Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Фотоконкурс «Дикая природа России»
Жизнь планеты

Вековыми тропами: сезонный перегон скота как древняя культурная традиция

Текст: Алексис Мари Адамс; Фото: Джузеппе Нуччи
13 января 2021
STOCK_MM9223_S7A9270.jpg
Стадо семьи Колантуоно кочует между летними и зимними пастбищами, следуя древней традиции скотоводов: она жива и сегодня во всех уголках земного шара. В прошлом году ЮНЕСКО признала большую культурную ценность отгонного животноводства.
В Апулии – как и в других уголках земного шара, где есть стада и пастухи, – и в наши дни жива древняя традиция перегона скота.
National Geographic Россия №205, декабрь-январь

National Geographic Россия №205, декабрь-январь

Читать этот номер

Нунцио Марчелли сгоняет свою отару из 1300 овец и отправляется в путь. За три дня преодолевая около пяти десятков километров, шестидесятипятилетний Марчелли в компании других пастухов и нескольких туристов ведет животных на альпийский луг, оставляя ферму близ средневекового городка Анверса-дельи-Абруцци на склоне Апеннинских гор далеко внизу.

Путь от фермы до летнего пастбища пролегает вдоль траттури – так итальянцы называют тропы, протоптанные за всю историю таких миграций, а зародились они более
2300 лет назад. Процокав копытами по булыжным мостовым Анверсы, овцы вслед за пастухами карабкаются вверх по склонам. Их непростой путь – нескончаемая череда подъемов и спусков – лежит через моря полевых цветов, сосновые леса и обветшалые каменные селения. Забредут они и в призрачную деревушку Кастровальва с населением всего двенадцать человек – она цепляется за отвесный известняковый утес, устремившийся к самому небу. На третий день после полудня они взбираются на плоскогорье высотой 2000 метров, над которым возвышается пик Монте-Греко, увенчанный снегами.

STOCK_MM9223_S7A8021.jpg
Стадо из трех сотен коров входит в Кастропиньяно в последний день путешествия семьи Колантуоно.

Хотя до Рима каких-нибудь полторы сотни километров, здесь будто попадаешь в затерянный мир. Пышным ковром стелются сотни разных трав и полевых цветов. В зарослях душицы и чабреца копошатся шмели. В ослепительно лазурном небе парят беркуты и соколы. Мобильники спят беспробудным сном. Здесь хочется остаться на веки вечные.

Но Марчелли ждут дела на его ферме, где, помимо всего прочего, он сдает комнаты любителям агротуризма. А посему после трапезы –
традиционных местных яств вроде непревзойденного рагу из баранины или панкотто, супа из хлеба и овощей, – все снова возвращаются в Анверсу на микроавтобусе.

Ну, то есть почти все: во-первых, овцам предстоит остаться здесь – на общественной земле, которую Марчелли арендует у коммуны Сканно неподалеку от границы национального парка Абруццо, Лацио и Молизе. Все лето и начало осени они будут пастись на лугах с сочной травой. Во-вторых, с ними остается и часть пастухов и сторожевые псы, чтобы следить за стадом и охранять его от хищников.

С приходом ноября Марчелли с другой частью пастухов пускаются в обратный путь, чтобы привести овец домой. Миграция, совершающаяся дважды в год,  – сезонное кочевье людей и домашнего скота между летними и зимними пастбищами – насчитывает не одну тысячу лет и сегодня существует на каждом обитаемом континенте.

Отгонное скотоводство включено ЮНЕСКО в список нематериального культурного наследия человечества наряду с византийскими песнопениями, ямайской музыкой регги и аргентинским танго.

91.jpg

Овцы и козы были первыми животными, которые стали жить бок о бок с человеком около десяти тысяч лет назад. Едва ли не с тех времен до нас дошли свидетельства об этой практике – сезонном выпасе скота. Хулайланская долина центральной части горной системы Загрос в Иране была заселена пастухами-перегонщиками около 7050 года до нашей эры (как показал радиоуглеродный анализ при раскопках 1963-го). В ходе других раскопок, в долине реки Од на юге Франции, были обнаружены свидетельства передвижения коз и овец с середины пятого тысячелетия до нашей эры.

Сезонный перегон совершается между верхними и нижними высотами – а также между верхними и нижними широтами – и применяется ко всем видам домашнего скота. В высокогорье региона Тиграй в Эфиопии пастухи перегоняют как крупный, так и мелкий рогатый скот. В Бутане и Непале кочуют яки, азиатские буйволы, быки и коровы. Перегоном свиней издавна занимаются боснийские пастухи.

На юге Греции, где мы с моими домочадцами бываем наездами с середины семидесятых годов теперь уже прошлого века, переселение людей и животных, которое совершается дважды в год, прочно укоренилось в местном укладе жизни – настолько прочно, что до самого конца девяностых процессию непременно сопровождали священник и школьный учитель.

STOCK_MM9223_S7A7375.jpg

Но сегодня все меняется буквально на наших глазах. Не так давно мы с друзьями отправились в путь по одной из местных троп, ведущей из приморского селения Кипарисси к уединенной летней стоянке пастухов в горах. После четырехчасового восхождения по крутым склонам наконец добираемся до Бабалы. Из века в век деревня служила летним пристанищем десяткам пастушьих семей из Кипарисси. Сегодня сюда постоянно наведывается лишь одна семья.

Нас же в Бабалу привел слух о том, что здесь умеют делать тулумотири – сыр, вызревающий в очищенной и хорошенько просоленной козьей шкуре.

Я разыскивала настоящий тулумотири два года (в наши дни у большинства сыроваров он зреет в бочках) – и в конце концов нашла его здесь, в Бабале, на ферме Димитриса и Янулы Хиотис.

Димитрис рассказал нам о голубой плесени, образующейся между сыром и шкурой: ее следует усердно втирать в сыр. Выудив кусок, Янула положила его на общую тарелку. Разобрав ломти подрумяненного на огне хлеба, мы принялись за трапезу. Сыр оказался упоительно острым и пикантным – это был вкус тулумотири моего детства, вкус свободной кочевой жизни.

STOCK_MM9223_S7A0146.jpg
Старинные коровьи колокольчики висят на перекладине в городке Сан-Марко-ин-Ламис. Дважды в год настает день, когда стадо отправляется в путь. По традиции, уходящей корнями в эпоху неолита, семейство Колантуоно перегоняет своих коров из Апулии на летние пастбища в Молизе: за четыре дня они преодолевают 180 километров. Колокольчики помогают пастухам отыскивать заблудший скот и символизируют приверженность семьи древней традиции скотоводов.

Во многих уголках земного шара традиции сыроварения и отгонного скотоводства неотделимы друг от друга. В Непале из молока яка пастухи делают традиционный сыр чхурпи, сливочное масло и топленое масло гхи. На западе Македонии сыр кашкавал производят только летом и только когда овцы пасутся на высотах 1000 и 1500 метров. Испанский Идиасабаль, некогда изготовлявшийся пастухами из Страны Басков и Наварры, приобретал свой характерный вкус «с дымком», когда вызревал возле костра в каменных хижинах.

Сыроварам, изготавливающим все эти сорта, крайне важен доступ животных к естественным пастбищам: разнообразная растительность придает тот самый особый вкус молоку, а оно, в свою очередь, влияет на вкусовую палитру сыров. В Альпах такое молоко называют heumilch, что по-немецки означает «молоко из сена» – именно ему обязаны своим особым вкусом альпийские сыры: сура кис, граукезе и Альпенкениг.

В 120 километрах к юго-востоку от Марчелли живет сыровар и владелица молочной фермы в четвертом поколении Кармелина Колантуоно. Она тоже занимается отгонным скотоводством, но верхом на лошади. Кармелина перегоняет принадлежащее ее семье стадо из трех сотен коров (по большей части породы подолика) на зимние пастбища и обратно – на расстояние 180 километров. Ее отмеченный наградами сыр качокавалло, благоухающий полевыми травами Апулии и Молизе, подается в ресторанах от Рима до Манхэттена.

STOCK_MM9223_S7A9768.jpg
1 мая в селении Кокулло в Абруццо проходит феста деи серпари. Женщины в традиционных местных костюмах несут корзины, наполненные хлебом. Тем временем серпари, заклинательницы змей, готовятся обвить змеиными кольцами статую святого Доминика Сорианского. Знаменитый фестиваль вырос из традиции сезонного перегона скота и напоминает о змеях, подстерегавших путников на горных тропах.

В какой бы точке планеты ни практиковалось отгонное скотоводство, оно оказало влияние на формирование местного ландшафта. Тысячелетиями возле скотопрогонных троп строились святилища, храмы, таверны и даже целые деревни. В Молизе, вдоль одной из главных троп Италии, вырос древний город Сепинум. Одни из городских ворот сохранили надпись 168 года нашей эры, запрещающую горожанам причинять вред проходящим по траттуро пастухам.

В Греции сезонный перегон был единственным средством связи между изолированными сообществами горных и прибрежных областей. Тропы связывали людей торговыми и даже семейными отношениями. В Воскине, пастушьем селении к северу от Бабалы, одна знакомая из сыроваров поведала мне свою историю: без малого шесть десятков лет назад ее выдали замуж за юношу из приморской деревни, до которой от родительского дома можно было дойти пешком за один день. Брак устроил ее отец, который бродил по скотопрогонным тропам в поисках подходящего жениха для дочери. По словам пожилой синьоры, в те времена это было совершенно обычным делом.

Если говорить о культурной составляющей, то именно отгонному животноводству мы обязаны появлением йодля (пение без слов) и альпийского рога (деревянный духовой инструмент), множества народных песен, стихов, гуляний и празднеств, возникавших там, где ступала нога пастуха. В Мадриде во время ежегодного праздника перегона скота в октябре через испанскую столицу прогоняют около двух тысяч овец. Когда пастухи и животные добираются до центра города, все собираются на элегантной, с неоклассическими скульптурами и фонтанами, площади Сибелес. Там пастухи вручают мэру, который ведет торжество, полсотни мараведис аль мильяр – плату за тысячу (мильяр) голов овец, установленную в 1418 году.

Большое влияние оказывает сезонный выпас и на природу. Как показали исследования, проведенные от Испании и Тироля до северных пастбищ Норвегии, скотопрогонные тропы служат миграционными коридорами для диких зверей, а также естественной средой обитания для животных и растений.

Благодаря отгонному животноводству появился йодль и альпийский рог, а также бесчисленные народные песни, стихи и праздники.

…Как вспоминает Марчелли, в детстве ему твердили: «Не будешь учиться – пойдешь овец пасти». А Нунцио эта идея пришлась по душе. Неучем он, правда, не остался и, штудируя экономику и коммерцию в Римском университете Сапиенца, защитил диссертацию по использованию экологически рациональных методов овцеводства для стимулирования экономики сельской местности Абруццо.

В 1977 году, за три года до защиты диссертации, Марчелли вернулся домой и начал разводить овец. С ним приехала его жена Мануэла Коцци, и вместе они основали ферму Ла-Порта-деи-Парки. Сегодня Марчелли и Коцци управляют ею вместе с тридцатичетырехлетней дочерью Виолой и сыном Якопо (ему тридцать два). В душе Виолы горит тот же огонь, что когда-то зажег сердца ее родителей. Она изучала живопись и предметный дизайн во Флоренции, а теперь стала главным сыроваром и шеф-поваром ресторана для любителей агротуризма на ферме, возглавляя при этом овцеводческий кооператив региона.

STOCK_MM9223_S7A7834.jpg
На третий день путешествия семьи Колантуоно пастухи развели костер на стоянке в городке Рипалимосани, чтобы обсохнуть после грозы. Их путь лежит по одной из пяти скотопрогонных троп, сохранившихся в этом регионе.

«Раньше в Абруццо были миллионы овец, – рассказывает Виола. – А теперь их, может, от силы тысяч двести. Мы разводим овец, потому что надеемся вдохновить на это и других людей. Занимаемся сезонным выпасом, потому что это полезно для здоровья животных и для нашего края. Это элемент культуры гор, и мы не хотим, чтобы эта культура погибла».

К сожалению, сегодня традиция сезонного выпаса сталкивается с множеством угроз, от изменения климата, который может повлиять на растительность пастбищ, до демографических перемен и преобразований в политике землепользования. Да и вся наша жизнь не стоит на месте. Со временем некоторые скотопрогонные тропы превратились в автомагистрали. Другие пересеклись с шоссе или железнодорожными путями. Пастбища уступают место пахотным угодьям. Молодежь уезжает из деревень или попросту не желает продолжать семейные традиции. Хотя в Италии тропы-траттури являются общественной собственностью, Колантуоно, например, каждый год должна непременно получать разрешение, чтобы пересекать шоссе или проходить по городам и деревням, перегоняя свое стадо в Апулию и обратно. Марчелли опасается не только диких хищников, которые нападают на скот, но и людей – политиков, чьи решения, по его словам, идут вразрез с интересами обычных фермеров.

Виола Марчелли рада была попасть под крыло ЮНЕСКО. Она надеется, что благодаря этому отгонное животноводство, да и фермерство в целом станет более жизнеспособным, к радости ее семьи и других мелких аграриев.

«Мы знаем, что быть фермером – очень тяжелый труд, – говорит Виола, но прибавляет, что преодоление препятствий того стоит: – Овцы, пастбища, молоко, сыр, который мы делаем, перегон скота – это элементы той жизни, которой Абруццо и вся Италия живут уже многие тысячи лет. Это кровь нашей земли. Душа нашего народа». 

Путешественникам на заметку: сезонный перегон скота

Что нужно знать

Сегодня отгонное животноводство – это не просто сельскохозяйственная практика, но и общественное движение. Существуют специальные организации – как, например, Le Vie dei Tratturi, – которые отстаивают права пастухов и добиваются охраны скотопрогонных коридоров, снабжают туристов информацией о событиях, музеях и выставках, а в некоторых случаях и картами маршрутов и пастушьих троп. Пешие походы в сопровождении проводников, поездки на горных велосипедах и прогулки верхом на лошадях помогают туристам разобраться в тонкостях отгонного животноводства и окунуться в его богатую историю. Большинство экскурсионных туров стартуют весной и осенью, когда гости могут попробовать себя в роли пастухов. Однако не на все скотопрогонные тропы разрешен доступ, поэтому перед прогулкой лучше заранее проверить информацию.

Фестивали

Фестивали, связанные с перегоном скота, совершаются круглый год, будь то празднества в честь благополучного возвращения стада или мероприятия в поддержку прав пастухов. Зачастую их сопровождает традиционная народная музыка, застолья, танцы, костюмированные процессии, представления и даже шествие скота, когда сотни, а порой и тысячи животных торжественно проходят по улицам.

Юг Италии, Карнавал в Трикарико

Каждый год 17 января, в день покровителя животных Антония Великого (которого католики именуют аббатом Антонием), в городке Трика-рико в области Базиликата проходит представление в честь сезонного перегона скота.

Мадрид, Испания, Фиеста де ла Трасумансия

Хором из тысяч блеющих овец можно насладиться во время празднества, которое проходит каждую осень. Этот фестиваль зародился сравнительно недавно, в 1994 году, как акция в поддержку прав испанских пастухов на использование древних скотопрогонных троп.

Петалума, Калифорния, Фестиваль перегона скота

«Прославление пастбищной культуры» (в этом году прошло 16 мая) обычно сопровождается лекциями и выставками о традициях питания коренных народов, выпасе скота, экологии пожаров и этике землепользования.

Бойсе, Айдахо, Джайалди

Баскские пастухи, не устоявшие перед калифорнийской золотой лихорадкой, способствовали распространению скотопрогонных троп и традиций на западе США. Сегодня большинство американских басков проживает в штате Айдахо. Раз в пять лет в столице штата проходит один из крупнейших баскских фестивалей мира (на эускаре, языке басков, джайалди, или хайальди, означает «праздник»). Во время шестидневного торжества, которое в этом году прошло в середине лета, бал правят паэлья и чоризо.

рекомендации
Космический корабль, ракета

Приблизиться к космосу: двухдневный маршрут по Калуге и Боровску

Звезда

Путь пастуха: чабаны из Тушетии

Информация

Стоунхендж и каменные лабиринты России и Скандинавии

Карта, Россия

5 захватывающих туров по России от Камчатки до Кавказа

None