Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
National Geographic №197, февраль 2020
National Geographic Traveler №73, февраль – март 2020
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Стихия огня

Текст: Нил Ши Фотографии: Марк Тиессен
10 мая 2012
/upload/iblock/982/9824396013925a2757cca6f1ed0ba9d3.jpg
В Западной Монтане пламя перепрыгнуло через дорогу, вынуждая пожарных отступить.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/840/840477e1bee9fd12e47dceb2379e598c.jpg
Ночная операция. С помощью факела пожарный Ли Нельсон создает встречный огонь во время ночной вылазки в Монтане. Этот способ борьбы практикуют там, где мало воды. Чтобы подойти к огню, бригады, работающие на западе, нередко проходят пешком многие километры с тяжелыми рюкзаками за спиной.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/d41/d4183002cb9149133a5b9503bca5f914.jpg
Первый рубеж. В лесах США существуют наблюдательные посты для обнаружения пожаров. Многие из них появились еще в 30-х годах прошлого века. Пожарные смогли спасти такой пост на горе Скотт от огня, гуляющего по лесному заповеднику Бойсе, накрыв постройку огнеупорным материалом.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/b4b/b4b71a96af2697de7876493c9bef9991.jpg
Огонь до небес. Со всевозрастающим шипением и свистом пламя уничтожает плотные ряды елей. Почти вековое искусственное подавление пожаров привело к тому, что многие леса запада США стали гораздо гуще. И теперь они – легкая добыча для огня. Засушливые годы усугубляют эту проблему.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/c1f/c1f8a45f3d535f25e7f76aa457146385.jpg
Поддать жару. Большинство этих желтых сосен выживут после несильного пожара в государственном парке Кастера в Северной Дакоте. Небольшие пожары очищают леса от мертвых веток и кустов, возвращая земле питательные вещества.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/a41/a413591ba4e48b25c4b9691e7a47be3a.jpg
Вербовка союзника. Пожарный кидает огненные факелы на склон холма, надеясь создать эффект дымовой трубы: жар от огня, поднимаясь, забирает искры пламени с собой наверх, подальше от нетронутого леса внизу. Но огненная стихия не всегда идет на сделку с человеком.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/2a0/2a03e2df2445f9ba6faa1a338e4e1e08.jpg
Лишиться всего за два часа. В прошлом году на высушенных солнцем и перенаселенных холмах южной Калифорнии три недели бушевали 18 крупных пожаров. Они уничтожали дома, вынуждая сотни тысяч людей спасаться бегством. Около озера Эрроухед сгорело тогда 178 домов, большинство из них – за каких-то два часа.
Фото: Марк Тиессен
/upload/iblock/b36/b36c2000433f2f16c012b050753263c2.jpg
Кто катит огонь. Огненные шары из горящих искр катятся через поле около Санта-Клариты в Калифорнии. Мощные ветра Санта-Анас, развивавшие скорость более 150 километров в час, в 2007 году с легкостью раздували пожары на сотнях квадратных километров, покрытых высохшими деревьями и кустарниками. Пожарные бригады из последних сил пытались их сдержать.
Фото: Марк Тиессен
Запад США окутан дымом, и причины трагедии неизвестны. Лесные пожары еще никогда не были столь свирепы. Оккупировав огромную территорию, они подбираются к домам. Скоро их вообще нельзя будет остановить?
Молодые люди невозмутимо поджигают лес, пробираясь сквозь высокую траву. В руках у них устройства, разбрызгивающие бензин и дизельное топливо. Легкое встряхивание – и в зеленом пейзаже появляются красноватые оттенки. Костры ползут по траве, дотягиваются до низких веток, лезут выше... Каждые несколько минут вспыхивает еще одна ель, и огонь торопливо пожирает ее. Чтобы покончить с деревом, хватает пары секунд. От ели остается лишь дымящийся скелет. – Эй, да ты никак дерево укокошил? – улыбается один из поджигателей. – Ага, – с довольной ухмылкой подтверждает напарник. – Как же мне нравится этот звук, – восхищенно добавляет третий. Парни явно любят свою работу. Еще бы, ведь они – пожарные. Счастливчик разбушевался. 11 часов утра, июльская суббота, 2007 год. Многие районы Айдахо в огне. Сегодня это самый пылающий штат США. Клубы дыма плывут над Айдахо, их догоняют предупреждения об эвакуации. Пожар, получивший имя Счастливчик, резвится в лесном заповеднике, в паре часов езды к северу от города Бойсе, столицы штата. Как и многие возгорания на Западе, Счастливчик начался с удара молнии. За две недели он выжег около 550 гектаров. Это не самый масштабный пожар в Айдахо. Но у Счастливчика есть потенциал, говорят пожарные почти с нежностью, словно речь идет об одаренном ребенке.
Чрезвычайно горячие пожары подпитывают и подстегивают самих себя, и скорость их распространения гораздо выше скорости бегущего человека.
Большинству из тех, кто сейчас воюет со Счастливчиком в лесах Айдахо, от 20 до 30 лет. Долгие часы они разжигают огонь с помощью горелок и ручных факелов – конечно, вовсе не из любви к пиромании. Эту работу называют отжигом – создание встречного огня, который должен съесть топливо на пути наступающего лесного пожара. И остановить его... в идеале. Принцип «клин клином» действует не всегда. Огонь коварен. Он часто находит лазейки и пытается распространиться как можно дальше. А отжиги рискованны. Существует немало историй о пожарных и об огне, вышедшем из-под их контроля. Ближе к вечеру мужчины собираются на опушке, любуясь своей работой. Перед ними простирается почерневшая земля. Вдруг с высоты холма раздался треск, почва дрогнула под ногами. Это обрушилось огромное дерево, у которого полностью сгорели корни. Пожарные даже не вздрогнули. Опираясь на свои топоры, они продолжают смеяться и подшучивать друг над другом. Вдруг откуда-то раздается подозрительный шорох. Смех прекращается, мужчины поднимают головы. Светящиеся искры пролетают над их головами к еще не тронутому пожаром участку леса. Неожиданно сменивший направление ветер послал огонь к пожарным, которым казалось, что они в безопасности. Дружно выдохнув «Черт!», парни бросаются к валежнику – искать новые очаги. Им совсем не хочется пополнить список тех, кто затеял опасную игру с огнем и проиграл ее. Через некоторое время мужчины заканчивают обыск валежника. Они довольны: ничего не найдено, им повезло. На этот раз. Огонь не обогнать. Воздух вокруг пожара прогревается и поднимается, порождая ветры, которые еще сильнее раздувают пламя. Чрезвычайно горячие пожары подпитывают и подстегивают самих себя, и скорость их распространения гораздо выше скорости бегущего человека. На западе США сезон пожаров обычно начинается поздней весной и длится до осени. Их ждут и боятся, как, впрочем, и других сезонных бедствий – ураганов, торнадо, снежных бурь. Но борьба с пожарами – пожалуй, самая яростная. И лишь с огнем сражаются профессионалы – ведь нет на свете борцов с ураганами или с торнадо. Но Штаты все чаще терпят поражение. Леса и пастбища американского запада вспыхивают с невиданной доселе частотой. Виноваты в этом десять лет засухи и небывалой жары. Снег в горах тает раньше, а снежные бури случаются позже, продлевая сезон пожаров в некоторых районах на несколько недель. Огромные участки ослабленного засухой леса страдают от вредителей и болезней, ловко превращающих деревья в сухое топливо. Отвечая на вызов природы, американцы расширили штат пожарных, привлекли частных подрядчиков, снабдили их большим количеством шлангов, топоров и грузовиков. Годовое федеральное финансирование, выделяемое на тушение пожаров, увеличилось с миллиарда долларов (во время последней засухи в 1998-м) до трех с лишним миллиардов в прошлом году. Еще более серьезные затраты прогнозируются на будущее. Но засуха – лишь одна из причин возникновения пожаров.
Изучив два участка аризонского леса, ученые подсчитали, что в конце XIX века там было около 50 деревьев на каждый гектар. А спустя век без пожаров – примерно 1700 деревьев.
Чем больше тушить – тем больше горит. Американцы рассматривают борьбу с лесными пожарами как бескомпромиссную войну, в которой враг подлежит безусловному уничтожению. Эта стратегия восходит еще к великим пожарам 1910 года. В тот год огонь выжег на западе миллиарды гектаров, погибли десятки пожарных. Клубы едкого дыма двигались на восток вместе с рассказами о трагедиях и страшных опустошениях. Гиффорд Пинчот, первый директор возникшей в то время Лесной службы США, был убежден, что пожары – это страшная угроза экономике. И он начал кампанию по защите нации от стихии, заявив при этом: «Мы считаем, что лесные пожары могут полностью контролироваться человеком». Но кампании по борьбе с лесным огнем, подкрепленные сокращением вырубки и акциями набирающего силу движения по охране леса, привели к тому, что деревьев и прочей растительности – потенциального топлива – оказалось в избытке. В 2005 году ученые из Университета Северной Аризоны опубликовали свое исследование. Изучив два участка аризонского леса, они подсчитали, что в конце XIX века там было около 50 деревьев на каждый гектар. А спустя век без пожаров – примерно 1700 деревьев. В наше время при благоприятных природных условиях пожары возобновляются – но с большим размахом и более опустошительные, нежели когда-либо прежде. Увы, складываются эти «благоприятные» условия достаточно часто. Специалисты считают: последняя засуха – не последний эпизод в картине под названием «глобальное потепление». Так что может наступить время, когда ни деньги, ни героизм огнеборцев не помогут. Пожары не только не будут «полностью контролироваться», их вообще нельзя будет остановить. Но пока мы еще сопротивляемся. Эта работа спасает их от тюрьмы. На тушение Счастливчика и нескольких пожаров по соседству съехались бригады из многих регионов. Они работают от зари до заката, спят в палатках или на голой земле. Вертолеты, аренда которых доходит до 80 тысяч долларов в день, гудят в воздухе, разливая воду и кроваво-красное огнезащитное средство. В штабной палатке вдалеке от «боевых действий» подводят неутешительные итоги. Огонь пожирает не только деревья – не менее успешно пламя поглощает федеральный бюджет. 26 июля, всего через девять дней после начала пожара, расходы достигли полутора миллионов долларов. 29 июля – 2,6 миллиона, 1 августа – 4,5 миллиона. И это лишь Счастливчик! В одном Айдахо бушуют еще десятки пожаров. 46-летний Роберт Баррет из Лесной службы США – улыбчивый, худощавый, сильный мужчина с щегольской бородкой. Охрипшим от многолетнего вдыхания дыма голосом он отдает приказы своим бойцам, мужчинам и женщинам. Баррет инспектирует участок пожара пешком и на машине, стараясь угадать намерения и настроение огня. «Огонь – это круто, – говорит Баррет. – Но еще круче – попытаться понять, что с ним можно сделать. Это упражнение для ума. Никогда не знаешь, как он себя поведет». Камни летят из-под колес его пикапа, когда Баррет едет по «дороге» – полосе грязи между оврагами. Жалобно тренькает гитара, спрятанная в чехле под сиденьем. Баррет часто захлебывается долгим мокрым кашлем. Но жара и клубы дыма с пылью – не помеха радостному возбуждению, которое, похоже, вызывает у него сильный пожар. «Я люблю свою работу. Она спасает меня от тюрьмы», – смеется Баррет. Так шутят американские пожарные, имея в виду, что c их решительностью и рисковостью – уж если не на пожар, то только – на преступление. Пока дремлет пламя. Счастливчик бушует уже около недели. Каждый день Баррет поднимается спозаранку, варит кофе на заднем откидном борту своего пикапа, обдумывая свой следующий шаг и возможный ответный ход огня. По ночам большинство здешних пожаров «ложится спать»: воздух сырой, прохладный – и лес горит медленнее. Пожарные время от времени идут в атаку ночью, но гораздо чаще они пользуются дремотой огня ранним утром. В таких вылазках надо спешить: на исходе утра воздух обычно теплеет и становится суше, и ветер начинает подгонять сонное пламя. Счастливчик, как и любой лесной пожар, вполне способен вырваться из-под контроля в течение нескольких послеполуденных часов. Баррет старается не позволить ему пересечь речку: на том берегу много сухих деревьев. И если огонь туда попадет – далее на его пути окажутся дома и ранчо. После окончания Второй мировой многие американцы устремились на запад, строя дома, дороги и города на совершенно необжитых территориях. В девяностых годах восемь миллионов новых домов выросло вдоль границ парков и лесов, подверженных частым пожарам. Правительство тратит огромные суммы на защиту собственности в этом районе. Формально он известен как зона взаимодействия дикой природы и города. Некоторые пожарные называют эти места зоной глупцов. Огневой рубеж. В понедельник незадолго до полудня Баррет посылает еще одну бригаду для создания встречного огня. Запах бензина, треск факелов, вспыхивающие деревья свистят как чайники. Но после часа дня ветер меняется и огонь начинает двигаться в неожиданном направлении, к готовому топливу обширных рощ. Радиоэфир заполнили взволнованные голоса. Баррет вскидывает на спину рюкзак, чтобы пройти пешком фронт пожара и разведать обстановку. Он прихватывает с собой так называемые пуляски – нечто среднее между топором и стругом. Пожарные используют их для вырубки, обрезки и ошкуривания деревьев. Счастливчик продвигается дальше по крутому гребню горы, елки вспыхивают факелами, с треском разбрасывая вокруг себя горячие оранжевые языки пламени. Мы идем вдоль противопожарной просеки – узкой полоски земли, отделяющей лес от огня. Пожарные шланги ползут по грязи. Слева от нас – густые зеленые заросли. Справа – дымящееся пространство, словно расстрелянное артиллерией. Языки пламени в несколько футов высотой рычат и шипят на ветру. Мы окутаны дымом, который застилает глаза и мешает дышать. Когда он рассеивается, я вижу: Баррет бьет инструментом по языку пламени, перепрыгнувшему через просеку, и закидывает его землей. Потом Баррет останавливается и смотрит на лес внизу. Четыре, пять, дюжина новых очагов видны сквозь дым. «Боюсь, на этот раз мы проиграли», – Баррет кашляет. Он принимает радиовызов, лицо его осунулось. – Этот проклятый ветер. Похоже, огонь перескочил через реку. Мы выходим из леса, шагая вдоль пожарных шлангов. В некоторых местах они прожжены насквозь, и из них, как кровь из артерий, хлещет вода. Мы то входим в густое облако дыма, то выходим из него.
Некоторым видам сосен огонь нужен для размножения: их шишки покрыты восковой смолой, и лишь высокая температура расплавит ее и освободит семена.
Но на опушке нас встречают радостной новостью: бригада нашла и добила огонь вдоль реки. Несколькими часами позже Баррет сидит, скрестив ноги, на большом камне, в каждой руке у него по рации. Он неподвижнее медитирующего йога. На этом берегу нет новых очагов, пожарные отстояли линию огня. Джастин Боун, один из заместителей Баррета, считает: иногда пожарам надо позволять гореть под контролем, чтобы они разрежали леса и уничтожали потенциальное топливо. Некоторым видам сосен огонь нужен для размножения: их шишки покрыты восковой смолой, и лишь высокая температура расплавит ее и освободит семена. Но, конечно, не всем пожарам можно давать волю. «Нам надо многому научиться, чтобы позволить лесу гореть», – заключает Боун. Игра с огнем... компьютерная. Счастливчик – всего лишь один из многочисленных пожаров, гуляющих сегодня по просторам Америки. Его «родичи» во множестве пробираются через Айдахо в Монтану вслед за грозами. Одни вспыхивают и тут же умирают, другим потакают ветер и сухая земля. На спутниковых картах видно, как стремительно краснеет американский запад, словно больной, пораженный сыпью. В Мизуле, штат Монтана, Марк Финни следит за очагами возгорания из своего офиса в научной лаборатории, занимающейся пожарами. Худощавый и гибкий Финни когда-то работал на пожарных машинах и мог бы стать таким же борцом с огнем, как Баррет. Но в колледже он увлекся математикой – и теперь работает лишь с виртуальным огнем. Недавно федеральное правительство стало использовать компьютерные программы, в разработке которых участвовал и Финни. С помощью таких программ можно понять, как маленькие очаги огня вырастают в монстров. И главное, как можно этому противостоять. Предсказатель пожаров. Три главных фактора, определяющих успех огня, – погода, местность и топливо. Программа Финни «Вероятность распространения огня» (ВРО) пытается выявить их взаимодействие. Она может создавать тысячи возможных сценариев развития пожара, основанных на данных наблюдений за многие годы. ВРО учитывает местную топографию (например, огонь зачастую быстрее движется в гору) и вид «горючего»: густые древесные заросли, траву, кустарники или вырубки. На основании этих данных ВРО предсказывает возможность пожара для конкретного участка, составляет карту, в которой указывается, как здесь может распространиться огонь. По мере продвижения огня карты обновляются и передаются пожарным, помогая им решить, как лучше распределить силы. По всей фронтовой линии пожаров люди знают о Финни и о его программе. Она нова и перспективна. Но... «Что действительно интересует людей – каких размеров достигнет пожар, – сознается Финни. – А это как раз предсказать невозможно». Джоко Ужасный. В августе 2007 года ВРО изучала пожар Джоко-Лейкс. Он начался с удара молнии в бурых холмах Западной Монтаны. Несколько дней коварный Джоко тлел тайком, перебиваясь мертвыми ветками и высохшими кустами. Потом налетел ветер. Пожар взревел. Его заметили в пятницу, но слишком поздно: взять его под контроль уже было нельзя. ВРО угадывает, куда может направиться пламя, и показывает населенные пункты на его пути. Но Джоко слишком проворен для молодой программы. Наблюдатели видят: за 20 минут огонь распространился с четырех гектаров до 120. К вечеру субботы Джоко добрался до городка Сили-Лейк, где вынудил бежать обитателей 675 домов. На время Джоко стал самым опасным горящим участком США, привлекшим все силы и средства противопожарной борьбы. «Малыш» шести дней от роду занял площадь, превосходящую размеры Манхэттена. У Патриции Рерик и Ральфа Шурмана, живущих рядом с Сили-Лейк, всего час на сборы. С их веранды видны языки пламени. Супруги уверены, что совсем скоро вернутся, и обсуждают, что же взять с собой. Наконец они надевают ошейники на трех своих собак и, прихватив лишь документы и собачий корм, садятся в машину. А через несколько дней Патриция и Ральф вернутся к тому, что осталось от их дома – кратеру, полному искореженных железок и почерневших гвоздей. Холодильник вмят в землю. Пара стала просеивать мусор, пытаясь опознать в черных комках грязи свои вещи. Патриция рассказывает: – Пожарные успокаивали нас, говорили, что раскидают противопожарное средство вокруг нашего дома. А это что, дорогой? – обращается она к мужу. – DVD-проигрыватель? – с большим сомнением предполагает Ральф, разглядывая нечто черное и хрупкое. Хлопья пепла оседают на землю. Вокруг дома обуглившиеся остовы деревьев и сизые клубы дыма чередуются с зелеными лугами и неповрежденным сосновым бором. Это обычное явление, говорит мне Джек Коэн, специалист по борьбе с огнем. В поселках после серьезных пожаров среди груды пепла часто зеленеет не тронутая огнем растительность. Дома там поджигают сами себя: искры от тлеющих угольков поднимаются в воздух и приземляются на крыши и карнизы соседей, просачиваются сквозь вентиляторы в потолках. В густонаселенных поселках не деревья, а дома – основное «топливо». Дым над Калифорнией. Пожар Джоко-Лейкс уничтожил около 15 тысяч гектаров леса. Затем случилась трагедия в Калифорнии. Прошлой осенью огонь три недели свирепствовал на юге штата. Целая армия пожарных прибыла на место, сражалась... а потом отступала, отступала и снова отступала. Людям оставалось лишь молиться, чтобы стих ветер. Более полумиллиона человек было эвакуировано, свыше двух тысяч домов уничтожено. Фотоснимки стихийного бедствия наводнили газеты и телевидение. Клубы дыма стояли дугой над Тихим океаном. Америка была в шоке, однако большинство экспертов ожидали такого развития событий. Сильные сезонные ветра Санта-Анас работали как гигантские мехи, накачивая горячий воздух. Многие деревья южной Калифорнии выделяют легковоспламеняющуюся смолу. Отличная подпитка для огня – кустарники и сухой валежник. «Помогали» стихии и люди. По Калифорнии в 2007 году прошлись 18 крупных пожаров. Причиной одного из них стал ребенок, игравший со спичками, нескольких других – поджигатели. Этот засушливый регион – лакомый кусок для огня. Но ущерб не был бы столь ужасающим, не будь Калифорния самым густонаселенным штатом США. Каждые 20 лет ее население увеличивается в среднем на 10 миллионов человек. Особо перенаселен юг – ему и досталось больше всего. После осенних пожаров Коэн вновь приехал в Калифорнию. И опять он неодобрительно качает головой. «Честно говоря, масштаб эвакуации чудовищен, – говорит Коэн. – Когда вам приходится эвакуировать 300 тысяч домов, становится очевидно: мы живем в дисгармонии с природой». Дома не должны служить горючим, говорит Коэн, их надо строить из огнеупорных материалов, а крыши делать из пожаростойкой черепицы. Калифорния знает много примеров, когда поселки не выгорали и их жителей не надо было эвакуировать, потому что дома были созданы из пожаропрочных материалов. «У нас есть возможность противостоять огню, – утверждает Коэн. – Но в основном мы сами не хотим этого делать». Ни одна разовая акция не переломит ситуацию в корне. Перестанут ли американцы селиться в самых пожароопасных зонах страны? Многие дома, которые сгорели прошлой осенью в Калифорнии, уже почти отстроены. С точки зрения пожарных, это все равно что возводить новые дома ниже уровня моря в Новом Орлеане. Под ударом каждое строение, поставленное около сухого валежника или в вечнозеленых лесах Скалистых гор. Но бесшабашные хозяева уверены: с ними-то ничего не случится. Однако и вода, и пламя могут вернуться в любой момент. Они всегда возвращаются.