Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №193, октябрь 2019
Журнал №71, сентябрь–октябрь 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Синай: библейский туризм в Израиле

Наталья Якубова
05 марта 2009
/upload/iblock/67b/67bb6f5d798934bdf9aa006b3bc51f05.jpg
Монахи с древних времен особенно не изменились – даже покрой одежды у них тот же самый.
/upload/iblock/67b/67bb6f5d798934bdf9aa006b3bc51f05.jpg
Монахи с древних времен особенно не изменились – даже покрой одежды у них тот же самый.
/upload/iblock/7f4/7f40ae905a69c7671a3d7154ec08d593.jpg
Монастырю Святой Екатерины около 1400 лет. С виду – это настоящая крепость с высокими и толстыми стенами.
/upload/iblock/7f4/7f40ae905a69c7671a3d7154ec08d593.jpg
Монастырю Святой Екатерины около 1400 лет. С виду – это настоящая крепость с высокими и толстыми стенами.
/upload/iblock/0fd/0fdce80ffda7f04e9124279edf988531.jpg
Когда-то на месте монастыря Святой Екатерины была пустыня и тот самый терновый куст, с помощью которого Господь говорил с Моисеем.
/upload/iblock/0fd/0fdce80ffda7f04e9124279edf988531.jpg
Когда-то на месте монастыря Святой Екатерины была пустыня и тот самый терновый куст, с помощью которого Господь говорил с Моисеем.
/upload/iblock/d1d/d1de0c6e27c0cfaba3e69991dbf58059.jpg
Многие бедуины по-прежнему ведут кочевой образ жизни, постоянно передвигаясь со своими стадами в поисках подходящих пастбищ.
/upload/iblock/d1d/d1de0c6e27c0cfaba3e69991dbf58059.jpg
Многие бедуины по-прежнему ведут кочевой образ жизни, постоянно передвигаясь со своими стадами в поисках подходящих пастбищ.
/upload/iblock/53c/53c98629845deebaefe948edff8c7d7f.jpg
Именно в этом месте, как утверждает Библия, Моисей и израильтяне переходили Красное море.
/upload/iblock/53c/53c98629845deebaefe948edff8c7d7f.jpg
Именно в этом месте, как утверждает Библия, Моисей и израильтяне переходили Красное море.
Корреспондент NGT повторила путь Моисея и израильтян: увидела говорящий куст, взглянула на расступающуюся воду и в конце пути искупила грехи на горе Хорив.
Мустафа, – представился мне арабский гид и его лицо расцвело широкой белозубой улыбкой. Мустафа хорошо говорит по-английски и по-французски. Шесть лет назад он окончил университет в Каире, преподавал, потом женился. Теперь у него свой бизнес в Шарм-эль-Шейхе – несколько новеньких джипов Toyota, которые он сдает в аренду. Иногда Мустафа сам садится за руль, чтобы показать туристам Синай. – Мустафа, мы успеем за три дня посмотреть все библейские места? – интересуюсь я. – Ведь Моисей водил евреев по Синайской пустыне сорок лет. – Не волнуйся, все успеем! У пророка не было такого отличного джипа,?– отвечает он. Поначалу кажется, что растительности на Синае нет вообще, только красные, желтые и черные, как антрацит, горы да кое-где белые языки песка. Но вскоре вдоль дороги начинают попадаться чахлые кусты, скрюченные деревца и стелющиеся по земле щупальца верблюжьей колючки. В знойном мареве, словно из ниоткуда, возникает вереница верблюдов. Мы проезжаем мимо селений бедуинов, которые приютились у подножья холмов. В этих местах все, как и сто, двести, триста лет назад: тот же покрой одежды, верблюжий навоз в качестве топлива и палатки, развернутые входом на восток. Единственная уступка цивилизации – вода, которую привозит на своей машине вождь племени, обладатель самой большой палатки и мобильника. Бедуины считают себя потомками пророка Исмаила. Не признавая границ и территорий, многие из них по-прежнему кочуют со своими стадами в поиске пастбищ, а во время стоянок зарабатывают на жизнь, оказывая гостеприимство туристам. Закутанная во все черное молодая бедуинка показала мне свой «дом» – поддерживаемые жердями цветные лоскуты ткани?– и предложила кофе. – Бедуины умеют готовить отличный кофе, мадам. Меня учила варить его моя бабка, а бабку – ее бабка, – приговаривала она, поджаривая на огне зерна в большой медной ложке.

В гостях у монахов

Безжалостное египетское солнце палило над нашими головами и над всем Синаем. Дорога карабкалась все выше и выше. Возле указателя «Протекторат Святой Екатерины» Мустафа притормозил – за въезд на принадлежащие Святой земле территории надо платить 5 долларов. Еще через полчаса мы уже парковались у монастыря, над которым полоскалось на ветру белое знамя с пурпурной монограммой «АК» – Агия Катарина (Святая Екатерина). С виду монастырь Святой Екатерины – настоящая крепость со стенами высотой в семиэтажный дом. За 1400 лет своего существования он никогда не закрывался, во время войн его ни разу не разоряли. Попасть внутрь можно только через низенькую дверь, прорубленную в толстенной трехметровой стене. В смутные времена в монастыре вообще не было дверей. Все входы для безопасности закладывались камнями и паломники поднимались на стены в подвешенных на веревках корзинах или сидя верхом на коротком бревне. Во дворе ожидает первый сюрприз – мусульманская мечеть. – Православному монастырю пришлось возвести ее на своей территории, но за это монахи получили фирман – разрешение отправлять христианский культ на мусульманской земле,?– с?чувством некоторой неловкости объяснил мне брат Иаким, греческий монах, довольно бегло говорящий по-русски; его прямая обязанность – встречать туристов из России. Всего здесь живут два десятка монахов. Монастырь относится к православному Синайскому ордену, членами которого могут быть только греки. Но местная гостиница St.Catherine?s Monastery Guesthouse открыта и для монахов из других монастырей, и для паломников, и даже для обычных туристов. Правило действует для всех – подъем рано утром. Монахов и их гостей будят (ровно в 3 часа 45 минут) тридцать три удара большого звонкого монастырского колокола – по одному удару на каждый год жизни Христа. Когда я вошла на территорию монастыря, посетителей было совсем немного. Во дворе мелькали черные рясы монахов, у южной стены сидели мужчины в широких галабеях и женщина с кудрявым ребенком на руках. – Бедуины из племени джабалия,?– кивнул брат Иаким в их сторону, – потомки воинов, которые с VI века охраняют и обслуживают монастырь. Мы раздаем им лекарства и бесплатно лечим в монастырском госпитале. Они, конечно, мусульмане, но почитают и Святую Екатерину. По правде говоря, монастырь носит имя Святой Екатерины только с?XI века. Эту жившую в Александрии юную христианскую мученицу колесовали в 307 году по приказу императора Максимина. Египтяне тайно похоронили ее на вершине самой высокой горы Синая, которая теперь так и называется – гора Святой Екатерины. Несколько веков спустя монахи отыскали ее останки и перенесли в монастырь, в церковь Преображения. Туда я тоже заглянула. Внутри царил полумрак. Горело только несколько лампад возле аналоя. Двое монахов нараспев читали канон, то по очереди, то вместе. Из алтаря вынесли позолоченный ковчег с черепом Святой Екатерины. Иеромонах медленно, с расстановкой прочел «Символ веры». После службы, узнав, что я из России, он надел мне на палец освященное серебряное колечко с двумя переплетенными буквами «АК» – такими же, как и на монастырском знамени. К русским здесь отношение исключительное. Еще Иван Грозный, прося молиться за его грешную душу, даровал монастырю 160 пудов золотой и серебряной утвари, церковных облачений и соболей. А Николай II отправил в?монастырь 10 тысяч только что вошедших в обращение золотых червонцев. Между колонн по обеим сторонам стоят две серебряные раки, одну из которых подарил Петр I, а?вторую, еще более роскошную,?– семья императора Александра II. Но главное в?церкви, конечно, не они, а бесценные иконы (самые древние написаны еще в VI веке), удивительно хорошо сохранившиеся благодаря местному, очень сухому синайскому климату.

Говорящий куст

В библейские времена в этих местах, конечно, не было ни церкви, ни монастыря, ни этих пыльных кипарисов. Были только колодец, одинокий терновый куст и вокруг – пустыня. 3800 лет назад в эту пустыню бежал из Египта будущий пророк Моисей, после того, как в припадке ярости заколол надсмотрщика-египтянина, который самым мерзким образом издевался над беззащитным евреем. Спасаясь от правосудия, он прошел, как утверждает Библия, 500 километров пешком до того самого колодца, который до сих пор существует у северной стены монастыря и возле которого теперь сидим мы с братом Иакимом. У этого самого колодца Моисей когда-то встретил милую девушку по имени Сепфора, которая привела сюда на водопой стадо овец. В последствиии эта девушка стала его женой, и следующие 40 лет Моисей пас стада своего тестя Иофора у подножья местной горы Хорив. Эта довольно однообразная жизнь, как известно, в один из дней кончилась: Моисей увидел, как одинокий терновый куст в пустынной долине вдруг вспыхнул ярким пламенем. «И увидел он, что терновый куст горит огнем, но куст не сгорает» (Исход, 3:2). «Не подходи близко Моисей,?– услышал потрясенный пастух голос Бога из пылающего куста,?– и сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая». Бог повелел Моисею вернуться в Египет и вывести своих соплеменников-израильтян из египетского плена, а для того, чтобы придать своему избраннику смелости, он наделил его даром совершать чудеса. Неопалимая Купина – тот самый горящий, но не сгорающий куст, из которого Бог обратился к Моисею,?– по-прежнему растет в монастыре Святой Екатерины у восточной стены церкви Преображения. Он давно уже обнесен высоченной каменной оградой – выше человеческого роста, чтобы любители гербариев и святых реликвий не могли пополнить свои коллекции веточками священного растения. Приблизиться к кусту, как в свое время и Моисею, дозволено только босиком. И только православным. Хотя, строго говоря, нынешняя Неопалимая Купина – всего лишь побег от того самого знаменитого куста. А над засохшим корнем сооружена часовня. Все попытки размножить священный куст успеха не имели. Но растение такого вида (диптам, или, как еще говорят, – «куст Моисея») по-прежнему встречается на севере Синая. После цветения оно выделяет так много эфирных масел, что легко может воспламениться, если очень сильно нагреется на солнце.

Завтрак в «Клеопатре»

Чтобы повторить путь Моисея и его народа по Синайской пустыне, мы с Мустафой едем в Порт -Тауфик. Благодаря подробным топографическим указателям в тексте Библии, маршрут к?Земле Обетованной можно проследить достаточно точно. Синай был возвращен Египту после Кэмп-Дэвидских соглашений в 1982 году и на его дорогах по-прежнему много блок-постов с довольно дружелюбными солдатами. Каждый раз после короткого диалога на непонятном мне арабском и возгласа «russian friend» на английском мы проезжали дальше, даже не показав документы. Порт Тауфик оказался тихим, по-арабски тесным городком. Гостиница, где мы остановились, носила гордое имя «Клеопатра» и, видимо, не знала ремонта со времен царицы. Утром просыпаюсь от громких возгласов, многократно повторяемых мощными громкоговорителями. Еще не совсем очнувшись от сна, я подскакиваю на кровати: над городком, от мечети к мечети летит призыв к молитве, напоминая всем-всем вокруг: «нет бога, кроме Аллаха». Стараясь снова уснуть, в то время как правоверному мусульманину положено предаться намазу. Заснуть больше не получается, спускаюсь к завтраку. Хозяйка отеля, хорошенькая Фатима, сварила мне кофе, смущенно сообщив: «Я?не знаю, что едят русские на завтрак. У?нас бывает много туристов – англичане, французы, бывают итальянцы, немцы, американцы. Только русских никогда не было». «Русские на завтрак едят все, что им дадут», – успокаиваю я ее. И через минуту на столе появляются фаршированные баклажаны, лепешки свежевыпеченного хлеба, белый солоноватый сыр и пропитанная сладким сиропом бахлава. После завтрака мы с Мустафой едем на берег Красного моря. Строительство Суэцкого канала сильно изменило библейский ландшафт. Но где-то здесь, в районе современного Суэца и Порт-Тауфика, спасаясь от преследования фараона, Моисей переводил свой народ через Красное море. Сильный ветер временами отгоняет воду так далеко назад, что узкий залив до постройки Суэцкого канала вполне можно было перейти вброд. «И простер Моисей руку свою над морем и гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь, и сделал море сушею, и расступились волны» (Исход, 14:21). Если мыслить логически, можно предположить, что евреи перешли на другой берег сквозь заросли тростника в?болотистой пойме. Ну а воины фараона, пытавшиеся захватить и вернуть их в Египет, увязли в трясине и утонули.

Манна майская

Вдоль западного побережья Синайского полуострова тянется та самая дорога, по которой Моисей выводил евреев из египетского рабства. В ту эпоху это был древний «Путь царей», аналог современной автострады 34. Проехав 10 километров от Порт-Тауфика, мы остановились в местечке, которое арабы называют Айн-Муса, а Библия – Меррой. Когда-то Моисей пешком вел до Мерры израильтян три дня. А мы, оставив машину на обочине, спустились к пальмовой рощице, где сохранился древний колодец пророка – большая, выложенная камнями яма диаметром около двух метров. От мерцающей на дне воды и сейчас идет резкий неприятный запах. Как написано в Библии, пророк спас измученных жаждой скитальцев, бросив в колодец ветки известного только ему кустарника, – вода стала пригодной для питья. Чем дальше мы ехали на юг, тем выше становились горы. Они все ближе и ближе подступали к морю, а полоса прибрежного песка уменьшалась. Оазис Елим, место, где во второй раз разбили свой лагерь сыны Израиля, – современное поселение Гарандел. Здесь меня ждал обед, а евреев в древности – неожиданные и весьма приятные гастрономические сюрпризы. «Вечером налетели перепела и покрыли стан» (Исход, 16:13). Чудо с?перепелами мой проводник Мустафа объяснил очень просто – весной над Синаем в Европу тянутся огромные стаи перелетных птиц. В этих краях они ослабевают до такой степени, что арабы ловят их голыми руками, когда они садятся отдыхать на землю вдоль морского побережья. Именно поэтому, когда библейские израильтяне легли спать, все пространство вокруг покрыли белые шарики, «круповидные, мелкие, как иней на земле» (Исход, 16:15). Тогда вышедший из палатки Моисей объяснил, что это манна небесная, посланная Богом им на пропитание. – Допивай свой каркаде, и я тоже угощу тебя манной, – пообещал Мустафа. В лавках Гарандела действительно можно купить манну – по вкусу напоминающую хорошо засахаренный мед. Белые, похожие на град шарики собирают с вечнозеленых кустов тамариска, который растет на Синае повсюду. В конце мая и в июне на его сучках выступает сладкая клейкая масса, которая, застывая на воздухе, превращается в ту самую манну. Манна хранится очень долго и даже поставляется на экспорт. За Гаранделом, примерно через 100 километров, мы свернули на восток, на трассу 36. Дорога в узком ущелье карабкалась вверх. Вскоре перед нами появился оазис Фейран. Зажатый со всех сторон горами, он показался мне раем с тенистыми пальмами, цветниками и зарослями тамариска. Мустафа подозвал пробегавшего мимо мальчишку, и тот, забравшись на пальму по двадцатиметровому стволу, нарвал фиников. В жизни никогда не ела таких сладких фиников. Думаю, евреи, увидев оазис, который в библейские времена назывался Рефидим, обрадовались не меньше меня. К несчастью, все его колодцы оказались сухими. Тогда Моисей ударил посохом по отвесной скале и из расщелины забил родник свежей воды. Теперь в этих местах у источника Моисея стоит скромный женский монастырь Seven Girls? Monastery. В нем же?– гостевой дом на 40 мест, в котором принимают на ночлег паломниц и туристок. Простенькая комната с голубенькими занавесками показалась мне хоромами. Я расположилась на кровати и?моментально заснула.

Восхождение на Хорив

От Фейрана дорога вышла на открытое плато, и еще через час я вновь увидела монастырь Святой Екатерины, брата Иакима, Неопалимую Купину и подпирающую небо священную гору Хорив (она же гора Синай и?гора Моисея). Моисей привел свой народ в те места, где он провел сорок лет своей жизни. Путники разбили свой лагерь в Иофоровой долине, где теперь в двух километрах от монастыря вырос туристический городок Сен-Катрин. Оставив соплеменников в долине, Моисей поднялся к Богу на гору Хорив и узнал, наконец, подлинный смысл своей миссии – евреи навсегда должны отказаться от своих языческих богов, за что им будет дарована Земля Обетованная. К горе Хорив от городка Сен-Катрин мы с Мустафой шли пешком. Прошли базар, состоящий в основном из сувенирных лавочек, и поле, на котором Моисей пас овец своего тестя и где сейчас не найти даже жалкого клочка травы. У монастырского сада свернули к церкви Успения Пресвятой Богородицы. Спустились в ее подклет, где в специальных нишах сложены останки десятков поколений монахов – отдельно черепа, отдельно кости. За монастырем мы стали с трудом подниматься в гору. На вершину, где Бог когда-то разговаривал со своим пророком, ведут две дороги. Более короткая, но более трудная – Лестница Покаяния: 3750 ступеней, частью сложенные из валунов, частью высеченные в скале монахами. И более пологая, более легкая Верблюжья тропа, по которой можно проехать на верблюде до того места, где она соединяется с последними 750 ступенями Лестницы Покаяния. Большинство туристов поднимаются по Верблюжьей тропе ночью, чтобы встретить наверху рассвет. Путь уже давно оброс соответствующей туристической инфраструктурой: ларьками с кока-колой и сникерсами, кафешками с горячим чаем, пунктами проката теплых вещей (ночью на высоте 2285 метров, где дует ледяной ветер; без теплой куртки тут уже никак не обойтись). Мне не хочется дожидаться ночи, не хочется принимать участие в массовом марш-броске к священной вершине. С трудом я?поднимаюсь по Лестнице Покаяния, попирая ботинками гору, к которой Моисей осмеливался приблизиться только босиком. Прохожу Ворота Исповеди, где когда-то сидел монах, исповедывавший паломников перед восхождением. Теперь для заманивания туристов придумали отличный ход – с того, кто встретит на горе рассвет, снимаются все грехи. Вот так просто, без исповеди, всего за 100 долларов, заплаченных за экскурсию. Через четыре часа пути, вконец измотанные, мы поднялись. На секунду мне показалось, что я смотрю на мир с облаков. Горы, пустынные и?одинокие, как в первый день творения, уступами спускались к?Красному морю. Любое восхождение – подвиг, а восхождение на Хорив – еще и ни с чем не сравнимый восторг. И кто может запретить мне назвать этот восторг священным?