Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Непрошеное богатство

Михаил Семенов
11 февраля 2012
/upload/iblock/591/591b2f5337a5a82e08442179c40f8e56.jpg
Молодь камчатского крабоида (Paralithodes camtschaticus) нередко образует кучу малу до одного метра и больше в поперечнике – возможно, для того чтобы сбить хищников с толку.
Фото: Михаил Семенов
/upload/iblock/47b/47b80ac5cb0b5d51af500112188fdc1f.jpg
Ловушки для крабов цепочкой устанавливают на морском дне. Это место помечают буем. Одну из стенок краболовки сшивают из гнилой нитки. Если такая ловушка теряется, нитка через несколько дней расползается, и крабы могут вернуться на волю. Так удается избежать бессмысленного вреда природе.
Фото: Михаил Семенов
/upload/iblock/0ef/0efe6b11329cc9aa608bf3bb43f928a5.jpg
Взрослая особь крабоида может весить 8 килограммов (в Баренцевом море – до 15), достигать 26 сантиметров в поперечнике панциря, 1,5 метра в размахе конечностей (в Баренцевом море – до 2,5). На своих ходулях крабоиды способны преодолеть до 12,5 километра в сутки.
Фото: Михаил Семенов
На исходе прошлого столетия в тралы и сети баренцевоморских и беломорских рыбаков стали попадать невиданные прежде в здешних краях животные. Озадачены были и дайверы, начавшие осваивать эти, казалось бы, непривлекательные для погружений места…
Многие дайверы уже устали от южных морей и лет десять назад стали присматриваться к акватории Северного Ледовитого океана, в первую очередь к немного согретому Гольфстримом Баренцеву морю. Видимость здесь весьма высокая – 30–40 метров. Низкие температуры (2–9°С) уже никого не пугают: современное снаряжение позволяет проводить в холодной воде до двух часов.

А море это в России – одно из первых по продуктивности и, что для дайвера важнее, по разнообразию обитающих в нем животных (свыше 1800 видов). Среди «лесов» из водорослей ламинарий, достигающих двадцатиметровой высоты, плавают гренландские тюлени и белухи, резвятся косяки трески и окуня-клювача. Говорят, когда попрохладнее, из глубин появляются полярные акулы. Говорят, также, что они смирные…

Но самым популярным животным у ныряльщиков стал дальневосточный пришелец, известный как камчатский краб, или Chatka. По поводу последнего названия есть две версии. Согласно первой, когда в поселке Усть-Хайрюзове на Камчатке начали производить консервы, то заказали этикетки с надписью «Kamchatka», но они получились слишком длинными. Вот часть названия и заклеилась. По другой версии, этикетки стерлись при перевозке консервов через Тихий океан. Заморский потребитель получил «чатку», распробовал и стал требовать только ее. В 1984 году курьез стал официально зарегистрированным брендом.
После весьма горячих споров между учеными, в 1961 году камчатские крабы были выпущены в Баренцево море.
Что касается другого названия – «камчатский краб», то оно неправильное. «Он лишь похож на краба, – поясняет гидробиолог Борис Иванов из Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, ВНИРО, – настоящие крабы имеют пять пар ходильных ног, а этот – четыре. Пятая же пара очень маленькая, служит для чистки жабр. Потому камчатского краба правильнее называть крабоидом.

Можно сказать, что это рак-отшельник, бросивший раковину, ограничивавшую рост и передвижение, и вырвавшийся на “оперативный простор”». Обретенная свобода и позволила крабоиду вырасти.

Открыла этого гиганта из мира членистоногих первая российская кругосветная экспедиция под командой Ивана Крузенштерна: крабоида впервые увидели в июле 1804 года во время стоянки шлюпа «Надежда» в Авачинской губе на юго-востоке Камчатского полуострова. Описал его, зарисовал и дал ему научное название участник той экспедиции натуралист Вильгельм Готлиб Тилезиус.

В XX веке было решено расселить полезное животное по другим пригодным для его обитания морям России. Первую такую попытку предприняли в 1932 году сотрудник Мурманской биологической станции Евгений Крепс и один из основателей Тихоокеанского института рыбного хозяйства Иван Закс. Во Владивостоке Закс погрузил объемные баки, наполненные морской водой, с десятком самок крабоидов на поезд и отправился на противоположный конец СССР.

«Заместителю начальника “Главрыбы” А. М. Головскому, – сообщал он с дороги. – В соответствии с Вашим поручением я должен был доставить из Владивостока в Мурманск икру и десять самок камчатского краба. Довожу до Вашего сведения, что, к сожалению, все крабы погибли. <…> Но я убежден, что камчатские крабы приживутся в Баренцевом море, которое я хорошо знаю…»

Когда появилась возможность использовать для переброски крабового десанта авиацию, их последователь Юрий Орлов, сотрудник Центральной производственно-акклиматизационной станции, успешно перевез чувствительных ракообразных из Японского моря в Баренцево. Однако данное предприятие требовало существенных денежных вложений.

Выбить средства помог случай: в СССР ждали с визитом президента США Дуайта Эйзенхауэра, и в партийно-правительственных верхах было решено удивить высокого гостя изысканным деликатесом – «чаткой». Визит не состоялся, но крабам в перелете не отказали. После весьма горячих споров между учеными, в 1961 году крабы были выпущены в море. 

На 2005 год численность крабоида оценивалась сотрудниками ВНИРО в 40–50 миллионов половозрелых особей, проживавших от норвежского Хаммерфеста на западе до острова Колгуева на востоке. Однако подобные взрывы численности с последующим ее падением для вселенцев не являются чем-то необычным.

Одни специалисты полагают, что этот эксперимент сродни взрыву биологической бомбы, способной погубить в Баренцевом море все живое; другие считают крабоида важным подспорьем для местного населения, выживающего за счет морских ресурсов. Ведь «чатка» весьма ценится и на оптовых рынках Сиэтла, и в ресторанах Москвы.

Заведующий лабораторией прибрежных исследований Полярного научно-исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии в Мурманске Константин Соколов поясняет: «Это уникальный эксперимент – единственный в мире случай образования промысловой популяции среди морских беспозвоночных после переселения. Причем, несмотря на внушительную численность, крабоид не наносит ущерба ни другим ценным видам, с которыми он мог бы конкурировать за пищевые ресурсы, ни тем донным животным, которыми он питается».