Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Узбекистан. Записки из страны мечетей и базаров

Лариса Пелле, фото: Лариса Пелле
05 марта 2009
/upload/iblock/90c/90cc14e2a1dd5d5014eeb18f4c71799c.jpg
Бухарское медресе Мир-и-Араб веками было самым престижным мусульманским учебным заведением города.
/upload/iblock/3f6/3f6d8632c587b085a4be60211f0d2828.jpg
На бухарском базаре во времена эмирата продавались лучшие ковры региона. Сейчас кустарное производство продолжается, но большинство ковров на рынке – фабричные.
/upload/iblock/bf0/bf06d000a3f5fbabc1ac833017e5e72f.jpg
В Бухаре, в декоре мечети Калян, была впервые использована плитка с синей глазурью, получившая затем распространение по всей Средней Азии.
/upload/iblock/fe3/fe338b3867e4b562e2df33e81eef5108.jpg
Гостеприимство играет в узбекской культуре основополагающую роль. От приглашения в гости не принято отказываться, как и от еды.
/upload/iblock/145/14562cb62e459df796c35f521bf8ba23.jpg
На узбекских рынках можно купить диковинные предметы со всего региона. Торг начинается с астрономических сумм, но договориться о приемлемой цене вполне реально.
Из всех стран Средней Азии Узбекистан – едва ли не самая привлекательная цель для нашего путешественника. Древние памятники здесь дышат величием, базары по-азиатски щедры, а народ гостеприимен и не страдает русофобией.
Отправляясь в Узбекистан, можно прослыть либо оригиналом, либо ценителем Востока: последние 15 лет приезжих русских здесь немного. Редкие туристы из России теряются среди пестрой толпы местных жителей, европейских тургрупп и бродяг с рюкзаками, колесящих по региону месяцами. Тем не менее путешествовать по стране легко. Непременно придется торговаться с таксистом (выяснится, что служил он в Подмосковье), отзываться на обращение «дорогой», угощаться вкуснейшим пловом и научиться разбираться в тонкостях местных обычаев. Столкновения с тонкостями не избежать. Поначалу в общении с узбеками страх нарушить неписаные правила не покидает ни на секунду. Такая, казалось бы, ерунда, как лепешка, повернутая верхней стороной вниз, вызывает порицание. Впрочем, местные относятся к проколам снисходительно и терпеливо объясняют, почему хлеб требует уважительного отношения. Постепенно выясняется, что «нельзя» здесь меньше, чем можно было бы ожидать в мусульманской стране. Вот, например, древнее медресе, на котором красуется вывеска «Ремонт велосипедов». Мастерская там, где полагается изучать Коран, – это можно. Не постесняйтесь и загляните внутрь. Для гостей в Узбекистане всегда найдется время, и вот вас уже ведут по крутой лестнице на крышу. Мастер с упоением рассказывает о европейских безумцах, которые приходят к нему чинить свои байки на пути через Среднюю Азию.

Бухара

В старой Бухаре можно обойтись без карты. Напротив, стоит затеряться в узких улочках и бродить, натыкаясь на очередную мечеть, мавзолей или медресе. Невозможно устоять перед искушением заглядывать во дворы – там происходит вся жизнь. Стоит заглядеться, тут же появится хозяин и начнется беседа. Ремесленник покажет свои изделия – не без надежды что-то продать, но скорее из гордости. Кто-то расскажет, где в городе подают лучший кофе, и отправит покупать ковер. Рынок – самое бойкое место любого узбекского города. Бухара не исключение. Ходить, таращась на товар, можно часами. В продуктовых рядах прилавки ломятся от фруктов, орехов, неведомых трав и сладостей. Не желаете купить гигантский кусок безе, любовно разрисованный, кажется, к свадебному столу? Тогда хотя бы сфотографируйте хозяина с изделием! Бесплатно полакомиться можно, например, плодами тутовых деревьев вокруг пруда Ляби-Хауз. Похожие водоемы по всему Узбекистану служили источниками воды для городов. При советской власти многие из них осушили как потенциальные источники эпидемий, но Ляби-Хауз уцелел. Теперь здесь в тени тутовника старики пьют чай и играют в шахматы под плеск фонтанов. В паре кварталов громоздится шахристан – комплекс религиозных зданий. От глазури рябит в глазах. Небольшое «вознаграждение» охраннику мечети Калян – и можно карабкаться по темной лестнице на минарет смотреть на закат. Отсюда едва ли не до прихода коммунистов скидывали приговоренных к смерти. Поглазеть на свершение правосудия собирались горожане, а среди них и жители соседнего ремесленного района рабата. Сегодня над мастерскими ходят туристы – культурный слой вырос на несколько метров. Но мастерские их потомков по-прежнему работают: в них, например, льют знаменитые бухарские колокольчики.

Хива

Бухара – самый центр узбекской части Шелкового пути. На восток идет дорога в Самарканд. На запад – в Хиву. Отреставрированная до блеска, она кажется декорацией к фильму. В Хиве царит музейная тишина, жители невозмутимы, бойкая торговля идет разве что на центральном базаре. Когда-то это был обычный город. Но в XVI веке Аму-Дарья сменила русло, оставив тогдашнюю столицу Гурганж без воды, и новым метрополисом стала Хива. В круге древних стен сохранился колодец, вокруг которого их возвели. Рядом с колодцем – яма. Ее наполняли насекомыми, а потом опускали туда пленников. Похоже, в каждом узбекском городе есть хотя бы одно место, где неверные встречали смерть. Раньше Хива и прилегающий к ней район Хорезм были отдельным ханством. За пиалой чая местные расскажут, что здесь туркмены продавали в рабство похищенных на юге России людей. Но тут же подчеркнут: Хорезм не был лишь вотчиной работорговцев, мощь его крылась в науке. Случайно ли хозяин первого же пансиона оказывается учителем физики? Этим вопросом задаешься на веранде дома, слушая очередной рассказ. Хиву так вылизали совсем недавно. Еще десять лет назад люди пристраивали дома к городской стене, чтобы сэкономить на материалах. После таких историй начинаешь всматриваться в минарет Кальта-Минар – не пристроился ли и к нему какой-нибудь находчивый собственник?

Самарканд

Стоит селиться недалеко от Регистана – центральной площади, чтобы любоваться медресе Шир-Дор на закате и на рассвете. Когда ночью для туристов закатывают световое шоу, мозаичные стены играют уже не только синим, но всеми цветами спектра. Сидя на ступеньках Регистана, можно медитировать на мозаичную надпись на портале медресе. Она гласит: «Веками не достигает верха запретных его (портала. – Прим. ред.) минаретов искусный акробат мысли по канату фантазии». Канат фантазии при взгляде на портал действительно не выдерживает: по зданию карабкаются фантастические львы – те самые, что украшают узбекские банкноты. В Самарканде покоится легендарный Тимур Тамерлан. Его прах лежит в золотом мавзолее, но любимым женам, сыновьям и военачальникам завоевателя уделили внимания не меньше. В некрополе Шах-и-Зинда можно фотографировать, не глядя в видоискатель – на всех снимках будут резные фасады и голубая глазурь. Но одну маленькую мечеть пропустить просто нельзя. Хазрат-Хизр на окраине города не блистает синевой, но славит Хизра, покровителя путешествующих. Говорят, святой старик является многим мужчинам наяву, а женщинам – только во сне. Если не терпится, можно посидеть в прохладе мечети, таким образом заручившись его благословением. Но сперва, конечно, нужно оставить служителю «вознаграждение».