Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Пещеры Китая: империя скал

Текст: Маккензи Фанк
25 августа 2014
/upload/iblock/98e/98e76865954db57bf726fe4675b82ea6.jpg
Фотоподсветка подчеркивает зеленый цвет воды реки Гэту Хэ в пещере Мяо, занимающей по площади второе место в мире.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/2fd/2fd2423ff5f63c8e3daf1016693754dc.jpg
Каменный лес – лабиринт из разъеденного эрозией и растворенного водой известняка неподалеку от города Куньмин на юге Китая. Первооткрыватели окрестили нагромождения каменных глыб причудливыми именами – к примеру, здесь есть «Носороги, Любующиеся Луной» и «Камень, Поющий Хвалы Сливам».
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/000/00002b5a4ca8ec03b0e2bfac19c9f305.jpg
Седар Райт, Мэтт Сигал и Эмили Харрингтон покоряют известняковый пик в каньоне Эньши.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/915/915778a127ec35009ab797a649adc2b5.jpg
Два десятка лет назад Яншо был сонной деревенькой – пока скопления карстовых образований не привлекли внимание иностранных скалолазов и спелеологов. Сегодня их смывают нахлынувшие толпы китайских туристов. 
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/1a8/1a821292da3d446c952b8b03ea81074e.jpg
Члены экспедиции под руководством британских ученых остановились на берегу подземного озера по пути в пещеру Титань в южной провинции Гуйчжоу, где годовой уровень осадков превышает 127 сантиметров. Озеро появляется и исчезает с приходом и уходом дождей.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/413/413eb2df7fc9ac0fef32b22c478701c9.jpg
Группа туристов путешествует на лодке по реке, несущей свои воды из-под земли. Она течет по территории огромного геопарка, в котором спряталась Дашивэй Тянькэн – обвалившаяся пещера глубиной 610 метров.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/6c9/6c905afae8003c9583d1b719243bfd5f.jpg
Неподалеку от исполинской пещеры Мяо под сводами подземного грота обосновалась 21 семья народности мяо. Старейшины говорят, что они пришли сюда в поисках надежного источника воды. С тех пор люди обзавелись баскетбольной площадкой и школой, которую, правда, недавно закрыли.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/29f/29f63b8742377d7a7ebf98c614512d16.jpg
На закате дня Сигал и Райт спускаются с Большой арки в национальном парке Цзыюнь Гэту Хэ Чуаньдун. Новый стеклянный подъемник доставляет туристов к подножию арки.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/e6a/e6a7b8eeded817c5cd7b204abeb7f619.jpg
Водопад (крайний слева) на глубине сотен метров под землей в Хун Мэйгуй - одной из крупнейших пещер мира - свидетельствует о том, что недавно на поверхности шел дождь. Веками капавшая вода сформировала сталагмиты (слева).
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/a1e/a1e6c44b1b49c4300688f7d14f00240c.jpg
Пещера Корона на реке Ли, впервые обнаруженная британско-китайской экспедицией в 1985 году, стала одной из главных туристических достопримечательностей региона Гуйлинь. Внутри пещеры расположились торговцы побрякушками, подземные поезда и колодцы желаний, возле которых иной раз могут столпиться тысячи людей.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/5f1/5f19c5987943961b93165a243bbad739.jpg
Какова цена реки Ли для обычных китайцев? По меньшей мере, $3,20: ее панорама украшает реверс банкноты в 20 юаней. Экскурсанты посвящают целый день сплаву на больших прогулочных баркасах или на маленьких бамбуковых плотах вниз по течению от близлежащего Гуйлиня до питаемого туризмом города Яншо.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/80c/80cfbd56532cda052e91f6c44c517b7a.jpg
Цепляясь за скалу высоко над излучиной реки Гэту Хэ, Мэтт Сигал позволяет оценить масштаб Большой Арки пещеры Чуаньшан. Туристические лодки часто бороздят реку, предлагая менее экстремальные виды на национальный парк Цзыюнь Гэту Хэ Чуаньдун.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/61a/61a4e545dd7d410d0120a7345151193e.jpg
Седар Райт балансирует на вершине шпиля в Каменном лесу. Осев на дне мелкого моря 270 миллионов лет назад, местный известняк позже был размыт мощными тропическими ливнями.
Фото: Карстен Питер
/upload/iblock/c80/c8046a9fd2fcbddad46ff84647c911e4.jpg
Альпинистка Эмили Харрингтон не ищет легких путей, чтобы забраться на Лунный холм на юге Китая. Эта арка – все, что осталось от обвалившейся пещеры. У туристов есть альтернатива – мощеная дорожка, ведущая на смотровую площадку под сводами арки, и грунтовая тропа на вершину.
Фото: Карстен Питер
Лазерный сканер помогает ученым исследовать гигантские пещеры Китая.
Cогнувшись в три погибели, мы сидим в грязи на полу одной из самых больших китайских пещер. Вокруг мертвая тишина – слышно лишь наше собственное дыхание да монотонный звук падающих капель, доносящийся откуда-то издалека. Бескрайняя пустота, будто пелена, застилает глаза. Но стоит взглянуть на экран ноутбука, подключенного к лазерному сканеру, как взорам открывается пещера Хун Мэйгуй. Мы больше не сидим на грязном полу, прячась от луча сканера – мы взмываем ввысь на 290 метров, туда, где смыкаются своды пещеры, будто купол гигантского собора. Мы парим над озером и приземляемся на противоположном берегу.

 «Прямо как в фильме “Матрица”», – улыбается Даниэла Пани, геолог из Сардинии. Это она ловко управляет нашим ноутбуком. В «цифре» все кажется куда более настоящим: в реальных пещерах темно, хоть глаз выколи. В огромном пустом пространстве даже с современными светодиодными налобными фонарями, которые светят намного ярче, чем старые карбидные, видно максимум метров на 50 вперед и вверх – туманная дымка или тьма поглощают даже самый яркий луч света. Как тут не захотеть увидеть больше! Это желание и привело Энди Ивиса на юг Китая более тридцати лет назад. В этой стране, по-прежнему закрытой от внешнего мира, обнаружилась самая высокая на планете концентрация фантастических форм рельефа – карстов. Из века в век дождевая вода размывает легко растворимые горные породы, чаще всего известняк – так образуются воронки, каменные башни, заросли остроконечных шпилей и призрачные исчезающие реки. Этот зеленый скалистый ландшафт, который любят изображать китайские живописцы, скрывает самое большое в мире скопление неисследованных пещер.
Экспедиции под руководством Энди Ивиса измерили и нанесли на карту 530 километров пещерных ходов – и это еще не предел! Говорят, никто из наших современников не открыл так много неизведанных земель, как Энди Ивис.
Вот почему Ивис снова вернулся в Китай, на этот раз нагрузив видавшие виды рюкзаки новыми ноутбуками, аккумуляторами и батарейками, а также прихватив с собой взятый в аренду трехмерный лазерный сканер стоимостью более 100 тысяч долларов. Внутри пещеры специальная техника может «разглядеть» то, что не видно невооруженным глазом. За месяц Энди Ивис собирается побывать по меньшей мере в трех пещерах из числа крупнейших на планете и с помощью сканера впервые точно их измерить. Этот седовласый англичанин скоро разменяет восьмой десяток. Говорят, никто из наших современников не открыл так много неизведанных земель. Экспедиции под его руководством измерили и нанесли на карту 530 километров пещерных ходов – и это еще не предел!

«Потому я и исследую пещеры, – рассказывает он. – Чтобы делать открытия. Здесь все еще можно стать первопроходцем. Если бы сегодня на Земле существовали неведомые страны или целые континенты – я бы прямиком туда отправился». Ивис, ныне возглавляющий Британскую спелеологическую ассоциацию, впервые оказался в Китае в 1982 году. В карстовой столице страны, Гуйлинь на юго-восточной границе КНР, он побывал проездом, возвращаясь домой из Индонезии, куда ездил в экспедицию. Опоясанный скалами город, как и весь район Гуанси, был тогда совсем другим: велосипеды вместо машин, крестьяне в голубой «униформе», специальное сопровождение для иностранцев. Радикально урезав туристическую программу, Ивис с коллегой предпочли наладить контакты с Институтом карстовой геологии. Благодаря им британские и китайские спелеологи вот уже три десятка лет бок о бок осваивают подземные просторы.

На этот раз Ивис отправился в Гуйлинь с международной командой из десяти спелеологов. Разросшийся город с почти миллионным населением встречает перекличкой гудков такси и мотороллеров. Скоростные автострады, роскошные торговые центры, горы, срытые до основания и превращенные в карьеры, – Новый Китай производит сильное впечатление, особенно на двух членов нашей команды. Ричард Уолтерс и Питер Смарт сопровождали Ивиса во время экспедиции в Гуйлинь в 1985–1986 годах – первой из двух десятков экспедиций в рамках проекта по исследованию пещер Китая. Оба не бывали здесь с тех самых пор. Уолтерс, занимающийся телекоммуникационными технологиями, поможет Даниэле Пани управляться со сканером. Сама Пани в прошлом вела поиски затонувших в Средиземном море кораблей времен Второй мировой войны, а также помогала проводить тренинги для астронавтов в пещерах Сардинии. Питер Смарт – немолодой мужчина с профессорской бородкой и в вечно съезжающих очках, крупный специалист в области карста. Он много лет проработал в Бристольском университете и вышел на пенсию в 2009 году. Смарта пришлось уговаривать воспользоваться современным страховочным устройством для спуска в пещеру по веревке – он никак не мог взять в толк, чем плохо старое, не раз испытанное снаряжение. Зато другое новшество – технология лазерного сканирования – приводит его в восторг. Как бы ни изменился Китай, а, направляясь к западу от Гуйлиня в сторону самых больших пещер, мы убеждаемся, что меткая характеристика ландшафта, данная Смартом, по-прежнему верна. «Сверху, – говорит он, – похоже на упаковку для яиц».

Пещера Хун Мэйгуй, в которой мы хотим опробовать сканер, по площади примерно равна восьми футбольным полям. В списке самых больших из известных пещер мира, составленном спелеологами в 2012 году, она занимает восьмое место, уступая конкурентам из Малайзии, Испании, Омана, Белиза и других областей самого Китая. Но на какое место Хун Мэйгуй выходит по объему? На этот вопрос мы и попытаемся ответить в формате 3D. На раннем этапе экспедиции наша база – отель в городке Лэе, где во время первого визита спелеологов было 5 тысяч жителей. Теперь их во много раз больше – и в придачу каждый год сюда стекается свыше 160 тысяч туристов, чтобы посмотреть на Дашивэй Тянькэн. Эту воронку 610 метров в ширину и столько же в глубину ученые из Института карстовой геологии обнаружили в 1998-м, а через два года сюда наведались участники проекта по исследованию пещер Китая.

 Каждое утро наш путь лежит в пещеру Хун Мэйгуй. Добравшись до парковки в окрестностях города, мы облачаемся в комбинезоны и шлемы, обвязываемся страховочными веревками и потуже затягиваем налобные фонари. Дальше мы идем пешком, и уже через пару минут на лесистом склоне горы нас поджидает неприметное отверстие. Миновав бетонную бочку, в которую местные фермеры собирают воду, капля за каплей стекающую с нависающей крыши, мы спускаемся в пещеру. С каждой секундой воздух становится все холоднее, своды круче, а тьма – непрогляднее. Не успев и глазом моргнуть, мы попадаем в другой мир. Два самых опытных члена команды – Тим Аллен и Марк Ричардсон – дважды помогают нам спуститься по веревке, вначале метров на пять, потом на пятнадцать. Все остальное время мы идем пешком. Впервые спускаясь в пещеру, я стараюсь не отставать от жены Тима, Джейн Аллен (она и сама бывалый спелеолог). Почти целый час мы спускаемся по ступеням, все ниже и ниже, вдоль череды подземных озер; потом пробираемся по тоннелю, будто по узкой и длинной трубе. Под ногами у нас река грязи – в самом буквальном смысле!

И вот мы входим в саму пещеру. Голова идет кругом, земля уплывает из-под ног, но в душе пробуждается хорошо знакомое чувство. Вокруг меня огромное пространство – это ясно хотя бы потому, что мне почти ничего не видно. Свет налобного фонаря больше не отражается от стен и потолка. В воздухе парят частички горных пород: сюда не долетает даже ветер. С какой-то невообразимой высоты на пол пещеры свалился гигантский валун величиной с самосвал, оставив на месте падения глубокий кратер (наша команда окрестила его метеоритом). Взметнувшаяся вверх волна грязи расплескалась во все стороны, окружив его кольцом. Где-то далеко на другом конце пещеры скачет луч фонаря на чьей-то голове. Я карабкаюсь вверх по изломанному булыжниками склону, и только тут мне становится ясно, на что все это похоже. Склон так крут и неприступен, что мне кажется, будто я альпинист, покоряющий вершину в темную беззвездную ночь.

Учитывая огромное разнообразие форм пещер, зачастую бывает трудно понять, где пролегают их границы. Как узнать, что перед тобой: пещера или просто проход? Это будет предметом нескончаемых споров между членами экспедиции, ибо одна из главных целей трехмерного сканирования – создание списка самых больших по объему пещер мира – недостижима, если ученые не могут определиться с терминами. Сегодня в этом списке лидирует грот Саравак в Малайзии. Ивис и два других спелеолога обнаружили его в 1980 году, а в 2011-м участвовали в сканировании Саравака.

По оценкам ученых, объем грота составляет 9,57 миллиона кубометров – он более чем втрое превосходит по величине стадион Уэмбли в Лондоне. Я догоняю остальных членов команды – они расположились возле «метеорита» прямо на полу пещеры, покрытом засохшей растрескавшейся грязью. Рядом мерцает озеро и высится отвесная известняковая стена, несущая невидимые своды. Это одна из семнадцати сканерных станций в пещере Хун Мэйгуй. Их так много потому, что лазерный сканер не может заглянуть за угол или за край валуна. Сканер излучает лазерные импульсы и считает, сколько времени пройдет, прежде чем они отразятся от какой-либо поверхности. Расстояния легко определить, зная скорость света. Наш сканер модели Riegl VZ-400 используют архитекторы, инженеры, горняки – а теперь и спелеологи. Этот металлический цилиндр величиной с человеческую голову весит 9,5 килограмма – не считая двух четырехкилограммовых аккумуляторов, штатива, ноутбука и проводов. Во время съемки он помещается на уровне глаз и, вращаясь на 360 градусов, производит до 122 тысяч замеров в секунду, фиксируя каждый объект в максимальном радиусе 610 метров.

Уолтерс готовит станцию к работе. С помощью карманного уровня он убеждается, что штатив установлен ровно, и настраивает сканер по компасу. Затем вытаскивает из водонепроницаемого чехла новый 17-дюймовый ноутбук и передает его Даниэле Пани, которая усаживается на землю, пристроив ноутбук на колени. Тут же маячит Ивис – вдвоем они подключают к ноутбуку сине-зеленый провод Ethernet, нажимают кнопку на лазерном сканере, который вдруг оживает и начинает беззвучно вращать «головой» на глазах у затаившей дыхание команды. Три минуты спустя на экране ноутбука появляется картинка – черно-белая и с низким разрешением, но у нас захватывает дух. Мы забываем, что сидим, уставившись в экран ноутбука. Вслед за Пани мы отрываемся от земли и летим под сводами виртуальной пещеры. Я наконец-то «прозрел» и могу разглядеть все вокруг. Но нам уже снова пора в путь – нас ждут две другие гигантские пещеры, Мяо и Титань. Хун Мэйгуй для китайцев в буквальном смысле большая диковина – и дело тут не только в ее размерах. Когда в 2001 году в пещере впервые побывали иностранные ученые, они не обнаружили никаких человеческих следов – до них здесь не ступала нога человека. Быть может, местных жителей отпугивали две скалы, стерегущие вход в подземный чертог.

Двухтысячелетняя история освоения многих пещер на юге Китая уходит корнями в эпоху династий Цинь и Хань. В те времена люди бродили по подземным переходам в поисках «чи» – жизненной энергии, которая, по их представлениям, сосредоточивалась в карстовых областях. Кроме того, сталагмиты и подземные озера, окаймленные кальцитовыми отложениями, были богаты веществами, необходимыми для приготовления афродизиаков и лекарств. Укромные пещеры превращались в молельни. Но и этим их функции не исчерпываются: по сей день входы в пещеры служат фермерам для хранения и сушки зерна. По пути в Хун Мэйгуй мы завернули в Фэншань в восьми часах езды на запад от Гуйлиня. Теперь это часть нового геопарка Лэе-Фэншань площадью 930 квадратных километров. Местные власти открыли для посещения большую пещеру Чуаньлунянь, вместившую двухполосную дорогу, музей под каменными сводами и амфитеатр. Ивис, Смарт и французский спелеолог Жан Ботацци показали необработанные сканерные снимки местных пещер региональному чиновнику в Фэншане. Почуяв, что из этого можно извлечь практическую выгоду, тот сразу же озадачил их вопросом: можно ли определить, какие участки пещеры нестабильны? Ивис, преуспевший в науке во многом благодаря своему таланту обходить бюрократические препоны, мгновенно принял подачу. «Ну конечно!» – горячо заверил он. «А все опасные зоны можно отгородить, чтобы не было риска для туристов», – прибавил Смарт.

Ход их мыслей понятен: туристический бум охватил карстовую область. В Фэншане нам встречались туристы в оранжевых спасательных жилетах, которые целыми семьями сплавлялись в лодках по аквамариновой реке. В национальный парк Цзыюнь Гэту Хэ Чуаньдун в десяти часах езды к северу уже потянулись скалолазы. Перебравшись сюда из Лэе и Хун Мэйгуя, мы наблюдаем, как рабочие буравят высокие стены пещеры Яньцзи, прокладывая пешую тропу для туристов. Тропа ведет к новому подъемнику. В Гэту мы сканируем пещеру Мяо размером с 19 футбольных полей – спелеологи присудили ей второе место по площади среди всех пещер мира. Перед тем как отправиться в наш последний пункт назначения – в пещеру Титань к югу от Гэту, – один из членов команды, американец Майкл Уорнер, принимается рассуждать о смысле нашей экспедиции. Ради чего мы все это затеяли? В каждой из пещер на нашем маршруте уже побывали до нас – если не спелеологи, то местные фермеры. Так что первооткрывателями нас никак не назовешь.

«Исследовать – значит просто что-то впервые документировать, – подытоживает Уорнер. – А лазерное сканирование на сегодняшний день – лучший способ документировать пещеру». Если есть в мире пещера, идеально подходящая для новорожденного искусства подземного лазерного сканирования, это, без сомнения, Титань. В самом центре огромного грота вверх вздымаются склоны, покрытые булыжником и усыпанные озерцами, будто веснушками. Они тянутся к вершине подземной горы, увенчанной 15-метровыми сталагмитами-близнецами. Если установить сканер на том, что справа, за один оборот на 360 градусов прибор захватит почти всю пещеру площадью в пять гектаров – чуть больше, чем Хун Мэйгуй. За вершиной прячутся другие сталагмиты – все вместе они причудливо сливаются в голову крокодила, разинувшего зубастую пасть. На наших глазах высыхает подземное озеро, обнажая дно, устланное слоем потрескавшейся грязи. Когда, измотанные и перепачканные, мы выбираемся на белый свет, нам кажется, что экспедиция окончена, но накануне отъезда Ивис преподносит нам сюрприз.

Мы попадаемся на главную приманку для туристов – круиз по реке Ли, с заездом в пещеру, которую впервые исследовали в 1985 году Ивис и его команда. По этому маршруту Энди плавал в 1982-м – в те времена число речных судов не превышало нескольких десятков. Теперь их бывает по две сотни в день, и каждое вмещает сотню туристов, а в пещеру Корона стекаются тысячи людей. Река Лицзян по-прежнему прекрасна, но в пещере Корона, после Титаня, шум и гам, как на вокзале. Нас впускают группами по 20 человек во главе с гидом – девушка вооружилась микрофоном и дешевым портативным динамиком, чтобы перекрикивать своих коллег. Внутри пещеры сталагмиты и озера подсвечены зеленым, красным и пурпурным – кричаще яркими пятнами. Повсюду проложены тропы, протянуты перила, кое-где примостились сувенирные лотки. Мы проходим в глубь пещеры, и перед нами вырастает стеклянный подъемник. По команде гида мы выстраиваемся в очередь на подземный поезд, который доставит нас в очередь на подземный катер – тот провезет нас мимо подземных американских горок и под мостами через подземную реку. Ивис чуть отстал от группы, щелкая фотоаппаратом. Когда-то он бродил по пещере Корона в полном одиночестве, исследуя и нанося на карту каждый уголок – первопроходец на неторных тропах. Теперь здесь туристы – им тоже хочется все исследовать, каждому на свой лад. Такова человеческая природа.