Поиск
x
Журнал №190, июль 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Дракула возвращается

Текст: Кэтэлин Груйа Фотографии: Богдан Кройтору
10 мая 2011
/upload/iblock/41b/41bc0ee0ec1a6869bd086c3cfa01c252.jpg
Вурдалак на час. Клуб Дракулы в Бухаресте. По вторникам и пятницам, прогуливаясь между столиками, актер Петре Морару изображает вампира. Иностранцам здесь нравится, но румыны приходят сюда, только сопровождая туристов.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/c8f/c8fa503519bedae4aa3f17817a9dfb9f.jpg
Замок Дракулы. Крепость Поенарь, принадлежавшую в XV веке валашскому воеводе Владу Цепешу, называют замком Дракулы. Тех, кто отважится вскарабкаться на ее руины, ждет непростое испытание – подъем по 1456 каменным ступеням.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/45b/45bb6391e32f2bf30b3427469242a28e.jpg
Любителям приключений. Обитатели отеля «Замок Дракулы» могут спуститься по скрипучей деревянной лестнице в «комнату гроба». Этот отель построили в 1980-е годы на перевале Борго – именно здесь в романе Стокера проходила дорога в логово вампира.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/09c/09c3360fe20a63b3fff72b9d705e6009.jpg
Эта аллея ведет к башне Киндии, в Тырговиште, где были совершены многие из тех зверств, что приписывают Владу Цепешу.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/f76/f76d473775ec0074b3509bd944c636a8.jpg
Прототип графа Дракулы. Он не был ни графом, ни вампиром и никогда не правил в Трансильвании. Памятник правителю Валахии Владу Дракуле по прозвищу Цепеш установлен в его родном городе, Сигишоаре.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/520/5202993128082fc6e2380cb45e49effa.jpg
Царский подарок. В 1462 году турки осадили Поенарь – крепость Влада Цепеша. Воевода послал за помощью в село Арефу. По легенде, мужчины из Арефу хитростью вызволили своего правителя из замка и увезли в Трансильванию. В благодарность Цепеш отдал им во владение семнадцать горных вершин. С тех пор во время общих праздников жители этого села поминают добром своего повелителя.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/a7d/a7d579a7f7a5fb8c796320107bd8eed7.jpg
Чтобы мертвецы не «поднимались из могил», им прокалывают спицей сердце или живот. Муж этой женщины умер в прошлом году. Вдова считает, что он приходит пить ее кровь и жалеет, что не проткнула его зубцом от карды, чесалки для шерсти.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/436/4365d22f1934d1a423fee114ea34e38e.jpg
Ритуал погребения. Уезд Марамуреш, Восточные Карпаты. У покойницы под руками лежат хлеб и монеты – с ними она отправится в иной мир.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/6e7/6e7b2cb1c81a0cc4cb1524a81355467c.jpg
Комната страха. Музей ужасов неподалеку от замка Бран. Один из его залов имитирует старое кладбище. Актер пугает посетителей, изображая мертвеца, встающего из могилы.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/927/9276a57df558a3178bfad07d38b3e3e9.jpg
Взгляд в будущее. Хэллоуин в трансильванском городке Бочокоель. Дети играют с подсвеченными изнутри тыквами.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/d95/d95dab1740b349e33a17794d17b9d1ca.jpg
Аристократ Константин Бэлэчиану-Столнич – последний потомок воеводы Влада Дракулы (в своем доме, на фоне семейных портретов). Его не беспокоят мифы о вампире, навязанные индустрией развлечений.
Фото: Богдан Кройтору
/upload/iblock/15e/15e52d738ebe5ac3f83915f2de16c7d1.jpg
Брэм Стокер никогда не видел Трансильванию и представил ее в своем романе такой, какой, по его мнению, должна быть страна вампиров. Многие местные жители, например, эти женщины, что работают на полях, никогда не слышали ни о Стокере, ни о графе Дракуле.
Фото: Богдан Кройтору
Ирландский писатель Брэм Стокер, автор знаменитого романа о графе Дракуле, заставил весь мир поверить, что вампиры живут в румынской провинции Трансильвания. Однако румыны наотрез отказываются считать свою страну родиной вурдалаков. Уже несколько столетий у них есть «свой Дракула» – валашский воевода XV века Влад Цепеш. О его чудовищной жестокости и беспримерной храбрости ходили легенды. Именно о нем, о его жизни и роли в истории румыны стремятся поведать миру. Однако туристы приезжают сюда со всего света, чтобы увидеть туманные ущелья и мрачные замки, описанные в романе Стокера. Современная индустрия развлечений подарила Дракуле истинное бессмертие.
Бухарест, международный аэропорт «Отопень». В толпе встречающих бросается в глаза высокий седой человек с усталыми глазами. Это Николае Пэдурару, председатель Общества Дракулы в Трансильвании, он встречает американских туристов, пожелавших провести «уикенд с Дракулой» в стране вампиров, – Джона, Карли, Аллайу и Кевина. Темнеет. Наконец все на месте, и мы отправляемся в путь. «Добро пожаловать в Бухарест! – говорит Пэдурару (его английский безупречен). – Пока что бояться вам нечего, мы в Валахии. А вот завтра поедем в Трансильванию». «Мы увидим волков?» – спрашивает Джон.
«Вампир для современных румын - это порождение западной культуры».
Для Пэдурару эта сцена повторяется несколько раз в год – уже двадцать лет с тех пор, как его жизнь пересеклась с феноменом Дракулы. Сначала было недоумение («Вампиры? В Трансильвании?»), потом – кропотливая работа в библиотеке. В 1991 году Пэдурару организовал Общество Дракулы. Его цель проследить, как образ Дракулы связывает Румынию и западную цивилизацию, как соотносятся литературный персонаж и его исторический прототип. Моросит дождь, скрип дворников по лобовому стеклу заглушает слова Пэдурару: «Вы оказались здесь благодаря одному ирландскому писателю». Аврахам (Брэм) Стокер, написавший немало занимательных романов и повестей, прославился именно как автор романа о графе Дракуле (книга вышла в 1897 году). С тех пор граф-вампир перестал быть только литературным героем: кино, театр, реклама и компьютерные игры подарили ему бессмертие. Он вездесущ: есть Дракула для детей и Дракула для взрослых, есть классический вариант и вариант в стиле модерн, есть даже постмодернистский Дракула. Необычайный успех этого персонажа привел к тому, что Трансильвания – самая что ни на есть реальная румынская провинция – превратилась в мифическую страну, которая во всем мире ассоциируется с вампирами. Как и почему это произошло, мне рассказал профессор Дункан Лайт, с которым мы встретились в студенческом кафе неподалеку от Бухарестского университета (Лайт приехал в Румынию из Великобритании, чтобы исследовать влияние легенды о Дракуле на развитие туристической индустрии). Роман Брэма Стокера начинается и заканчивается в Трансильвании. Здесь разворачивается действие лишь шести из двадцати семи глав, но именно они производят самое яркое впечатление. Стокер, судя по его рабочим записям, сначала и понятия не имел об этих местах и собирался написать повесть о неком графе Вампире из Штирии (это область Восточной Австрии). Но однажды в руки ему попала статья швейцарской писательницы Эмили Джерард «Суеверия в Трансильвании». Эмили описывала ее как страну, где нашли приют всевозможные ведьмы, русалки и чертенята, изгнанные из просвещенной Европы. И Стокер передумал. Как показало время, он нашел действительно идеальное место для инфернального мира вампиров. Сегодня трудно поверить в то, что автор самого знаменитого романа о вампирах никогда не бывал в Трансильвании. Но это так. Он представил ее такой, какой, ему казалось, и должна быть страна вурдалаков. Описания народных костюмов, такие детали, как мамалыга и кресты на распутье, рассказ о народностях Трансильвании (венграх, саксах, сикулах и валахах, а также цыганах) – все это он позаимствовал из докладов британских чиновников XIX века, побывавших в этих местах. Америка открыла для себя Трансильванию в 1931 году: 14 февраля на экраны вышел фильм «Дракула» с венгерским актером Белой Лугоши в главной роли. «Люди представляли себе далекую мрачную страну, где полно вампиров, – там ведь почти никто не бывал, и о ней ничего не было известно, – говорит Дункан. – Некоторые американцы до сих пор считают, что Трансильвании на самом деле не существует. А когда они понимают, что это не так, им ничего не приходит в голову, кроме вампиров и графа Дракулы!» Однако многие румыны недовольны тем, что Стокер поселил своего героя именно в Трансильвании. Дело в том, что, когда создавался роман, эти земли входили в состав Австро-Венгрии, поэтому румыны играют в повествовании весьма незначительную роль. Как замечает канадская писательница Элизабет Миллер, «Стокер упоминает румынские города Галац и Бухарест, реки Прут и Сирет; на кораблях, на которых он плывет в Англию и обратно, есть румынские моряки. Однако Дракула называет себя сикулом и потомком короля гуннов Аттилы, представляясь, называет сначала фамилию, а затем имя, а это характерно для венгерского языка». Роман Стокера стал настоящим мировым бестселлером, но на родине своего героя до последнего времени был почти неизвестен: книги о вампирах долго запрещали, и на румынский язык «Дракулу» перевели только в конце XX века. Наш гид, Николае Пэдурару, был один из немногих в Румынии, кто узнал о нем еще в 1970-е годы. Тогда он был студентом и подрабатывал, сопровождая иностранных туристов, приезжавших в страну. Однажды он встречал в аэропорту журналиста из британской Daily Mirror. Весь красный от волнения, тот держал в руках книгу американских исследователей Раду Флореску и Реймонда Макнелли «В поисках Дракулы»: «Смотри, еще теплая, только вышла. Отвези меня в замок Дракулы – я хочу первым там побывать». Николае даже не мог понять, о чем идет речь, и англичанин показал ему карту. В один туманный день они добрались до таинственных руин крепости Поенарь, принадлежавшей когда-то грозному правителю Валахии. Книга Флореску и Макнелли стала своего рода сенсацией: им удалось доказать, что прототип героя Стокера не кто иной, как легендарный валашский воевода XV века Влад Дракула по прозвищу Цепеш. Робкие попытки соединить персонаж романа с реальной исторической фигурой предпринимались еще в 1960 годы. Но настоящее их слияние началось в 1972 году, после выхода книги Флореску и Макнелли. Влад Цепеш Дракула происходил из влиятельного рода Басараба Великого, правившего Валахией еще в XIV веке. Его отец, Влад II, в 1408 году был посвящен в рыцари ордена Дракона и взял себе прозвище Дракул – по-латыни draco – «дракон». В 1431 году у него родился сын, которого тоже назвали Владом. Когда мальчику исполнилось одиннадцать лет, отец был вынужден отправить его с братом заложниками ко двору османского султана – как гарантию того, что он не будет выступать против турок. Через шесть лет отца убили, брата похоронили заживо, и султан послал Влада обратно в Валахию, но уже в качестве воеводы. Однако всего через несколько месяцев он потерял власть и восемь лет провел в изгнании, пытаясь вернуть себе трон, пока в 1456 году вновь не стал правителем Валахии. В 1462 году после очередного столкновения с турками Влад бежал в Трансильванию, где двенадцать лет был в заточении у венгерского короля Матвея Корвина, принуждавшего его принять католичество. Наконец он согласился и в 1476 году третий раз оказался у власти. Но через два месяца погиб во время сражения с турками. Его убили свои же воины – как говорят, по ошибке... Прозвище отца (Дракул) Влад превратил в фамилию Дракула, что означает «сын дракона». За свою необычайную, даже патологическую жестокость он получил прозвище Цепеш – «сажающий на кол». Османские и румынские летописцы описывали его как тирана-психопата, который не раздумывая отправлял всех провинившихся перед ним на кол, не щадя при этом ни женщин, ни грудных младенцев. Насколько правомерно считать Влада Цепеша прототипом графа Дракулы из романа Стокера – неясно. Известно, что в процессе работы писатель познакомился с докладом Уильяма Уилкинсона, британского посла в Румынии в начале XIX века, «О княжествах Валахии и Молдовы». Одна фраза зажгла его воображение: «В валашском языке “дракула” означает “дьявол”». Уилкинсон упоминал в своем докладе воеводу Дракулу, сражавшегося в XV веке против турок, однако ни словом не обмолвился о Владе Цепеше. Впрочем, как и Стокер. Получается, что для своего героя писатель заимствовал только имя. «Невероятно, но пятью веками позже имя и образ Дракулы послужили основой для создания двух совершенно различных мифов: о вампире и о Владе Цепеше», – говорит историк Лучиан Бойя. Мифологизировать фигуру Цепеша стали в XIX веке, в довольно сложный для Румынии период самоопределения: образ мудрого правителя (а именно таким его представляли) был очень важен для людей, ведь общество находилось в стадии становления. Как ни удивительно, для румын Цепеш стал своего рода национальным героем: несмотря на жестокость, его прозвали Справедливым. Румынский поэт Михай Эминеску так обращается к легендарному воеводе, представляя его спасителем нации: «Возвращайся к нам, владыка, и расправься с ними вновь: раздели их на две шайки, сумасшедших, подлецов, в две огромные темницы их насильно заключи и сожги тех негодяев и безумцев, как в печи!..» Другим этапом развития этого мифа стали 1970-е годы, время правления Николае Чаушеску. Цепеш занял почетное место в учебниках, о нем писали, ему возвели памятник, начали реконструкцию его замка в уезде Куртя-де-Арджеш. В министерстве туризма решили, что о таком человеке надо поведать всему миру. И по местам, связанным с жизнью знаменитого валашского воеводы, проложили туристические маршруты.
Уже много веков румыны верят в демонов, пьющих кровь.
В 1995 году в Румынии проходил первый Всемирный «конгресс Дракулы». В газетах с презрением описывали его участников – серьезных ученых, академиков – и называли их «сборищем вампирологов». Квинтэссенцией стала статья румынского журналиста Октавиана Палера, который без обиняков назвал Румынию страной Дракулы. По его мнению, пришло время объявить всему миру, что есть хотя бы одна сфера, в которой румынам нет равных, – вампиры. Палер писал также и о том, что миф о графе-вампире отнюдь не румынского происхождения, но раз уж это сумасшествие приобрело всемирный масштаб, почему бы не сделать из Дракулы туристического агента? «Для нас Дракула – это выдумка, игра. Мы хотим посмотреть замки и ущелья, описанные в романе Стокера, а вы рассказываете нам о своем Цепеше», – говорила мне Шарлотта Симсен, председатель американского Общества Дракулы. Туристические агентства довольно быстро отреагировали на пожелания публики и стали разрабатывать программы, основанные на народных представлениях о вампирах. Но туристов это только отпугивало, и тогда туроператоры решили, что разумнее будет совместить литературного персонажа и реальную историческую фигуру. В 2001 году министр Румынии по туризму Дан Матей Агатон предложил устроить в Сигишоаре (родном городе Влада Цепеша) Парк Дракулы. Он так аргументировал свое предложение: «Две с половиной сотни фильмов, около тысячи книг, тысячи статей, около 4500 ассоциаций и фан-клубов Дракулы. Этот миф распространен во всем мире, и игнорировать его – просто абсурд». В те годы туристы довольно неохотно ехали в Румынию, и попытка привлечь иностранцев легендами о вампирах казалась вполне логичной. Строительство парка должно было вот-вот начаться. Но в 2004 году состоялись выборы, и новая власть отказалась от этого проекта. Многие считают, что это правильно. Образ Дракулы растиражирован по всему миру, и румыны реагируют на него довольно болезненно: с одной стороны, они совершенно не желают наделять своего национального героя демоническими чертами, с другой – хотят получить определенную выгоду. Если говорить о Владе Цепеше, то сегодня его «мифологическая карьера» на подъеме. «Никто не имеет права касаться памяти Влада Цепеша Справедливого! Румынские воеводы – это неканонизированные святые», – заявил на симпозиуме «Загадки из жизни Влада Цепеша Дракулы» (он проходил в мае 2005 года) один немолодой господин из Бухареста. Президент Румынии Траян Бэсеску назвал Цепеша идеальным правителем и пообещал, что последует его примеру – всех коррупционеров отправит на кол прямо на площади Победы в Бухаресте. «Румыны склонны персонифицировать власть. Им надо бояться мифа не о вампире, а о Владе Цепеше, ведь демократию довольно сложно построить его “экстравагантными” методами. Румынам нужен авторитарный правитель, который будет заботиться о своем народе», – считает историк Лучиан Бойя, много лет изучавший Румынию. Он часами говорил со мной об этой стране, о ее отсталости и неудовлетворенности своим положением на задворках Европы: «Современные румыны стремятся всячески прославлять историю своего народа и очень переживают по поводу того, что о них говорят иностранцы. Была бы Румыния преуспевающей страной, с достатком хотя бы в половину швейцарского, румын уважали бы во всем мире и не надо было бы беспокоиться о каком-то Дракуле». Сегодня мы ужинаем с Николае Пэдурару в Клубе Дракулы – его открыли в Бухаресте в 1995 году в бывшей средневековой темнице. Дорогие приборы, безукоризненно сервированные столы, нежная, едва различимая мелодия... Все это довольно странно сочетается с атмосферой мрачного подземелья. Вдруг музыка взрывается грозным крещендо, грохотом и жутким уханьем совы, тусклый красный свет меркнет в дыму, который окутывает «отрубленные» головы. Появляется Дракула – бледный, с налитыми кровью глазами. «Добро пожаловать в мой дом!» – громогласно восклицает он по-английски, бросает на меня испепеляющий взгляд и медленно проплывает вдоль грязных стен к своему гробу. Это актер Петре Морару. Дважды в неделю, во вторник и пятницу, он изображает вампира. Время от времени какой-нибудь симпатичной девушке выпадает счастье быть «похищенной» или «укушенной». Иностранцы в восторге от этого зрелища, но румыны приходят сюда, только сопровождая туристов, да и то всячески выражают при этом свое пренебрежение к происходящему. «Для современных румын вампир – это порождение западной культуры. Более того, они готовы спорить с тем, что Румыния – страна вампиров, и очень недовольны тем, что самый известный в мире вурдалак носит имя их национального героя», – объяснила мне писательница Элизабет Миллер. Но в сознании людей во всем мире Румыния по-прежнему связывается с вампирами. Что ж, глупо было бы не воспользоваться такой ситуацией. И для тех, кто так считает, фигура Дракулы превращается в товар, который можно выгодно продать. Однако Дракула (во всех его ипостасях) – очень непростой персонаж. Наверное, только его чары могли заставить всех поверить, что замок Бран на границе Валахии и Трансильвании принадлежал легендарному Владу Цепешу (на самом деле это не так); только с их помощью удалось построить на перевале Борго отель в виде средневекового замка – настоящее логово вампира (в подвале даже установлен «гроб Дракулы» – для желающих пощекотать себе нервы). На экскурсии в замок Бран каждый день приходит огромное количество людей. Однажды я присоединился к пестрой толпе посетителей, спускавшейся по крутой лестнице. На лицах людей читалось одновременно удивление и отвращение. Гид рассказывал что-то усыпляющее на тему «Цепеш, Дракула, Стокер», на выходе продавали дешевые сувениры по заоблачным ценам, рассчитанным на иностранцев. И я подумал, что эксплуатировать легенду на должном уровне нелегко. Отличить литературного персонажа от исторического лица и так уже непросто, а эти «декорации» лишь сбивают с толку. Наверное, поэтому профессор Дункан Лайт не поддерживает идею создания Парка Дракулы. Более того, он считает, что этот проект может оказать Румынии, стремящейся в Евросоюз, медвежью услугу: «В Европе образ этой страны и так не слишком позитивный: причудливая, даже зловещая, со множеством социальных проблем. Дракула – еще одна не слишком приятная картинка, которая подчеркнет, что Румыния для европейцев чужая», – полагает он. Бульвар Магеру в Бухаресте весь увешан разноцветными гирляндами. Я с трудом выбираюсь из толпы перед «Макдоналдсом» и направляюсь к старинному зданию Института этнографии и фольклора. Захлопывается тяжелая дверь, и я словно попадаю в иной мир, погруженный во мрак. Пока жду директора, Сабину Испас, еще раз просматриваю свои записи об истории вампиризма (чтобы что-нибудь разглядеть, бумаги приходится подносить близко к лицу и ловить дрожащий свет, едва проникающий с улицы). Вот что мне удалось узнать. В этой части света не одно столетие верят в демонов, пьющих человеческую кровь. Жители целых сел покидали свои дома из страха перед этими существами. В 1725 году появился официальный документ, содержащий сведения о суде над «вампиром». Как правило, в трактатах о вампирах почти не упоминается территория современной Румынии, зато рассказывается о событиях в Венгрии, Польше, Моравии, Силезии, Сербии. Это показалось мне удивительным. Однако вот что писал в 1837 году отец Матвей, протоиерей из Южной Румынии: «Некоторые прихожане дурного нрава: если у них возникает тоска на сердце, они, ничего не говоря священникам, напиваются, берут мотыги, кирки, лопаты и идут на кладбище выкапывать мертвых, говоря, что это упыри, которые убивают живых. Так они раскапывают могилы и вытаскивают мертвецов…» Совсем недавно, в 2006 году, шестерых односельчан из румынского местечка Южный Маротин осудили на шесть месяцев тюрьмы за осквернение могил, причем и в западной, и в румынской прессе их представили настоящими охотниками за вампирами. Сабина Испас много лет посвятила изучению народной культуры. «С тех пор как о Дракуле узнал весь мир, слово “вампир” стало почти синонимом слова стригой [Так в Румынии называют одного из мифологических персонажей, после смерти пьющих кровь человека. – Ред.], но все же это разные сущности, – рассказывала Сабина. – По народным представлениям, вампир – это тот, кто пьет человеческую кровь и потому остается в своем теле и живет рядом с другими людьми. У стригоя же нет тела, можно сказать, что это сила, которая наказывает людей за нарушение каких-то запретов или несоблюдение ритуалов». Это объяснение меня несколько удивило, потому что Николае Пэдурару, наш гид, рассказывал мне, что вампир и стригой друг другу словно двоюродные братья. Слово «вампир» пришло в румынский язык только в XIX веке. Однако представления о демонах, которые пьют кровь, отнюдь не вымысел Стокера. В его записях есть цитата из статьи Эмили Джерард: «Любой румынский крестьянин верит в вампира или в носферату так же, как верит в ад или в рай. Человек, убитый носферату, становится вампиром и тоже будет пить кровь людей, пока его дух не прогонят из мира людей». Однако слова «носферату», приведенное здесь как синоним слова «вампир», в румынском языке тоже нет. Возможно, Джерард перепутала его с румынским словом некуратул, что значит «нечистый». Туристы, приехавшие на «уикэнд с Дракулой», за эти дни открыли для себя Румынию и даже полюбили ее. Непринужденные и беззаботные, они фотографировали все вокруг: заросшие ущелья, развалившиеся заборы, вывески банков; удивлялись, как здесь все дешево, приходили в восторг от каждой кошки и поросенка. В Поенарь, крепость Влада Цепеша, мы прибыли вечером, когда туман заволакивал ущелье, но все же отважились на подъем. До вершины добрались уже ночью. С замиранием сердца смотрели мы на окружавшую нас пропасть. Спуск был настоящим приключением: ступеньки обледенели, и девушки всего боялись. Ребята переночевали в отеле неподалеку и утром отправились домой. Не все места, которые они посетили, связаны с Дракулой. Но Николае Пэдурару – один из лучших гидов, он знает историю каждой деревушки, каждого перевала. «Представь, – сказал он мне на прощание, - проливной дождь, по пустынной улице рука об руку идут два человека и смотрят друг на друга, дрожа от ненависти. Это граф Дракула и воевода Цепеш. И невидимая рука держит зонт у них над головами». И я подумал: так ведь мы сами держим этот «зонт», причудливо переплетая в своей жизни миф и реальность.