большинства удивительных насекомых (особенно много было жуков) и пауков к тому или иному семейству. В некоторых же случаях оставалось только гадать. Хотя нам попалось неожиданно мало муравьев, среди них оказался очень редкий вид муравьев бродячих – Dorylus bequaerti. Кроме того, мы видели нескольких птиц, пресмыкающихся, земноводных и одну мышь. Биоблиц походил на потасовку с беготней, суетой и криками. Дети, которым было от четырех-пяти до двенадцати лет, оказались удивительно способными охотниками. Им было очень интересно знать, что я скажу об их находках – роль переводчика взял на себя Торсида. К исходу второго часа я насчитал 60 видов, принадлежащих к 39 семействам и 13 отрядам. У большинства людей слова «девственный лес» вызывают в воображении млекопитающих и птиц, которые среди обитателей горы Горонгоса пострадали сильнее всего. Люди в первую очередь желают видеть крупных зверей, и я – не исключение. Однако природа – это и самые маленькие существа, управляющие нашим миром: насекомые и другие беспозвоночные, образующие на суше фундамент для пирамиды жизни. Так что Горонгоса меня не разочаровала. Напротив, здесь была удовлетворена жажда приключений и открытий, охватившая меня в детстве, когда мне было столько же лет, сколько моим африканским помощникам с горы Горонгоса, и я бродил по лесам Алабамы и Флориды с сачком, совком и банками для сбора образцов.