Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Соляные пещеры

Текст и фотографии: Эдуард Капров
23 августа 2011
/upload/iblock/99d/99d71d63d1c6d427766999a37a3cb9bb.jpg
Многие пещеры горы Седом представляют собой колодцы. Глубина некоторых из них достигает восьмидесяти метров.
Фото: Эдуард Капров
/upload/iblock/267/267cf2ba1c311254526cf4df42373392.jpg
Пещера Заливы заполнена подземным озером.
Фото: Эдуард Капров
/upload/iblock/448/448c7f7cae3c56223694aac78322eb1d.jpg
Группа «Сарма» поднималась на Седом по каменистому хребту. Чтобы попасть в соляные пещеры, нужно пройти нелегкий путь до вершины горы.
Фото: Эдуард Капров
/upload/iblock/65a/65aca7abe124b5920229dc6b88d07307.jpg
Раннее утро на Мертвом море. Этот водоем на самом деле большое озеро (76 километров в длину и около 18 километров в ширину). Максимальная глубина составляет 400 метров.
Фото: Эдуард Капров
/upload/iblock/d74/d74042a6f00b761cba43922040398e1c.jpg
Сергей Щипицин, вдохновитель исследовательской группы «Сарма», осматривает зал самой большой в мире соляной пещеры – Малхам. Её длина составляет 5500 метров, глубина – 135 метров.
Фото: Эдуард Капров
У берега Мертвого моря стоит живая соляная гора: её недра находятся в постоянном движении.
В долине самого соленого озера планеты, Мертвого моря, много столетий назад зародился город Седом. Его история известна нам по Библии – там он называется Содомом. Недалеко от места, где когда-то стоял город, сейчас находится израильский населенный пункт с тем же названием, а близ него – уникальный природный объект: гора Седом. Гора – это соляной купол, возвышающийся над Мертвым морем на 250 метров. Она образовалась в Сирийско-Африканском разломе в результате мощного подземного давления, вытолкнувшего соляную пробку на поверхность. Огромный массив соли (его размер – одиннадцать километров в длину и полтора километра в ширину) изрезан множеством пещер: в нем их более сотни, общая длина – свыше двадцати километров. Это природное чудо – живое: редкие пустынные дожди медленно растворяют толщу соли, разрушая старые пещеры и проделывая все больше новых. Пещеры долгие годы исследовал профессор Иерусалимского университета Амос Фрумкин. Среди его находок – застывшие в соляной толще останки дубов и кипарисов. Два года назад на помощь Амосу, которого многие называют сегодня главным спелеологом в Израиле, пришли активисты из группы «Сарма», собранной Сергеем Щипициным.
Фонарик выхватывал куски скал, и они возвращали магический блеск – кристаллы соли были повсюду. Направив на стену свет, я понял, что она тоже состоит из чистой соли. Сплавленная и спрессованная тысячелетиями, она все же проводила свет.
Мы отправились покорять Седомские пещеры ранним весенним утром 2006 года. По узкому гребню с множеством наносов из песка и камней мы поднялись на платообразную вершину – там почва была прочнее. Правда, прочность здесь очень относительна: повсюду попадались то глубокие ямы-завалы, то пропасти. Подмытая изнутри соль проваливалась, и в горе образовывались многочисленные кратеры. «Следующая остановка – “Библиотека”», – объявил Сергей. По очереди мы спустились в «читальный зал» – небольшой каньон со скалами-стенами. Множество тонких пластов породы напоминали древние рукописи, сложенные стопкой. Однако это название было дано не только из-за внешнего сходства: «листая» соляные пласты, ученые находят «напечатанные» природой окаменелости растений, рыб и других организмов. Все они «переплетены» и бережно сохранены для тех, кто захочет «прочесть» древнюю историю этого природного феномена. Мы поднялись из «Библиотеки» и двинулись дальше. Солнце уже палило нещадно. И вот вся группа, увешанная веревками, касками и фонариками, остановилась возле небольшой расщелины. После обширных кратеров и провалов, которые встречались по пути сюда, эта трещина не произвела на меня впечатления. Но сармовцы стали спускать снаряжение и надевать спелеообвязки. Один из них уже закрепил веревку у входа в лаз. Брошенный конец веревки исчез в темноте. Оказалось, что это вход в пещеру Питриет (в переводе с иврита означает «Грибы»). Пока я думал, как пролезть в узкую трещину, два участника «Сармы» успели скрыться в темной щели. Я тоже начал протискиваться в тесный лаз (он был чуть шире моего рюкзака с аппаратурой). Очень быстро все мы погрузились в вязкую тьму. Фонарик выхватывал куски скал, и они возвращали магический блеск – кристаллы соли были повсюду. Приглядевшись и направив на стену контровой свет, я понял, что она тоже состоит из чистой соли. Сплавленная и спрессованная тысячелетиями, она все же проводила свет. Меня бережно подвязали и помогли перелезть через борт колодца. Продвигаюсь в кромешной тьме. Блокирую веревку и вишу, пытаясь высветить налобным фонарем соляные стены. И вот мы на дне пятнадцатиметрового колодца. А впереди нас ждет еще один, глубиной сорок метров. Вскоре мы оказались у подземного русла реки. Ступать следовало осторожно, чтобы не разрушить соляные кристаллы. Узоры самых причудливых форм были повсюду: на потолке, полу, стенах. Декоратором этого дворца Соляной королевы, как окрестили его сармовцы, является вода: уровень подводных рек постоянно меняется и вытачивает все новые причудливые фигуры. Вокруг все сверкало: соляные сталактиты, сталагмиты, колонны, множество наростов, напоминающих грибы... «Полки» с этими предметами прикрывали «шторы» из тонких соляных нитей. Потолок сиял от кристаллов соляных алмазов. В первом зале нам преградило путь подземное озеро, где содержание соли превышало концентрацию ее в Мертвом море. Уровень озера поднялся, и вода заполнила переход, ведущий в другой зал. Больше повезло нам в пещере Мифрацим (в переводе – «Заливы») – там между водной гладью и низким потолком оставался небольшой зазор. Кристаллы, свисавшие с потолка, поражали размерами: некоторые достигали десятка сантиметров в длину. Соль высушивала все вокруг, и мы ощущали это на себе – страшно мучила жажда, а после нескольких часов у всех заболела голова. Когда мы наконец поднялись на поверхность, то обнаружили, что уже стемнело. По уходящему из-под ног гребню пришлось спускаться на ощупь. В ходе этой экспедиции мы нанесли на карту несколько новых переходов, не отмеченных профессором Фрумкиным.