Поиск
x
Журнал №189, июнь 2019
Журнал №69, апрель - май 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
#ngarctic2017
За семь морей: Северный морской путь
Андрей Паламарчук
12 ноября 2017
/upload/iblock/c8b/c8bd7b26dd0504ea96eaf7e646545014.JPG
«Адмирал Макаров» проводит сухогруз «Иоганн Махмасталь».
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/55a/55a2fdefa55dd2c3183213c6bccce681.JPG
На Северном морском пути есть жизнь – даже в ноябре!
Фото: Елена Чернышова
Главный редактор нашего журнала Андрей Паламарчук и фотограф Елена Чернышова отправились в трехнедельное плавание из Мурманска до Сахалина на борту ледокольного судна «Федор Ушаков». Это – дневник их путешествия.

20 ноября. Пролив Санникова. Встреча с караваном

Уже третьи сутки мы следим за судьбой каравана, идущего нам навстречу. Дизельный ледокол «Адмирал Макаров» ведет три сухогруза: «Таймыр», «Сабетта» и «Иоганн Махмасталь». Пока мы подходили к проливу Санникова с запада, караван вышел к нему с востока – и застрял.

 Читали «Землю Санникова»? Так вот, нет такой земли. Петр Анжу искал – не нашел, барон Эдуард Толль искал – и сам сгинул где-то в этих местах. Что ж, Земли Санникова нет – но пролив есть! Он соединяет моря Лаптевых и Восточно-Сибирское, а разделяет две группы островов – Анжу и Ляховские. Назван пролив в честь Якова Санникова, бесстрашного первооткрывателя и вообще предприимчивого русского мужика.

 Санников был начальником артели, занимавшейся промыслом песца, и открытия совершал, как я понял, по большей части из стремления расширить бизнес своих начальников, купцов Сыроватских. В 1800 году он открыл и описал остров Столбовой – мы проходим милях в пятнадцати севернее от него прежде чем войти в пролив. Санников исследовал архипелаг Новосибирские острова вдоль и поперек, открыл острова Новая Сибирь и Фаддеевский (и потом сам же установил, что Фаддеевский – это полуостров). Именно оттуда, с северного берега открытых им островов, Санникову дважды привиделась призрачная земля, которую так никто и не обнаружил.

 Пролив Санникова – настоящее бутылочное горлышко. Он узкий – 30 миль (55 километров), при этом мелкий (24 метра в самом глубоком месте) и в это время года плотно забит льдом. Торосы не всегда обойдешь при всем желании – кругом отмели.
/upload/iblock/8f3/8f393cdbef7d1134dea6e956850a4c96.JPG
Елена Чернышова Матрос 1-го класса Роман Божков.

 ...«Федор Ушаков» пробивается через торосы, подминая под себя толстые ломти льда; из-под них выступает непривычно грязная вода – морское дно тут совсем близко. Мы с капитаном смотрим на спутниковый снимок пролива Санникова. На нем GPS-треки четырех судов – сначала шли, вытянувшись в струнку, а у входа в пролив «столпились», застряли. Александр Кутлубаев подводит курсор к треугольникам судов, уточняя скорость: «Адмирал Макаров» – 7 узлов, остальные – 0,4 узла.

«Стоят! Им некуда деваться, кругом мелко, ветер тут же затягивает канал, который проделывает ледокол. "Макаров" проводит суда по одному: отведет, оставит, вернется за следующим. Непросто им сейчас», – говорит мне капитан.
/upload/iblock/fd3/fd3e7ecc830001fef6b771678bc99c02.JPG
Елена Чернышова Припайный лед, оторванный ветром от острова Котельный (вверху), собирается в проливе Санникова.

...С мостика «Федора Ушакова» огоньки встречного каравана становятся видны в 3 утра. Огни раскиданы по акватории: «Таймыр» и «Сабетта» остаются по правому борту, а впереди слева приближаются «Адмирал Макаров» и «Иоганн Махмасталь». Наш капитан подносит к уху трубку УКВ-радиостанции. На другом конце – приятный спокойный голос.

− «Адмирал Макаров», ответьте «Федору Ушакову».

− Доброе утро! Подскажите, пожалуйста, ледовую обстановку. Как вы шли, чего нам стоит ожидать?
 − Шли рекомендованным курсом. От острова Малый Ляховский очень тяжело. Сморози мелко-битого и сжатие. Наторошено очень сильно.
− Спасибо за информацию. А в море Лаптевых как обстановка?

− На выходе из пролива будет разрежение. В самом море обстановка нормальная, сморози нет, молодой лед в среднем 40 сантиметров. А как у вас по корме?

− По корме у нас сильное сжатие, порядка трех баллов. А так вообще ровные поля.
− Принято, спасибо за информацию. Хорошего перехода вам!
 − Спасибо за информацию, вам тоже удачного перехода!
/upload/iblock/139/1390ce2134a67c9c045761f24271889c.JPG
Мысленно желаем удачи полярным морякам.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/031/031f2e4d43abc71342da4ecfe3fb7731.JPG
Расстояние стремительно увеличивается.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/3ca/3ca2377178f4195b3b84e3ea9346b885.JPG
Странники во льдах: «Адмирал Макаров» и «Иоганн Махмасталь».
Фото: Елена Чернышова

Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.

74° с. ш. 144° в. д. Мы с фотографом Леной Чернышовой поднимаемся на крышу рубки. Заря едва высветлила небо. Ветер свистит в ушах, вымораживает пальцы рук, на торосах палуба подпрыгивает под ногами. Наши скорости суммируются, поэтому расстояние между встречными судами и «Федором Ушаковым» быстро сокращается. Вот они, совсем рядом, два черных силуэта: «Адмирал Макаров» с массивной залитой огнями надстройкой и длинный, кажущийся худосочным в сравнении с ним «Иоганн Махмасталь». Мы проходим в каких-то двух кабельтовых (примерно полкилометра) друг от друга. Наверное, на ледоколе завидуют нам: мы сами по себе, они вчетвером, мы уже вышли из бутылочного горлышка пролива Санникова, для них все самое сложное еще впереди.
Добро пожаловать в Восточно-Сибирское море!
/upload/iblock/d40/d40e3c797f2bb095ec0972271baf68ce.jpg
Елена Чернышова Спаянный блинчатый лед и полынья, расширяющаяся влево. Но нам не туда.

19 ноября. Море Лаптевых. Льды усиливаются


/upload/iblock/6df/6dfe82adb16c70cbfea61e87a1ce9eb5.jpg
Елена Чернышова Это не карта Луны, а ледовый радар. Темные пятна – ровные ледяные поля, светлые – торосы.

 Двоюродные братья Дмитрий и Харитон Лаптевы в 1730–40-е годы возглавляли отряды Великой Северной экспедиции – один исследовал побережье от устья Лены на восток, аж до Камчатки, другой – на запад, до Енисея. В 1913 году в их честь назвали море. Вообще странно, что об этих удивительных братьях (да и вообще о Великой Северной экспедиции) не сняли до сих пор какой-нибудь эпический фильм, а еще лучше, сериал. Начну писать сценарий, когда вернусь домой.
/upload/iblock/79e/79e54b66cfdc896985a952cf1f638ed8.JPG
Елена Чернышова Так выглядит наслоение ледяных плит.

 А пока наш прекрасный новенький «Федор Ушаков» следует в порт Холмск, чтобы обслуживать добывающие платформы в Охотском море. Прошли мы Баренцево и Карское моря, теперь вот – Лаптевых.

 На старых картах его называли Татарским, Ленским, Сибирским и Ледовитым. Последнее название очень справедливое. С точки зрения ледовой обстановки это море всегда было и остается самым сложным.
/upload/iblock/2db/2dbdb5796179840b114c73256c6d79c4.JPG
Елена Чернышова Встречные курсы: треки «Федора Ушакова» и каравана.

...Утро. Поднимаюсь на мостик и не в первый раз за эти дни вижу, как капитан Александр Кутлубаев и ледовый советник Дмитрий Кравченко о чем-то вполголоса озабоченно беседуют. «О чем-то», – это я глупость написал. Ясно, о чем: о ледовой обстановке.

 «Федор Ушаков» – надежный, мощный, маневренный, приспособленный ко льдам. Александр и Дмитрий – опытные капитаны, понимающие друг друга с полуслова (Кравченко откомандирован в наш рейс с ледокольного танкера «Штурман Овцын», где работает капитаном; он проходил Северный морской путь трижды). Но оба знают: лед ошибок не прощает. Поэтому и советуются регулярно, не отходя от карт, ледового радара, спутниковых прогнозов погоды.
/upload/iblock/d8c/d8c5addbed01426597bb9464b008292f.JPG
Елена Чернышова Одинокий «Таймыр» дрейфует в ожидании своего ледокола.

 Главная наша задача – пересечь море Лаптевых, выйдя к проливу Санникова по оптимальному маршруту. Дмитрий Кравченко посвящает меня в первоначальные планы – прижиматься к берегу, двигаясь по направлению к устью Лены, откуда когда-то в разные стороны шли отряды братьев Лаптевых.

«Но теперь северные ветра нагнали к берегу лед, образовав сильные сжатия, – говорит Дмитрий. – Поэтому мы решили идти к проливу Санникова по кратчайшей траектории. По ледовым картам впереди наблюдаются разрывы во льдах в несколько десятков миль, по ним будем идти более уверенно».
/upload/iblock/266/26661345d53dc193cab8e94b23c16671.JPG
Елена Чернышова Караван превратился в точку за кормой. Мы снова одни.

Вспоминаем Баренцево и даже Карское море с ностальгией: там можно было двигаться, зачастую доверяя управление авторулевому. Здесь, в море Лаптевых, проходить ледяные поля в полметра толщиной, выбирая путь между торосами, можно только в ручном режиме, замедляясь с 10–12 до 6–7, а иногда и до 2 узлов (скорость пешехода).
/upload/iblock/a2f/a2fa56849e8ceb5b3a65afa52db4f486.JPG
Елена Чернышова «Федор Ушаков» проводит ходовые испытания перед отплытием.

Торосы образуются на стыке ледяных полей и выглядят как швы, сделанные неаккуратным сварщиком: лед на таких стыках топорщится вверх (и вниз, хотя мы этого не видим). Это работа ветра – он сдвигает ледяные поля, края наползают друг на друга, их схватывает мороз, заносит снегом метель. Преодолевая торосы, наше судно вибрирует и иногда подскакивает так, что просыпаешься ночью. В помещениях, расположенных на нижних палубах и ближе к носу – например, в столовой – приходится разговаривать повысив голос: лед скрежещет по корпусу, как будто гигантский подводный монстр точит о нас свои стальные зубы.

 Двигатели у «Федора Ушакова» мощные, пока мы идем вполсилы, а конструкция судна позволяет ему двигаться во льдах толщиной до полутора метров и снеговым покровом до 20 сантиметров. Но это не повод расслабляться.

/upload/iblock/833/833672c920da8058a82fef54e80425d3.JPG
Елена Чернышова Капитан Александр Кутлубаев передает сводку ледовой обстановки в головной офис «Совкомфлота».
...Еще одно утро. Те же, там же – на мостике. Вновь совещание. Я подхожу ближе. Капитан Александр Кутлубаев показывает на монитор: красивый спутниковый снимок рельефно отображает ледовую картину последних часов. «Мы в 100 милях от пролива Санникова, это выход из моря Лаптевых, – говорит капитан. – Но сильные ветра, около 20 метров в секунду, оторвали льды от острова Котельный и нагнали вот сюда, прямо ко входу в пролив. Образовались две гряды спрессованного льда».

 Если присмотреться к карте, между грядами виден тоненький, с ниточку, проход. Наша задача до конца дня (условного дня, потому что рассвет сегодня отменили – пасмурно) дойти до этого прохода и войти в пролив Санникова. А уже пройдя его и выйдя в Восточно-Сибирское море, можно вздохнуть спокойнее и сказать: самая сложная часть Северного морского пути-2017 позади (но это не точно).

«Чистим-красим-долбим», или Рассказ боцмана

«"Федор Ушаков" – судно новое, команда на нем тоже новая. Сейчас важный этап – притирка людей друг к другу. Надо внимательно следить за командой: дал задание – и смотришь, кто и как выполняет. Если что-то, не дай бог, пойдет не так – ответственность моя. Это море, здесь все серьезно!»

Александр Васильевич Ерофеев – боцман. Его каюта по соседству с каютой фотографа Лены Чернышовой, но мы почти никогда не видим его там. А видим – постоянно в разных обстоятельствах. Привязки к определенному месту на судне у боцмана нет. «Рабочее место у меня везде – кроме разве что машинного отделения, где меня реже можно увидеть. Найти меня можно по рации».

Мне кажется, записывай я все байки за нашим боцманом – и карьера выдающегося писателя-мариниста мне обеспечена. Надо будет этим заняться на досуге. Но досуга пока нет – ни у меня, ни тем более, у него.

«Боцман – очень нужная на судне профессия. На нем замыкается все хозяйство, и он должен уметь все – починить что-то, завязать, подготовить, отвечать за спасательные средства, за безопасность, живучесть судна. "Чистим-красим-долбим" – это про нас, про палубную команду».

/upload/iblock/435/4355624e74acd6a7d191ea768a8527d4.JPG
Очистить судно от обледенения – задача палубной команды.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/838/838f4578b8231f45515ec10c1d9e9273.JPG
...И буквально за ночь покрылся «сахарной» ледяной коркой.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/4fb/4fb8571ac18f60cc3f606c94b08264b1.JPG
После теплого Баренцева моря «Федор Ушаков» вошел в морозное Карское...
Фото: Елена Чернышова

Палубная команда – это матросы. Их на «Федоре Ушакове» трое: Роман Божков, Сергей Вылегжанин и Андрей Климентов. Они подчиняются непосредственно боцману. «Каждое утро я поднимаюсь на мостик, к старшему помощнику. Он ставит задачи, я докладываю о ситуации, намечаем план работ на день. При этом каждый час появляются новые задачи. Так день идет – и очень быстро проходит», – говорит Ерофеев.

/upload/iblock/9cc/9cc4409ee4c2e267eaf9a0285f5fe9b0.JPG
Елена Чернышова «Безопасность превыше всего». Поэтому обледенение на баке должно быть устранено.


«Я после 8-го класса пошел в училище во Владивостоке на матроса-моториста. Мой дядя служил во флоте, вернулся домой, когда я маленьким еще был, рассказывал разные истории. В душе мужчины все романтики. Земли неизведанные, дальние страны – это все мне было интересно. Когда вырос, решил пойти во флот, дядя мне говорил: "Ну, погоди, тебя родные дети дядей Сашей звать будут!". Но слава богу, этого не случилось».

Александр 19 лет отработал в рыбацком флоте – на маленьких добывающих судах («иваси, минтай, креветка, краб, палтус...»). Там же он стал боцманом. Потом работал по контракту на транспортных и пассажирских судах в разных компаниях. «Уже 10 лет я в "Совкомфлоте". На танкере "Виктор Конецкий" проработал 7 лет. И один полугодовой контракт на танкере "Юрий Сенкевич". В основном работали на Азиатско-Тихоокеанский регион. Ходили на Австралию. Там интересно – но жарко».

/upload/iblock/88e/88ed68413a626350b17aa153b75b704f.JPG
Елена Чернышова Рейс по Северному морскому пути продолжается.


Потом Ерофеев перешел на «Витус Беринг» – ледокольное судно снабжения добывающих платформ в Охотском море. Наш «Федор Ушаков» чем-то похож на него, только у него больше набор функций и выше ледовый класс. Мы тоже следуем на Сахалин – к месту постоянной работы «Федора Ушакова» на континентальном шельфе в рамках проекта «Сахалин-2». Здесь он будет нести аварийно-спасательное дежурство, оперативно реагировать на чрезвычайные ситуации, круглогодично обеспечивать снабжением и запасами персонал нефтедобывающих платформ.

/upload/iblock/2c5/2c51986ecd928fd817a3a156c31b739f.JPG
Елена Чернышова Продавливая сплошной лед толщиной до 30 см, идем к цели.


«На танкерах, на пассажирских судах работа спокойнее. Здесь же – своя специфика: стоишь у добывающей платформы в полной готовиности, обслуживаешь. Судно многофункциональное, оно подвозит и топливо, и снабжение всевозможное – трубы, контейнера, всё! И в то же время обеспечивает безопасность вышки и людей. Требуется постоянная готовность: и на платформе, и на судне учебная тревога – обычное дело. Экипаж должен быть готов реагировать по тревоге – человек за бортом или пожар... Обычно мы находимся в 500-метровой зоне. В спокойную погоду можем встать на якорь. Но на Сахалине погода редко бывает спокойной!».

На таких судах контракты короче – не 6 месяцев, а 2 с половиной. Александра это устраивает: чаще видится с дочерьми и 13-летним внуком. «Мне 52, а женат я 34 года – столько же, сколько в море хожу. Разлуки частые, надолго. Но зато к жене всегда приходишь как к невесте!»

/upload/iblock/f1e/f1e5021eeade023b4f87dcf8c4165740.JPG
Елена Чернышова Впереди поле сплошного льда, но в отдалении уже виден стык между плитами

16 ноября. Карское море: царство ночи

/upload/iblock/3f0/3f0e4190dbe8662da1fade3f0ebc9fdc.jpg
Елена Чернышова «Федор Ушаков» входит во льды.


Из подслушанного на мостике:
– День сегодня как-то быстро кончился!
– Да он и не начинался.

...На 77-й параллели светает часов в шесть. К девяти утра медно-красная полоска света на юге накаляется до максимума, в десять-одиннадцать на улице опять темно. Неудивительно, что все самое интересное за бортом «Федора Ушакова» происходит в темноте.

/upload/iblock/62f/62f35e1f22bcfe9effb33bc40e8ec974.jpg
Елена Чернышова Прожектора ледокола вглядываются в белое безмолвие.


Стоило нам обогнуть северную оконечность Новой Земли и взять курс через Карское море прямо на восток, как на нас навалился юго-восточный ветер с порывами до 22 метров в секунду. С учетом нашего резвого хода (12 узлов, 6 м/с) и температуры –20 °С, получается очень холодно и штормливо. Идеальная погода для фотографа National Geographic Лены Чернышовой.

/upload/iblock/1a1/1a13e50411d8dbb797ae3c5a3e6c2dcb.jpg
Как хорошо, что мы по эту сторону борта!
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/1d9/1d923dd6c7b595a550b5d7f38c6bf394.jpg
Водяной столб взмывает на 10 метров вверх, приняв очертания исполинской акулы.
Фото: Елена Чернышова

А потом случилось северное сияние – на вторую ночь плавания, когда Лена уже отправилась спать, а я почему-то остался в рубке. На вахте был второй помощник капитана Роман Иванов. Мы разговорились – он рассказывал, как в юности увлекался парусным спортом, – а потом его сменили. Пока Роман сдавал вахту, я пошел спать – но по пути решил проверить почту; компьютер стоял в конференц-зале палубой ниже. Ну уже через пару минут ко мне заглянул Роман: «Не спится? Бегом наверх! Там северное сияние!».

Лена в очередной раз побила рекорд по подъему на мостик в зимней экипировке и с полным набором техники. Уже через 10 минут она снимала с верхней палубы возвышенный диалог двух стихий – неба и океана, а я тем временем вел свой диалог на мостике с дежурившим там матросом Андреем Климантовым.

Если кому интересно, вот стенограмма:
– Смотри!
– Ух ты!
– Ого!
– А с той стороны еще!

/upload/iblock/04b/04b949e198abb851a3bd3c54d52abe70.jpg
Роман Иванов на дежурстве.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/b3f/b3f4ce072f3693e11f9a5105684a8f79.jpg
Северное сияние подняло занавес над Арктикой.
Фото: Елена Чернышова


Андрей обошел с разными судами весь мир, но в этих северных широтах не был, и для него это сияние – первое. А значит, незабываемое.

Шшшшух! Стук! Хрясь! Что за звуки за бортом? Выбегаю на мостик. На часах 20:15. В раскрытом бортовом журнале вижу свежую запись: «77°16.3 N 73°08.8 E 20:00 – вошли на мелкобитые ниласовые поля».
/upload/iblock/9f4/9f46744fe01d12f492ff094b03b7db74.JPG
Елена Чернышова «Варшавянка» – одна из самых малошумных подводных лодок в мире.
В рубке аншлаг: собрался, кажется, весь офицерский состав. И конечно, Лена Чернышова уже тут. Для некоторых – в том числе для нас с Леной – этот лед тоже первый в жизни. (Я, конечно, видел лед в коктейле и даже на реке, но вот чтобы так, давить его ледоколом – точно впервые.)

Лед пока еще совсем тонкий, где-то три-пять сантиметров, и между отдельными льдинами постоянно встречаются полыньи, из которых валит пар. Я даже не фотографирую: просто смотрю как завороженный на разбегающиеся от носа «Федора Ушакова» трещины. Не стоит забывать, что мы на настоящем ледоколе со всеми его характеристиками: обтекаемый, напоминающий ложку нос судна обеспечивает высокую ледопроходимость, а еще по периметру всего корпуса проходит так называмый ледовый пояс из высокопрочной судовой стали.
/upload/iblock/679/679961f510e5bdfe8be0b08d6d26e3c2.jpg
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/486/486e05c3d801e374d0f636ca044b3bf0.jpg
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/dda/ddaa026a0792c0ee2a11504e0160f74f.jpg
Фото: Елена Чернышова

По нашей просьбе Дмитрий Кравченко, наш ледовый капитан (его еще называют ледовым советником), объяснил, что означает «мелкобитые ниласовые поля». Нилас – это тонкая корка льда, эластично прогибающаяся на воде. И действительно, глядя за борт, я замечаю, как от «Федора Ушакова» расходятся волны, и ледяная кора изгибается, повторяя движение воды – примерно так, наверное, изгибалась бы пенка на молоке. Ну а «мелкобитые» – понятно: не везде эта корка успела схватиться, где-то ветер разорвал ее на отдельные осколки. Но уже к утру, обещает Дмитрий, лед ляжет на воду практически сплошным покровом, который будет становиться все толще по мере нашего продвижения на восток.
/upload/iblock/641/641744f9a47b6d19f5ffdf3421f9272c.jpg
Елена Чернышова На мостике дежурит матрос Сергей Вылегжанин.


Следить за ходом экспедиции можно на нашем сайте, а также на страницах Андрея Паламарчука и Елены Чернышовой в Instagram по хештегу #ngarctic2017.

15 ноября. Баренцево море волнуется

Если долго вглядываться в трехметровые волны, трехметровые волны начинают вглядываться в тебя. Но обо всем по порядку.

/upload/iblock/cf2/cf20f85ac6b589cfcc0e8127b60222a5.jpg
Горизонт не завален.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/26a/26a7a01e1b79a40781c681f26ccc0df6.jpg
След за кормой. Уверенный курс.
Фото: Елена Чернышова


Идет второй день плавания. Прямо сейчас я пишу эти строки, пересекая 73-ю параллель. Где-то в сотне километров к востоку от меня, под 73° 20´ с. ш. в июле 1596 года голландец Виллем Баренц высадился на западном берегу Новой Земли в третий (и последний) раз в своей жизни. Год спустя после тяжелой зимовки он умер и был похоронен в море, которое впоследствии назвали в его честь – Баренцево. Наш «Федоров Ушаков» сейчас как раз рассекает Баренцево море, продвигаясь на северо-восток со средней скоростью 12 узлов (22 километра в час), и про каждую параллель, которую мы пересекаем, можно рассказать историю.

/upload/iblock/c5f/c5f81ca3971f91f644d992ee601ed20c.JPG
Елена Чернышова На рейде все спокойно. Завтра мы будем готовы к отплытию.


Как правило, чем дальше на север, тем драматичнее история. Например, под 75° с. ш. 15 июля 1608 года два матроса из экспедиции Генри Гудзона видели здесь же, близ Новой Земли, русалку. Цитирую судовой журнал: «Русалка была у самого борта судна и серьезно смотрела на мужчин. Спина и грудь у нее были, как у женщины, кожа очень белая, и вдоль спины спускались длинные черные волосы. Когда она нырнула в воду, они увидели ее хвост, пятнистый, как у макрели». К сожалению, быстро темнеет, и наши шансы увидеть русалку стремительно тают. К тому же волны довольно высоки и, будь я русалкой, держался бы поглубже.

/upload/iblock/76a/76a3c7e4ed66818df52bc53424ff21a8.jpg
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/f33/f3390c30ff71c70cb832fee1a7a59c7c.jpg
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/212/21273f63839d83123c4daf666f176c5d.jpg
Фото: Елена Чернышова


Качку мы ощутили, едва выйдя в открытое море. Ни меня, ни фотографа Лену Чернышову морская болезнь, к счастью, не поразила, но море убаюкивает – с непривычки хочется спать. В течение первого дня качка всё усиливалась, и передвигаться по судну, даже по своей каюте, становилось все сложнее.

Мы с Леной на каждом шагу обращаем внимание на хитрые приспособления, помогающие людям комфортно существовать в условиях, приближенных к катанию на американских горках.

/upload/iblock/7f5/7f5bcce02be541e6f5428313d787885c.JPG
Ограничители на книжных полках.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/bed/bed4d6db1a8f18dbcaadf2dd89e18c7b.JPG
Бортики на столах не дадут соскользнуть, например, ноутбуку.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/dbf/dbff78d8d06bff54359102eb542b58d6.JPG
Перила с обеих сторон лестницы.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/1ff/1ffab91f72bf929b9cdbbbb413b8d6dc.JPG
Ручка на стене душевой – необходимый аксессуар.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/88a/88a1e745f62f644db7157d35890510b7.JPG
Внутри все устроено так, чтобы ничего не выпало.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/87e/87e8574cf8b8e9a54f596c6ae623c013.JPG
Дверцы шкафчика в ванной: нажми, чтобы открыть.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/919/919ebcbbf0e26a5cf9143470d14cc464.JPG
Чтобы открыть шкаф, нужно надавить на кнопку.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/94a/94a61880448dfd3c40134ac7f83a670d.JPG
Отличное решение!
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/b81/b81e2f38c08ca706371223fb99e2e230.JPG
Столовая. Обратите внимание на стулья.
Фото: Елена Чернышова


Вчера после обеда, когда мы с Леной шатались по коридору, нас встретил капитан. Он пообещал нам усиление ветра к вечеру. Но успокоил – шторма не будет: «Так, заденем немного. Я уже скорректировал курс – мы прижмемся к Новой Земле». Тем не менее, ночью волны будут до трех метров (сейчас – метр). «Людям не страшно, но позаботьтесь о технике, ее лучше убрать по шкафам».

Ближе к полуночи предсказания капитана начали сбываться. Лежа в уютной койке, я всем организмом чувствовал, как «Федор Ушаков» карабкается куда-то в горку, на несколько секунд замирает на гребне и ухает вниз, то клюя носом, то зарываясь кормой, то раскачиваясь из стороны в сторону, то просто пританцовывая. Сон никак не приходил, я решил выглянуть в иллюминатор, и лучше бы я этого не делал. Нет, не страшно! Просто я замерз – стоя у окна босиком, в одних трусах, прижавшись лбом к стеклу. Оторваться от созерцания бушующей стихии невозможно. Как я уснул, не помню.

/upload/iblock/39c/39cf1163a66d7a19af509a61d3bae84c.jpg
Комната с видом на волны.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/ccc/ccce66519b06fed0e789652f761b9c63.JPG
От циклона отвернули, к суше прижались – мы молодцы.
Фото: Елена Чернышова


Наутро от былой качки не осталось и следа, а монитор на мостике показал, что мы благополучно избежали циклона и очень успешно прижались к Новой Земле, вдоль которой и продолжаем идти в данный момент.

Следить за ходом экспедиции можно на нашем сайте, а также на странице Андрея Паламарчука в Facebook и Елены Чернышовой в Instagram по хештегу #ngarctic2017.

14 ноября. Началось!

/upload/iblock/cbf/cbf5e3c4f5c2e27ac8136ec0506b082c.JPG
Поехали: отплытие из порта Мурманска.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/a8d/a8d5560afc63c594db6089e28fb87b94.JPG
Остров Кильдин. Где-то там тоскует по морю озерная треска.
Фото: Елена Чернышова


Рано утром мы вышли из Кольского залива: я проснулся от небольшого волнения (волновался не я, а Северный ледовитый океан). Поднявшись на мостик, обнаружил на юге полоску суши: это был остров Кильдин, известный тем, что на нем находится озеро с невеселым названием Могильное, в котором одновременно обитают и пресноводные, и морские организмы. В частности, там живет треска, имевшая неосторожность проникнуть в озеро, когда оно было соединено с морем.

/upload/iblock/36b/36ba00cdefd72662a354cd2ff7bd0abe.JPG
Елена Чернышова Второй помощник капитана Роман Иванов внимательно следит за заправкой «Федора Ушакова».


Вдруг палуба под моими ногами задрожала – это начался тест-драйв. На «Федоре Ушакове» установлены два движителя типа Azipod – расположенные в гондолах вне корпуса судна, они могут независимо вращаться на 360 градусов, обеспечивая судну небывалую маневренность и ледопроходимость. И вот перед отплытием капитан устроил этой чудо-системе испытания в открытом море.

Сначала мы замерли на месте: двигатели работали, не давая нашей многотонной махине сдвинуться с заданной точки. Потом начали кружиться вокруг собственной оси то в одну, то в другую сторону, – как будто «Федор Ушаков» вознамерился взбить акваторию Баренцева моря в один пенный коктейль. Потом судно стало носиться по водной глади змейкой. Потом меня укачало, и я лег спать, хотя часы показывали 10 утра. Мне снилось, что я треска, навсегда застрявшая в пресноводном озере. Я очень хотел домой, в открытое море... Проснулся в полдень: смеркалось.

Вернувшись на мостик, обнаружил там Лену Чернышову: она фотографировала проплывавшую мимо нас дизельную субмарину типа «Варшавянка».
/upload/iblock/86c/86ccfae0503c08bebf72ad637e91f25f.JPG
Елена Чернышова Не прикрытые палубой балки корпуса бункеровщика придают ему сходство со странным насекомым.

Усталая подлодка шла домой – наверняка из глубины, откуда же еще. Впереди и чуть по бокам от нее двигались два судна сопровождения. Вежливо пропустив их, «Федор Ушаков» направился обратно на рейд. Капитан Александр Кутлубаев пояснил нам с Леной: напоследок надо принять на борт дополнительный груз.

  |slideshow-1693 // День 1 – Началось|
    Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.
 
Отплытие назначено на 22:00. Все на «Федоре Ушакове» с нетерпением ждут этого момента: стоит судну покинуть порт, как останется позади суета подготовки и томительное ожидание большого и важного события – похода по Северному морскому пути. Надо ли говорить, что мы были на ходовом мостике без десяти десять вечера?

Ничто не выдает торжественности момента. А может, я ее выдумал? Не могу разобраться. Капитан выглядит точно так же, как на протяжении всех этих двух дней, что я наблюдаю за ним: собранный, серьезный и спокойный.

Ровно в 22:00 по судовому радио звучит его голос: «Капитан. Запускаем вторую машину, снимаемся с якоря, уходим в рейс».


Мурманск принято называть Воротами в Арктику. И вот мы на «Федоре Ушакове» плавно проходим сквозь эти ворота, украшенные тысячами огней, которые отражаются в глади Кольского залива. Погода здесь в эти дни стоит небывало спокойная, и это хочется воспринимать как добрый знак.

    |slideshow-1694 // День 1 – Началось 2|
Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.
 
Когда последние огни Мурманска остаются позади, за мысом Пинагорий, мы с Леной спускаемся палубой ниже, в конференц-зал. Мы облюбовали его со вчерашнего дня: здесь широкий стол, удобные розетки и все необходимое для чая. Пару часов спустя по коридору проходит Александр Кутлубаев – закончилась его вахта. Он заглядывает к нам пожелать спокойной ночи – и я впервые вижу на лице капитана широкую улыбку.

Следить за ходом экспедиции можно на нашем сайте, а также на страницах Андрея Паламарчука в Facebook и Instagram по хештегу #NGArctic2017.

12 ноября. На рейде 

/upload/iblock/bec/beccbe4ef853067d7c0e35c4c06cb3ab.jpg
Север готовится к зиме: в порту грузят уголь. На вершине сопки Зеленый мыс высится монумент Защитникам Советского Заполярья.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/1d6/1d648b7b54fb1eb840dfaa4b43b58797.jpg
В середине ноября день в Заполярье — это длинный рассвет, переходящий в закат.
Фото: Елена Чернышова


Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.

«Внимание экипажу, приготовиться к отшвартовке», – голос в динамике судового радио разбудит и мертвого. 8 утра. Протираю запотевшее стекло иллюминатора: картинка прежняя, причал на месте. Но тут пол под ногами начинает вибрировать, пространство заполняется негромким деловитым гулом. Еще через пару минут пирс трогается с места; вот он поплыл вдоль окна – и был таков. Нас буксируют! 

/upload/iblock/ed8/ed84165631c704cf2652391ca50bff9b.JPG
Елена Чернышова


Надевая на ходу теплую куртку, поднимаюсь на мостик, а Лена Чернышова уже там – фотографирует, как маленький буксир толкает стометровую махину «Федора Ушакова» своим обитым резиной носом.
/upload/iblock/6f0/6f0215bc94ac3ec4acee8fd7ed669448.JPG
Елена Чернышова
Отогнав наше судно на положенное расстояние, буксир разворачивается, выпускает дымок из трубы и направляется обратно в порт, а у меня в голове остается песенка из мультфильма про катерок («мы пришли сегодня в порт»). Готов поспорить, что теперь она звучит в голове и у вас.

/upload/iblock/18e/18e5b98cdfc598e8869af4b49e47917b.jpg
Елена Чернышова


Приближающаяся полярная ночь дарит фотографам удивительные возможности для работы: солнце всходит и зависает над горизонтом, скользя с юго-востока на юго-запад. Получается долгий-долгий рассвет, в лучах которого все выглядит фантастически красиво: и рябь воды, и берег с портовыми кранами и бликующими фасадами многоэтажек, и наш красавец «Федор Ушаков» – особенно идеальная геометрия его капитанского мостика. Вообще-то мы с Леной уже влюбились в это чудо современного судостроения, инженерии и дизайна.

Это еще не совсем отплытие. Мы не уходим от Мурманска, у нас даже пока еще ловится мобильный интернет из города. Мы на рейде. Я понимаю, что меня здесь читают грамотные люди, но все же, на всякий случай: рейд – который от английского raid («нападение») не имеет отношения к теме. Наше слово, rede, – нидерландское (как и львиная доля традиционных морских терминов в русском языке), и обозначает оно защищенную от ветра и волн часть припортовой акватории (вы еще не забыли песню из мультика?). Здесь суда становятся на якорь и ждут, когда им разрешат подойти к причалу – или, как в нашем случае, когда все будет готово к уходу в плавание.

В старину корабли на рейде пережидали шторм и штиль, караулили смену ветра, чтобы выйти из гавани. Нам ветер нипочем, наша главная задача (их наверняка больше, но я знаю только про эту) – заправиться. Моряки говорят – «бункероваться». Вот уже резво скользит в нашу сторону ярко-красный танкер, а по науке – бункеровочное судно. Подошел, сбавил ход, аккуратно пришвартовался к левому борту – вскоре начнется бункеровка экологически безопасным легким дизельным топливом.

/upload/iblock/920/9200999d4673f5555bbbfb1c4e8342e5.JPG
Елена Чернышова Низкое солнце украсило отражениями и бликами стекло рубки мостика.


Старший механик Георгий Дерменжи доволен: уровень содержания серы – 0,009% при максимально допустимом показателе 3,5%.
/upload/iblock/518/518c9d0a21aa2a81bad25af85102f5f9.JPG
Елена Чернышова Прощаемся с буксиром; наше судно готово встать на рейд.
Процедура бункеровки продлится целый день, который так, одно название: рассвет незаметно переходит в закат, и вскоре все – и море, и берег с его кранами и панельными домами, и корабли на рейде, и наш неутомимый сосед бункеровщик – укутается мраком.
/upload/iblock/f8a/f8a36be377e19c2e4ce812d6facd4a73.JPG
Елена Чернышова Солнце поднялось немного выше и ненадолго выглянуло из-за облаков.
Вроде как ночь – а до ужина еще далеко!

/upload/iblock/4e6/4e670c52f4c3470c1562825d1ce40696.JPG
Елена Чернышова Что привезло нам бункеровочное судно? Правильно, бункер. Так моряки называют топливо.

11 ноября. Пролог: как провожают пароходы

/upload/iblock/072/072b79bab70f3d22ff0f5986d4b86c20.jpg
Елена Чернышова Чайки прилетели аж с Новой Земли посмотреть на нас.


У кого-то из окна площадь Красная видна, а у нас – легендарный ледокол «Ленин», превращенный в музей. Лучше всего он смотрится с подсветкой – ночью, которая наступает здесь, в Заполярье, примерно в 15:00. Но завтра вид изменится – и с той поры будет меняться ежедневно. Мы – я и фотограф Лена Чернышова – отправимся в путешествие мечты по Северному морскому пути. Пройдем мы через семь морей (и это не фигура речи – их правда семь!) и примерно через три недели вновь почувствуем под ногами землю – Сахалин.

Северный морской путь – это не шутка, особенно в ноябре. Пройти его может только особое судно, и наш «Федор Ушаков» – как раз такое. Нам с Леной еще предстоит ближе познакомиться с ним и его командой, а пока напишу о том, что вычитал в досье.

«Федор Ушаков» – современное многофункциональное ледокольное судно обеспечения морских добывающих платформ, способное преодолевать лед толщиной до полутора метров. Построено по заказу судоходной компании «Совкомфлот» для работы на континентальном шельфе острова Сахалин в Охотском море. «Многофункциональное» – это значит способное круглый год снабжать персонал нефтедобывающих платформ, нести аварийно-спасательное дежурство и оперативно реагировать на ЧП («Федор Ушаков» способен эвакуировать до 150 человек!).
/upload/iblock/750/7503ca6a4229693b7f419a3f7948f713.jpg
Елена Чернышова Мелкобитный нилас.

А еще наше судно совсем новенькое! Оно только месяц назад было спущено на воду, и это для него первый серьезный поход.

/upload/iblock/d8b/d8b4102dbd0baa8192a4002e1b4ff3eb.JPG
«Федор Ушаков» расположился прямо напротив морского вокзала Мурманска.
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/68e/68ec0a08287b713ac08465661f59670a.jpg
Фото: Андрей Паламарчук

Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.

В Мурманске прошла церемония освящения судна и поднятие флага на нем. Музыканты духового оркестра Северного флота грели губы, дыша в перчатки – но вообще-то с погодой нам повезло: ни дождя, ни снега, ни сильного ветра. Мурманские курсанты выстроились шеренгой на палубе. Царила атмосфера радостного ожидания.
/upload/iblock/5b1/5b12b99a0fcddd7795362b6f19407e65.JPG
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/94f/94f15f2aea32d662587662e082ef7b0d.JPG
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/56f/56f74848c5e74d34577f349b8bbf2324.JPG
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/1ae/1ae4fbaa1fa92e479963394c3c5a3540.JPG
Фото: Елена Чернышова
/upload/iblock/d5b/d5b97f55caf3285e9f9cfbac01d8154f.JPG
Фото: Елена Чернышова

Нажмите на картинку, чтобы посмотреть следующий слайд.
Капитан судна Александр Кутлубаев отдал команду на торжественный подъем флага Российской Федерации, и зазвучал гимн. Выступали первый заместитель генерального директора «Совкомфлота» Евгений Амбросов и первый заместитель губернатора Мурманской области Алексей Тюкавин. Протоиерей Мурманской и Мончегорской епархии Петр отслужил молебен.
/upload/iblock/0db/0db3d78015639a2ddb766134adabffcb.JPG
Елена Чернышова Идет чистка бака от снега и льда.

Отгремело торжество, гости разъехались, и на «Федоре Ушакове» воцарилась атмосфера спокойной сосредоточенности. Экипаж готовится к очень важному завтрашнему дню. С утра мы встаем на рейд, начинается отсчет большому приключению, и мы опять думаем о том, какое это везение – стать его частью.
/upload/iblock/db5/db5303d0760a1ff8d582adf70a0ee373.JPG
Елена Чернышова Ледокол «Ленин»