Поиск
x
Журнал №190, июль 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Острые края

Текст и фото: Анастасия Журавлева
21 апреля 2009
/upload/iblock/2ac/2acc181cad91f2eaf7b22ac5e7e55f19.jpg
Знакомство с Каппадокией лучше всего начинать из кабины воздушного шара
/upload/iblock/340/340646362da1cbb1b6d51e6168a2760b.jpg
Девятикупольная Яблочная церковь
/upload/iblock/a9e/a9eee5f66f93d0704f073a02f3156f6a.jpg
Заброшенных посе­лений здесь хватает – в XX веке почти все мест­ные жители спустились в долины
/upload/iblock/326/32614e91248f216285a273a027dd1836.jpg
Знаменитое трио каменных фей рядом с городом Ургюпом
/upload/iblock/b0a/b0a4e8edf9dd1dbe23d9e05473fc9a2a.jpg
Ковер – не только сувенир для туристов, но и оценка труда местных девушек
Турецкая Каппадокия – это скалы из туфа, усыпанные домами-пещерами, города на тысячу человек, раскинувшиеся под землей, и полеты на воздушном шаре над территорией, где когда-то бушевал вулкан.
Фары машины выхватывают странные очертания, похожие то ли на кратер лунного города, то ли на татуинскую обитель Оби-Ван Кеноби. В местных темных скалах приветливо светятся окошки. Внутри и вправду живут люди. Мы начинаем восторженно охать, впрочем, слишком усталые, чтобы сильнее выразить эмоции. Наш гид Рейхан загадочно улыбается, он знает, что это только начало. Завтра в 4.30 мы едем кататься на воздушном шаре. Небо и скалы По осенней долине разносится звучный голос муэдзина, он призывает мусульман на молитву, но вместе с ними просыпаюсь и я. Полусонную группу привозят на обширную поляну – мы здесь первые. Промозгло. Озябшими руками я сжимаю пластиковый стаканчик с чаем и грызу печенье, вокруг по­степенно светлеет, плато наполня­ется автобусами и людьми, а из-за туфовых конусов то и дело вырастают огромные разноцветные ша­ры. Наш пилот – настоящий мачо в желтых кожаных перчатках. Помогая забраться в корзину, он успе­ва­ет со всеми перезнакомиться. Оказывается, он прекрасно знает Россию, ведь искусству обращения с воздушным шаром он учился в Великих Луках. Постепенно мы поднимаемся, пролетая в пугающей близости от каменных столбов. Внизу на пыльной белоснежной земле растут желтопузые дыни и зеленеют кустики виногра­да. А потом мы уплываем высоко-высоко, в ослепительно-голубое небо – вокруг раскинулись белоснежные просторы туфовых гор. Конусы и столбы – это по­след­ст­вие мощных извержений вулканов, эрозии почвы и ветров. Это «перибаджалары», из туфа и вулканического пепла, – уникальная особенность Каппадокии, название кото­рой не менялось с античных времен. Эта обширная территория находилась под влиянием хеттов и персов, греков, римлян и Визан­тий­ской империи. В XI веке ее завоевали сель­джу­ки, а в 1923 году Каппадокия стала частью Турецкой республики.

Святые и церкви

После прогулки на шаре, которую мы достойно отметили кислым местным шампанским, отправля­емся в поселок Гереме, где есть му­зей­ный комплекс, сла­вящий­ся скальными церквями. Вме­сто лесов здешняя природа по­да­ри­ла людям туф – в мягкой и по­дат­ли­вой породе легко устроить жилье, да такое, что не каждый сосед сможет его найти даже при желании. Неудивительно, что спокойная и величественная Каппадокия стала прибежищем для огромного количества гонимых христиан. Неподалеку от входа – часовня Святого Василия, но, чтобы войти, надо пропустить японских и американских туристов. Святой Васи­лий – фигура культовая, ныне святой, при жизни – архиепископ Ке­са­рии Каппадокийской и автор монастырского устава. В просторной и прохладной пещере чув­ству­ешь всю правильность простоты и аскезы, свойственных первоотцам. Часовню Святой Варвары с двумя колоннами и тремя апсидами относят к IX веку. На белых стенах красной краской нанесены схематичные и такие понятные христианские символы. А после нас ждет настоящая фресковая живопись, со стен Яблочной и Темной церквей на меня смотрят Иисус и Дева Мария, а волх­вы приносят свои дары новорожденному младенцу. У многих фресок выдолблены глаза, турки винят во всем ушедших в 1923 го­ду греков, а те – вероятно, мусульманское население края. Обо всем этом нам рассказывает Рейхан, у него отличный русский, и только святого он трогательно и нежно называет «святец».

Голубятни и керамика

Учхисар – небольшой поселок, увенчанный крепостью, на вершине которой трепещет яркий турецкий флаг. Дорога на ее вершину дается мне с трудом, очень жарко, но потрясающий вид и возможность сняться на фоне долины того стоит. Вокруг то и дело виднеются выдолбленные в скалах голубятни. В них собирают помет, которым удобряют скупую местную почву. После чашки крепкого кофе, самым чудесным образом возродившей меня к жизни, мы снова едем – и на этот раз в Аванос, известный гончарный центр. По дороге Рейхан развлекает рассказами о жизни местных женщин. Пока мужчины лепят красивые вещи из глины, их жены и дочери ткут ковры, которые служат показателем мастерства. Потом мужчины идут в кафе, а женщины продолжают повседневный труд на ниве домашнего хозяйства. А что вы хотели, это же не Стамбул, а самая что ни на есть центральная Турция с ее вполне традиционным укладом. У самого Рейхана красавица жена оставила высокооплачиваемую и престижную работу ради воспитания дочки. Я тут же спрашиваю: «Неужели так просто забросила карьеру?» – на что он вынужден признать, что это решение стоило им как минимум трех лет ссор и скандалов. Рейхан считает, что лучше мамы никто не воспитает ребенка. В скальной мастерской «Güray Seramik» нам устраивают настоящую демонстрацию, поят яблочным чаем и рассказывают о тонкостях мастерства. В соседней комнате при свете тусклых ламп (окон в этих пещерах нет) расписывают готовые изделия. Здесь же, естественно, находится и магазин, в котором можно найти как дешевые туристические сувениры, так и подлинные сокровища. На сокровища денег не хватает, продавцы ходят и жалобно смотрят огромными карими глазами, и в итоге в отделе массмаркета мне приходится купить что-то вроде сахарницы и какие-то расписные тарелки в подарок. Возвращаемся в родной «Lykia Lodge Kapadokya», и весь вечер я с Сельджуком, управляющим отеля, пью крепкую ракы с ярким анисовым вкусом и обсуждаю вопросы мироустройства.

Дети подземелья

На поверхности – дикая жара, а внутри Деринкую царит приятная прохлада. Деринкую – огромный многоуровневый подземный город с впечатляющими вентиляционными шахтами и собственными колодцами. Пока на территории современной Каппадокии найдено всего шесть подобных городов. Когда-то христиане прятались в них от арабов. Эти пещеры способны укрывать несколько тысяч человек, люди уходили сюда вместе с домашними животными, наглухо перекрывая вход тяжелыми камнями, похожими на мельничные жернова. Друг за другом, согнувшись в три погибели, мы спускаемся все ниже по узким туннелям. Ужасно тесно, а спина то и дело задевает потолок. Периодически пространство расширяется и оказывается то хлевом, то винокурней, то трапезной. Помещение в форме креста оказывается церковью, чуть задержавшись в которой я теряю свою группу. После прогулки в подземном городе выхожу на свет – на площади продают ковры, кукол, глиняные фигурки… Позади импровизированного рынка возвышается греческая церковь. Она давно заброшена, но за несколько лир нам соглашаются ее показать. На колоннах перед входом – замысловатая резьба, на полу – голубиный помет, воздух поддернут полупрозрачной голубой дымкой. На потолке необычайно красивые, но отданные на растерзание птицам и времени фрески.

Аскеза и танцы

Мы идем по тропинке, ведущей в скальный мо­на­с­тырь Кешлык. С одной стороны – редкая роща, с другой – где солнечно – висят грозди сочного винограда. Вокруг тишина, местные служащие качаются в гамаках под тенистыми деревьями. На нас они смотрят с ленивым любо­пыт­ством, но и только. Кешлык – место очень живописное и необычайно трогательное. Еще несколько десятилетий назад в церкви монастыря ночевали пастухи. Их костры нанесли серьезный ущерб местным фрескам, на восстановление которых денег у правительства пока нет. Кельи здесь ужасно глубокие, похожие на могилы, в которых отшельники, не видя солнечного света, отдавали все время задушевным разговорам с Богом. На парковке у караван-сарая нет места, туристы приехали любоваться крутящимися дервишами. Полный аншлаг, в зале стоит настороженная тишина – еще бы, хоть и развлечение для туристов, но все же это дервиши, приверженцы суфизма, проникающие в сущность Аллаха по­сред­ством медитативного танца. Первым выходит ансамбль из пяти человек, далее – еще пятеро, это танцоры. Под аккомпанемент они начинают крутиться. Я смотрю на них и медленно впадаю в транс, мгновенно забывая, что уже завтра меня ждет суетливая Москва. Каппадокия: путеводитель ВИЗА Турецкая виза ставится на границе за $20, действительна в течение 2 месяцев с неограниченным числом въездов. СЕЗОН Лучше всего приезжать либо весной, с марта по май, либо в сентябре-октябре. Летом довольно жарко – +30 °C, зимой – от 0 до -5 °С. БИЛЕТЫ Из Москвы в Кайсери удобнее всего лететь самолетами Тurkish Airlines (www.thy.сom, от €360) с пересадкой в Стамбуле. От аэропорта Кайсери до Ургюпа около часа езды на машине. ГОСТИНИЦЫ $$$ Lykia Lodge Kapadokya (Urgüp yolu, Uçhisar yol kavşağı, 50200 Nevehir, + 90(384)213.9945, www.lykialodge.com, от €75) Современный отель, построенный с учетом местных архитектурных традиций. Удачное расположение – в центре золотого треугольника Каппадокии: между Ургюпом, Аваносом и Невшихиром. Просторные и уютные номера, ухоженный сад и отличный ресторан с турецкой кухней. Из развлечений – бассейн, теннис, велосипеды, поле для мини-футбола, бильярд и настольный теннис. $$ Ahbap Konagi (Uchisar, +90(384)219.3020, www.ahbapkonagi.com, от €54) Аутентичный отель в центре Учхисара – купаясь в бассейне, можно смотреть на местную крепость. Хозяйка, француженка Виктория, сама декорировала все номера, совмещая местный антиквариат с мебелью из «Икеи». $ Urgup Inn Cave Hotel (Urgup, Temenni Mah, Sagir Mescid Sokak № 22, от €30) Недорогой отель в старой части города.