Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №193, октябрь 2019
Журнал №71, сентябрь–октябрь 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

В погоне за эволюцией

Текст: Дэвид Куаммен Фотографии: Роберт Кларк
13 сентября 2011
/upload/iblock/3a7/3a7f341bbe5238f2bca5d507f023fe21.jpg
На острове Ломбок Уоллес обнаружил малого желтохохлого какаду. Но на соседнем Бали какаду нет – пролив между Бали и Ломбоком всегда был непреодолимым барьером даже для птиц.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/c67/c67d71de58a9378a6273e69565f5fd05.jpg
В Новой Гвинее и северо-восточной Австралии древесные валлаби заполняют экологические ниши, которые немного западнее занимают приматы. К западу и к востоку от линии Уоллеса эволюция работала с разным материалом.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/4be/4bef1111040eda830de2cb97fc8fe0b1.jpg
На Бали Уоллес обнаружил азиатско-африканские группы птиц, таких как бородастики, бюльбюли и дятлы. Бирки для этих бородастиков сделал сам Уоллес.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/6fd/6fd57b334621f3f3aafdd062623fb375.jpg
Чернолапую веслоногую лягушку с Борнео Уоллес считал весьма интересной для дарвинистов: на ее примере видно, как предназначенные для плавания перепончатые лапы адаптировались к планированию в воздухе.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/527/527740ca6197f3c2a7e239fd4bfeba6a.jpg
Сиаманг, вид гиббоновых, обитает на Суматре и в некоторых частях материковой Азии. Около десятка видов гиббоновых водится к западу от линии Уоллеса; к востоку же нет ни одного.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/b9a/b9acb73988a253e0f97d7abcd516be17.jpg
В древности, когда уровень моря понизился, носороги из Африки и материковой Азии сумели по обнажившейся суше заселить современные восточные острова вплоть до Борнео. Но сегодня из суматранских носорогов на воле живет лишь около трехсот особей.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/dc4/dc47322c024368141ccb015672a768b4.jpg
Однако для других видных ученых самоучка Уоллес (предположительно во время возвращения в Англию в 1862 году) так и не стал своим.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/bf9/bf9881fab73b6dd2a2d2a9bafbfa7c9d.jpg
В юности Уоллес, подобно Дарвину, собирал жуков. Впоследствии он значительно пополнил список своих коллекций, привозя образцы фауны из дальних экспедиций. Экспонаты из этой и других его коллекций помогли Уоллесу разгадать тайну происхождения видов.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/903/9037f517c8ceb35274b3c993332bc777.jpg
На Молуккских островах, к востоку от линии Уоллеса, водятся гигантские нелетающие птицы казуары, характерные для Новой Гвинеи и Австралии.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/18b/18b29de08a7af28666afeb919319559b.jpg
На острове Батьян Уоллес собрал более сотни экземпляров бабочки золотистый птицекрыл Ornithoptera croesus. Исследуя разных представителей одного вида, он замечал между ними едва уловимые различия. Так зоркость помогла Уоллесу открыть теорию эволюции.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/98d/98df0c8ae6004f3ff58837eb62a8f399.jpg
В 1858 году, когда Уоллес обдумывал свою теорию эволюции, он не был хорошо знаком с Дарвином. Позже они подружатся (письмо Уоллеса, начинающееся словами «Дорогой Дарвин»).
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/3da/3da62f6ef199b1b73dfb05d5d6b27f62.jpg
Райские птицы, чье оперение делается особенно ярким в брачный период, заманили Уоллеса на восток Малайского архипелага.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/42c/42c18c17bcbdfa548da91cc4e926db4a.jpg
Тигр – азиатский вид, распространенный вплоть до Суматры, Явы и Бали. Сегодня суматранский подвид почти исчез из природы, и проще найти его представителей в зоопарке.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/d0f/d0fbf2028b110ea424cf3326f774054a.jpg
В начале 1855 года Уоллес пережидал сезон дождей в небольшом домике на Северном Борнео. Сырость не позволяла собирать экспонаты, и он проводил время, размышляя об особенностях расселения видов, которые он наблюдал во время путешествий.
Фото: Роберт Кларк
/upload/iblock/c45/c45960a27baa078cc7706f57c91e384c.jpg
К западу от линии Уоллеса, на острове Суматра, ученый обнаружил дневную бабочку Kallima paralekta, чьи ближайшие родственницы живут в Африке и Азии.
Фото: Роберт Кларк
Алфред Рассел Уоллес. Жизнь и необычайные приключения ученого, который опередил Дарвина, дерзко разделил Землю воображаемой кривой линией и изобрел новую науку – биогеографию.
Гениальный самоучка, он в 14 лет бросил школу и стал чернорабочим. А в 35 за два дня сформулировал теорию естественного отбора, над которой Чарлз Дарвин к тому моменту бился уже 20 лет, все никак не решаясь ее опубликовать. В 1837 году Чарлз Дарвин, молодой джентльмен 28 лет из состоятельной семьи, только вернулся домой из интереснейшего плавания на корабле «Бигль», оплаченного его отцом. В тот же год Алфред Уоллес, 14-летний любознательный сын бедняков, вынужден был бросить школу. Будучи строителем, Уоллес посещал городские библиотеки и учебные заведения для рабочих. Трудясь землемером в сельской глуши, он пристрастился к изучению природы и во время прогулок по вересковым пустошам и холмам Уэльса учился распознавать виды растений с помощью дешевого карманного справочника. А в Лестере, где служил школьным учителем (все больше и больше убеждаясь в своей полной неспособности учить детей), Уоллес начал собирать насекомых по примеру нового приятеля, бывшего помощника торговца трикотажем Генри Уолтера Бейтса.
За две ночи Уоллес написал статью, в которой излагалась ни много ни мало теория эволюции путем естественного отбора.
Из школьных стен на Амазонку. Мнение, что каждый вид животных сразу был создан в окончательном виде, не способном к изменениям, тогда доминировало не только в религии, но и в науке. Однако в 1844 году вся просвещенная публика Англии, начиная с королевы Виктории, взахлеб читала дерзкий анонимный бестселлер «Естественноисторические основы сотворения мира». В книге была выдвинута гипотеза: существует закон развития живых существ, согласно которому один вид под действием каких-то непонятных обстоятельств превращается в другой. Процесс этот идет медленно, двигаясь от простых форм жизни к сложным, вплоть до человека. Бог все еще играет роль в мироздании, но, так сказать, более отдаленную – как первичный творец. В книге было множество интереснейших фактов, абсурдных версий, умных догадок и странных допущений. Более образованные и разборчивые читатели (включая Дарвина) понимали: с научной точки зрения книга, мягко говоря, неубедительна. Однако юные и впечатлительные Уоллес и Бейтс увидели в ней «оригинальную гипотезу» и немедленно решили проверить тезисы исследованиями, составив план поездки в джунгли Амазонки. Путешествия и открытия – это гораздо интереснее, чем задавать уроки или торговать трикотажем! Интересно, что на поиск приключений Уоллеса в числе прочего сподвиг «Дневник» Чарлза Дарвина – яркое описание путешествия на корабле «Бигль» почти без намеков на идею эволюции. У Уоллеса и Бейтса, в отличие от Дарвина, не было богатых отцов, готовых спонсировать их путешествия. Поэтому в поездке молодые люди, чтобы заработать на жизнь, собирали коллекции бабочек, жуков и птиц и отправляли их в Европу для продажи. Четыре года Уоллес изучал отдаленные территории в верховьях реки Рио-Уапес (Бейтс двигался отдельным маршрутом), вел наблюдения, собирал экспонаты, писал заметки и делал зарисовки. Но конец пути был трагичным. В августе 1852 года пароход «Хелен», на котором Уоллес возвращался из Бразилии домой в Англию, загорелся и пошел ко дну. Натуралист спасся в шлюпке, но его коллекция, состоявшая из тысяч образцов насекомых и сотен образцов птиц (многие из них еще не были открыты), погибла. Подобравший его корабль, ненадежная посудина под названием «Джордесон», попал в сильный шторм и чуть не затонул. «За то время, что я выбирался из Бразилии, я раз пятьдесят давал себе клятву: если доберусь до Англии, никогда больше не доверю свою судьбу океану», – писал Уоллес другу. Но прекрасные намерения были вскоре забыты. Не пробыв и нескольких дней на суше, Уоллес начал готовиться к следующему путешествию. На этот раз он собрался на восток, в мир островов Малайского архипелага. Гроза райских птиц. Прибыв в Сингапур в апреле 1854 года, следующие восемь лет Уоллес провел, плавая от острова к острову на всех видах водного транспорта – от почтовых пароходов и торговых шхун до выдолбленных из дерева каноэ. На берегу он, подобно аборигенам, жил в домике с соломенной крышей и даже выучил малайский. Уоллес бывал на Суматре, Яве, Бали, Ломбоке, Калимантане, Сулавеси, Джилоло, Тернате, Батьяне, Тиморе, Сераме, на небольшом скоплении островов Ару на восточной окраине архипелага и на полуострове Вогелкоп в Новой Гвинее. Он проплывал вблизи Комодо, так и не узнав о существовании тамошних драконов. И повсюду Уоллес пополнял свою коллекцию. Только с островов Ару он привез более 9000 экземпляров 1600 разных видов, и многие из них еще не были известны науке. Особенно «доставалось» от молодого натуралиста редким и красивым представителям фауны. Еще путешествуя по Амазонке, он поймал 12 экземпляров гвианского петушка (Rupicola rupicola) с впечатляющим ярко-красным оперением. И признался, что убил бы и 50 таких птиц, если бы они попадались чаще и не были такими осторожными. А на острове Вайгео его добычей стали 24 красные райские птицы (Paradisaea rubra). Конечно, Уоллес поступал так не в силу особой кровожадности. Ему нужны были экспонаты и для коммерческих, и для научных целей. И ему хотелось как можно полнее представить в коллекции каждый вид, чтобы видеть сходства и различия конкретных особей.
После двух десятилетий постоянных исследований и сомнений у Дарвина не было ничего опубликованного, и, издай Уоллес свой трактат первым, его старший коллега не смог бы доказать авторство.
Уоллес замечал, что не у всех бабочек Papilio androcles хвостики на крыльях белые и одинаковой длины, а большие райские птицы различаются размерами. Особи одного вида иногда так сильно отличаются друг от друга, что можно говорить о неравенстве их возможностей. И это был первый шаг к теории эволюции. Момент истины. Второй важный шаг Уоллес сделал на острове Калимантан (Борнео). Он пережидал сезон дождей в уединенном домике на реке Саравак в компании малайского повара, вспоминал свои наблюдения, прочитанные некогда книги и размышлял. Виды животных не статичны, существуют особи как бы промежуточные. Наблюдения подтверждали идею, когда-то почерпнутую из книги «Основы»: виды произошли один от другого путем какого-то естественного процесса наследования и трансформации. Но вот что вызывает эту трансформацию, Уоллес пока не понимал. Вскоре натуралист сформулировал то, что он назвал «законом происхождения видов»: «Начало существования каждого вида совпадает как в пространстве, так и по времени с жизнью близко с ним связанного прежде существовавшего вида». Написав на эту тему статью, он послал ее в Лондон. Статья эта была напечатана, но, вопреки надеждам автора, читателей, в том числе Дарвина, она мало заинтересовала. А некоторые натуралисты лишь пробормотали, что молодому Уоллесу следует прекратить теоретизировать и продолжить собирать факты. Уоллес не стал следовать снисходительному совету. В 1858 году на одном из островов недалеко от Тернате, страдая от приступа лихорадки, он вдруг связал свои предыдущие идеи с мыслями о том, что пища и места обитания ограничены, а большинство детенышей любого вида не выживает. Идея пришла мгновенным озарением. Выживают наиболее приспособленные. Природа, действуя вслепую, совершает отбор, подобный искусственному. А если условия среды меняются, выживают и дают потомство особи, более подходящие для новых условий. Если более успешные особи сильно отличны от архетипа – возникают новые виды. В страшном волнении и спешке, за две ночи, страдающий от лихорадки натуралист написал статью, в которой излагалась ни много ни мало теория эволюции (хотя и не под таким названием) путем естественного отбора (не в этой формулировке). Как писал Уоллес, «антилопа с более короткими или слабыми ногами в первую очередь пострадает от нападения хищных кошек». И погибнет, не оставив потомства. В результате у всех антилоп длинные ноги. 9 марта 1858 года с острова Тернате Алфред Уоллес отправил с идущим на запад голландским почтовым пароходом письмо, сыгравшее решающую роль в науке. В это письмо была вложена небольшая статья под названием «О стремлении разновидностей бесконечно удаляться от первоначального типа». Адресатом послания был Чарлз Дарвин, известный натуралист с несколько консервативной репутацией, которого Уоллес тогда знал как доброго, но немного замкнутого друга по переписке. Конфликт амбиций и чести. В письме Уоллес сообщал: он надеется, что его идея будет так же нова для Дарвина, как она была нова для него самого. Это было не так. Дарвин был знаком с этой идеей уже 20 лет, потому что это была его собственная идея. Письмо Уоллеса изумило Чарлза: как двум разным людям одновременно могут приходить в голову одни мысли, совпадающие даже в некоторых формулировках? И в то же время заставило ученого заволноваться. Ведь после двух десятилетий постоянных исследований, уточнения доказательств, перескакивания на другие проекты и долгих сомнений у Дарвина не было ничего опубликованного, и, издай Уоллес свой трактат первым, его старший коллега не смог бы доказать авторство. Дарвин оказался в затруднительном положении. Он хотел в спешке закончить работу – но при этом боялся поступить подло. Выход помогли найти два друга Дарвина, влиятельные ученые. В результате вечером 1 июля 1858 года в зале заседаний Линнеевского общества в Лондоне было объявлено о научном открытии Дарвина–Уоллеса. Статья Уоллеса и неопубликованные материалы, представленные Дарвином, были зачитаны как совместный доклад. Второй из «докладчиков» в тот вечер застрял на берегу Новой Гвинеи, атакуемый непрерывными дождями, голодом и лихорадкой, и предупредить его о мероприятии возможности не было. Но Уоллес был доволен и польщен, когда услышал о произошедшем. В ноябре следующего 1859 года Уоллес все еще оставался на Малайском архипелаге, продолжая охотиться за новыми видами бабочек, а Чарлз Дарвин тем временем опубликовал книгу «О происхождении видов», спешно законченную под влиянием статьи Уоллеса. В знак признательности Дарвин послал Уоллесу с почтовым пароходом экземпляр, который тот прочитал пять или шесть раз, все больше и больше восхищаясь блеском, с которым Дарвин представил материал. «Это основа естественной истории, – писал он старому другу, – Дарвин дал миру новую науку, и его имя, по моему мнению, должно стоять над именем любого философа древности или современности. Моему восхищению нет предела!» Уоллес, человек великодушный и щедрый, не завидовал Дарвину и вовсе не претендовал на его лавры. Спиритизм и жизнь на Марсе. Но свое имя Уоллес обессмертил не историей с естественным отбором. Он родоначальник науки о распространении и распределении по земному шару животных, растений, микроорганизмов и их совокупностей, которую сегодня мы называем биогеографией. Уоллес обнаружил: если провести воображаемую линию между соседними малайскими островами Калимантаном и Сулавеси и продолжить ее южнее между Бали и Ломбоком, то к западу от этой линии вы найдете приматов, хищников и другие типично азиатские виды; к востоку же водятся какаду и сумчатые. Условия этих соседних районов схожи – однако фауны совершенно разные. Уоллес верно объяснил наличие азиатской фауны тем, что Бали и Калимантан в прошлом были частью азиатского материка. Через несколько лет блестящий морфолог и дарвинист Томас Генри Гексли назвал эту невидимую границу линией Уоллеса. Она, разделяющая «природные царства» Азии и Австралии, стала фундаментом современной биогеографии. Уоллес вернулся в Англию в 1862 году, к этому времени книга «О происхождении видов» была издана уже в третий раз, и Чарлз Дарвин твердо стоял на пути к всемирной славе и всемирной хуле. Дарвин приветствовал Уоллеса как уважаемого коллегу и, не успел тот сойти с корабля, пригласил к себе домой. Но дальнейшая жизнь Уоллеса сложилась нелегко. Пару раз он пытался устроиться на выгодные должности (в администрации музея и лесничестве), не получил ни одной и вынужден был постоянно думать о заработке. В 1880 году, когда Уоллес испытывал финансовые трудности, Дарвин много хлопотал, чтобы выбить ему специальную государственную пенсию. Интересы Уоллеса были разнообразны. Он поддерживал социалистов и суфражисток, писал об отсутствии жизни на Марсе, пропагандировал спиритизм, не одобрял вакцинаций от оспы... Современников и потомков он поражал тем, что был способен и на гениальные научные озарения, и на фанатичные опрометчивые домыслы. А вот личные качества Уоллеса, пожалуй, лучше всего характеризует тот факт, что именно он изобрел термин «дарвинизм». Так он назвал свой трактат о естественном отборе, полностью опубликовав его в 1889 году.