Поиск
x
Журнал №190, июль 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Пустыня Намиб: песочница для слонов

Текст: Андрей Журавлев Фото: Сергей Горшков
16 октября 2017
/upload/iblock/9fd/9fdbb92615505e74689c616c716cd26c.jpg
Орикс, чье изображение украшает герб Намибии, выдерживает палящий зной пустыни, благодаря тому что температура его тела может повышаться до 45 градусов Цельсия.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/a28/a2822b379072049e0650f5b18fbe4efa.jpg
Розовые фламинго кормятся у самой кромки песков на мелководье океана. Здесь они выцеживают рачков, от которых их перья перенимают яркие пигменты.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/b63/b632ebec76a9b7e1e15e45c92ef76519.jpg
На краю великой пустыни, где реки еще не превратились в подземные воды, за вулканические скалы крепко держатся корнями баобабы. Некоторым из них больше тысячи лет.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/6eb/6ebe2ed75b3a7b38d743550230c20b82.jpg
Это не истоки реки, а наоборот – ее устье: русло делится на рукава, которые исчезают среди галечников, питая небольшие поросшие травой подземные прудики.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/988/988a0774fe35e895ef4ccd4b0e520362.jpg
Наползающий с Атлантики туман – единственный источник влаги в пустыне Намиб. Дожди здесь случаются раз в несколько лет, когда облака приносит с Индийского океана.
Фото: Сергей Горшков
С вертолета различить, где заканчивается песчаное море и начинается настоящее, можно только по цвету. И то лишь в хорошую погоду: в шторм океан желтеет от песка, выдуваемого с берега, и все обозримое пространство превращается в одноцветную волнующуюся поверхность. Песчаное море – не метафора: так называют центральную часть пустыни Намиб ученые.
Пустыня эта, тянущаяся 50–150-километровой полосой вдоль кромки Атлантического океана и покрывающая площадь 130 тысяч квадратных километров, – вторая по величине в мире. Первая, конечно, Сахара. Ну а «по высоте» Намиб точно первая: ее дюны вздымаются на 80–120 метров. Если измерять в многоэтажных домах, Москву-Сити накроет по самый пентхаус. В общем, не дюны, а какие-то горы. И ведут они себя как горы: намибийские ученые из Исследовательского и учебного центра в Гобабебе и их коллеги, привлеченные со всего мира, установили, что основания дюн, порой превышающие два километра в ширину и несколько десятков – в длину, почти неподвижны.

А еще Намиб – самая древняя. Геологи предполагают, что пустыня зародилась еще при динозаврах. Однако нынешней величины она достигла в два захода: около 16 и 5 миллионов лет назад, когда на Земле разрастались ледниковые щиты. Значительная часть влаги застывала в ледяных шапках, воды для орошения всей планеты просто не хватало, вот и росла пустыня. (Во время потеплений площадь пустынь, наоборот, сокращается.)

/upload/iblock/a2f/a2fe5cfbfc329b1d7892b2fcde07d007.jpg
Сергей Горшков Самая большая «песочница» планеты признана памятником природы всемирного значения.


Кроме того, Намиб – самая сухая (поспорить с ней способна разве что южноамериканская Атакама). Время «после дождичка в четверг» здесь может затянуться на годы. Неудивительно, что все горные окрестности Намиб усеяны частными обсерваториями – такое чистое тут небо.

Пересекать безводное пространство лучше по воздуху. Хотелось бы пешком, но вход на обширные участки Намиб, увы, запрещен – на огромной площади пустыни фактически безраздельно властвует алмазодобывающая компания De Beers.

Воздушные границы охраняются не столь строго, и вертолет закладывает вираж над лимонно-желтыми и багряными песками. Вдруг среди дюн возникают рогатые силуэты, отбрасывающие неправдоподобно длинные тени: это цепочкой карабкаются ориксы. Не успевают антилопы скрыться из виду, как в каменистой долинке нас уже ждет новое удивительное зрелище – целое стадо жирафов с детенышами. А вот и самые большие наземные животные – африканские слоны, тоже с выводком.

/upload/iblock/388/3881001e0f76110824693e99222d0f01.jpg
Сергей Горшков В вечерних сумерках уже не понять, где заканчиваются настоящие, каменные, горы и начинаются песчаные.


Куда идут все эти звери по бесконечным пескам? Может, спешат согреться после холодной ночи? Или спасаются от докучливых паразитов? Да нет, это аборигены Намиб, прекрасно приспособленные к местным условиям. Среди песков они, равно как и горные зебры, антилопы спрингбоки, страусы, – пасутся. В поисках излюбленных растений – мопане, тамариска, комбретума – слоновьи группы могут не пить по четыре дня, преодолевая до 200 километров. Длительные переходы всухую совершают и жирафы, и ориксы. Но для них корма больше: многие дюны покрыты целыми полями местного кустистого злака – селина.

Как раз к такому селиновому «лугу» мы и приближаемся. Трава растет здесь как-то странно: все пространство покрыто почти идеально круглыми проплешинами, метров по десять в поперечнике. Кто же так ровно выел траву – ориксы, зебры? (Позже загадку нам помогут разгадать микробиологи из Гобабеба. Оказывается, эти «ведьмины кольца» – ученые их так и называют – выедают почвенные бактерии и микроскопические грибы, разрушающие корневища патогенными выделениями.)

/upload/iblock/15b/15beccbec60aed37019cbda2b58eef22.jpg
Сергей Горшков Жирафы Намибии настолько приспособились к непростым условиям пустыни, что превратились в новый подвид.


Мы приближаемся к океану, и навстречу нам наползает вечерний туман. Именно это явление, обусловленное столкновением прохладного воздуха, поднимающегося над холодным океанским течением, и жара пустыни, обеспечивает обитателей Намиб влагой. Конденсируясь на поверхности камней, между песчинок и на листьях, капли туманной влаги поят растения и насекомых. А звери получают часть необходимой воды вместе с растительным кормом.

Вечереет. Ноги и рога ориксов удлиняются до бесконечности. Совсем скоро над Намибом опустится ночь – а значит, нам пора возвращаться.