Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Природа

Спасти рядового барса

Мария Антонова
16 декабря 2016
/upload/iblock/69f/69fd5afc956ddaedbb38b0beb32f8e82.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция «По следам снежного барса»
/upload/iblock/7fc/7fc54c3b11948be6038f150ee47713f6.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция «По следам снежного барса»
Снежный барс Хоргай заходит в кадр на фоне еще заснеженного июльского каменистого склона хребта Чихачева, укладывается в царственную позу и заразительно зевает. Здесь, в приграничной зоне Республики Алтай, на высоте более 3000 метров, он доминантный самец, хозяин и отец нескольких выводков.
Эти съемки - не высокобюджетный фильм для комфортного просмотра дома. Синеватые фотографии сняты на барсиной тропе автоматической фотоловушкой, и мы просматриваем их, набившись вечером в палатку, недалеко от озера Богуты, в четырех километрах от монгольской границы. До того как наша группа скачала эти снимки с фотоловушки, потратив весь день на нелегкий поход по следам редкого хищника, эти кадры не видел никто. Мы чувствуем себя первооткрывателями. Добровольческая экспедиция “По следам снежного барса” - уникальный совместный проект новосибирского предпринимателя Игоря Паутова и ведущего барсоведа Алтая Сергея Спицына, сотрудника Алтайского заповедника. Участники экспедиций - обычные люди из разных городов без профессионального природоохранного опыта. Они самостоятельно оплачивают свою поездку, а также берут на себя часть общих расходов, чтобы провести несколько дней в качестве полевого исследователя под руководством настоящего ученого. У яркого приключения есть и важный практический результат. Изучение снежного барса было частично свернуто из-за нехватки кадров и прекращения связей с международными природоохранными организациями. Энтузиастам же удается проникать в труднодоступные места обитания барсов в суровых высокогорьях и поддерживать сбор первичных данных. Концепция таких поездок – а их было уже три – появилась случайно, после того, как Паутов во время отпуска на Алтае обнаружил следы и, желая помочь, отправил фотографии в заповедник Спицыну. Оказалось, что следы принадлежали не барсу, а росомахе, но Игорь уже вдохновился проблемой сохранения кошек, которых в России на сегодняшний день осталось менее 100 особей. “Я понял, что Сергей Владимирович стоит у истоков работы по снежным барсам на Алтае, трудится практически в одиночку, – и это меня вдохновило, – говорит Игорь про Спицына. – Он как герой Джека Лондона, исследователь старого формата. Нам пришла идея экспедиций, и я решил, что интересующиеся люди найдутся, но надо, чтобы они созидательно, а не потребительски подходили к поездке”. В первой экспедиции побывали 11 человек, скидывались по 11 тысяч, все вместе разбирались с УАЗиком, который был куплен в последний день перед отъездом и плохо переносил путешествие. “На высокогорных дорогах машина часто перегревалась, и мы ехали очень долго, так как надо было ее постоянно ставить капотом к ветру и остужать”, – вспоминает Паутов.
/upload/iblock/465/4658b4d0c4c2d242456d183316310539.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция "По следам снежного барса"
/upload/iblock/d4b/d4b0d07fb19f282167108de1fce9a213.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция "По следам снежного барса"
/upload/iblock/7a3/7a3a0f724fb7f86949dbc6825c8cb26d.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция "По следам снежного барса"
/upload/iblock/62d/62dc2a56002be5fddffeee845f51a348.JPG
Фото: Добровольческая экспедиция "По следам снежного барса"
Сейчас взнос на общие расходы восьмидневной поездки составляет 14 тысяч. Эти средства покрывают покупку бензина, ремонт, ночлег на турбазе по дороге (путь от Новосибирска занимает без малого двое суток), питание, пару новых фотоловушек, а также батарейки и флеш-карты для части уже расставленных (сегодня их около 20). Не вдохновиться работой Сергея Владимировича действительно сложно. Его несомненной заслугой является то, что ловушки в районе гигантского массива хребта Чихачева стоят именно там, где ходят барсы – возле больших маркировочных камней или на узких гривах между вершинами. Работа ведется на протяжении нескольких лет и продолжается даже в мороз: учет барсов традиционно проходит в феврале. Были случаи, когда зимой Сергей Владимирович брал в горы только свою немецкую овчарку. Сейчас многое изменилось. В добровольческие экспедиции он везет даже генератор, проектор и огромный экран, чтобы вечером на высоте 2500 метров показывать любопытным участникам презентации о том, как распознать следы барса, об угрозах их существованию и успешном опыте борьбы с браконьерством. “Немаловажно, что это софинансирование экспедиции, – говорит Спицын о причинах, по которым он приветствует добровольцев. – Раньше я получал больше грантов из зарубежных фондов, а сейчас мне пришлось это сократить”.
Организация «Архар», через которую Спицын получал деньги на свои проекты – среди партнеров числились крупнейшая «кошачья» НКО Snow Leopard Conservancy и специализирующийся на Алтае Altai Project – была занесена в реестр иностранных агентов министерства юстиции, и он ее закрыл. Еще более проблематичным для исследований является нехватка кадров. “Найти попутчиков не так-то просто, а тут люди сами хотят, - продолжает Сергей Владимирович. – Каждый день ходить в гору в любую погоду, терпеть лишения, физические нагрузки и даже маленько голодать - не всегда можно найти людей даже за деньги.” До работы с добровольцами Спицын проводил семинары с альпинистами. Он надеялся увеличить сбор первичных данных, таких как следы и метки ирбиса, силами людей, которые уже мотивированы ходить в горы. Но работа сошла на нет после прошлогодней кончины Валерия Шумилова, горного спасателя и президента алтайской федерации скалолазания. Третья причина сотрудничать с добровольцами - общественная поддержка. Участники экспедиций даже после возвращения домой не теряют интереса к проблеме сохранения снежного барса. В Новосибирске уже не раз проходили фотовыставки, а недавно несколько участников провели занятие со четвероклассниками, приехав в школу на том самом УАЗике - сейчас это уже отремонтированный боевой конь по прозвищу “Бездна” со сногсшибательной аэрографией на боку. Дети были в восторге. Добровольческие выезды такого рода не уникальное явление, но обычно их в разовом порядке организуют сами ученые, говорит Алексей Эбель, орнитолог-любитель и фотограф из Барнаула, участник последней экспедиции. “По следам снежного барса” действительно интересен тем, что проект инициировал человек со стороны, не занимающийся наукой, и готовый продолжать и даже расширять его. “Отсутствие внимания к необходимости привлечения добровольцев к природоохранной работе и вообще работы с населением привело региональные общественные организации к краху”, – говорит Эбель, который сам постоянно организует поездки по Алтаю, особенно для любителей фотографировать птиц. Российские организации в большинстве своем всегда состояли из небольшого коллектива и исполняли гранты своими силами, не думая о том, чтобы информировать о своей работе широкую общественность. “В итоге, когда у многих возникли проблемы из-за присвоения им статуса иностранных агентов, они остались один на один с проблемой.” Эбель теперь размышляет, как можно опыт барсиной экспедиции переложить на “другие активности в регионе”, например, по изучению манула, который тоже обитает на Алтае и считающийся видом близким к уязвимому по классификации МСОП.
/upload/iblock/095/0950f5a5698702fe44871380c3a484e9.JPG
Добровольческая экспедиция «По следам снежного барса»
Несмотря на важность помощи добровольцев в полевых работах, Паутов видит проект в основном как просветительский и социальный.
Экспедиции дают людям то, что редко можно получить в современном обществе – возможность помочь своей стране, природе, сделать доброе дело. Игорь Паутов
Из этих соображений он не хочет осуществлять проект на какой-либо юридической основе. “Существующий формат делает экспедиции успешными потому что люди собираются для общего дела зная на что идут и берут на себя ответственность, – говорит он. – Если все оформлять и страховать, это будут уже другие взаимоотношения”. Сейчас Игорь думает, как расширить выезды, чтобы все желающие могли принять участие – в "Бездну" помещается лишь маленькая группа. “Есть мысль расширить географию проекта. Например, мы можем делать набор в Новосибирске и отправлять людей работать со специалистами заповедников России и национальных парков. Интерес у людей есть, и этот потенциал нужно использовать для сохранения снежного барса в нашей стране”.