Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №193, октябрь 2019
Журнал №71, сентябрь–октябрь 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Жизнь планеты

Жизнь в Кусуре – самом далеком селе Дагестана

Текст и фото: Владимир Севриновский
17 апреля 2019
DSC_4742_NG.jpg
Два столба, железная перекладина – вот вам и футбольные ворота, и турник для детворы. В Кусуре есть школа, учебный класс – комнатка размером немногим больше телефонной будки. И все же это место жизненно важно: школа для кавказских поселков – то же, что ТЭЦ для северных. Когда ее закрывают, семьи с детьми уезжают, и селение постепенно умирает.
/upload/iblock/2b5/2b5742f6b2c5e3441aac2c7cbf9b3710.jpg
Осенью большинство животных или режут, или перегоняют на равнину. Но для оставшихся надо заготовить сено на всю долгую зиму. Жнут по старинке – серпом.
Добро пожаловать в Кусур – самое труднодоступное селение в Дагестане. Цивилизация сюда, можно сказать, и не заглядывала: пчел тут держат в бортях, жнут серпом, а чтобы поговорить по мобильному телефону, его нужно повесить на стену в строго определенном месте.

Прошлым летом на юге Дагестана прошел дождь – может, чуть более сильный, чем обычно. Что делали люди в городах? Привычно раскрывали зонты и спешили дальше по своим делам. В горных районах этот же самый дождь стал катастрофой.

Реки вздулись и сразу в четырех местах разрушили единственную дорогу, связывавшую запад Рутульского района с равниной.

Вода срывала с места огромные бульдозеры, волны несли автомобили, словно спичечные коробки, выбрасывали их на мелководье. Движение по трассе восстанавливали два дня, но все же восстановили. Кусур же, как обычно, оказался единственным местом, на многие дни совершенно отрезанным от цивилизации. Впрочем, нельзя сказать, что и до этого селение было надежно связано с внешним миром. 

/upload/iblock/989/989cdf1fac51ccd0fd597ebc826e14ef.jpg
Ночной Кусур. За холмами лежат исток реки Самур и перевал Халахуркац. Перевал ведет в Тляратинский район, населенный преимущественно аварцами – представителями того же народа, что и жители Кусура. Ниже по реке аварских селений больше нет.

Чтобы добраться сюда, сначала нужно долго ехать из Махачкалы – около семи часов, оставляя позади земли кумыков, азербайджанцев, лезгин, рутульцев и, наконец, цахуров. За цахурским селением Мухах дорога заканчивается – дальше идет лишь опасная тропинка. Километров через 15 она приводит в Кусур.

Прошлым летом река Самур в очередной раз поднялась на пару метров – ну и поглотила кусок той самой тропинки. А чтобы обойти затопленный участок пути – крохотный, не больше полусотни метров, – нужно несколько часов карабкаться по крутым склонам. Для жителей самого труднодоступного населенного пункта Дагестана, да и, пожалуй, всего Северного Кавказа это совершенно обычная история.

/upload/iblock/568/5680e45aa4bc5fcc15d640d1b9c9d81f.jpg
Дети проводят время на улице с утра до вечера. Интернета нет и не предвидится, но они и без него находят развлечения.

Живут здесь аварцы. Самый многочисленный народ в многонациональной республике, в Кусуре они, можно сказать, в изоляции – до ближайшего аварского селения нужно идти пару дней через горы. Как и все кавказцы, люди тут гостеприимные. Первый же встречный, у кого есть свободная комната, жестом приглашает путника войти, сажает за один стол с семьей, поит горячим чаем (пьют его из блюдец). Именно так я и попал в гости к Шахмату, мужчине средних лет: прожил несколько дней в его сельском доме. «Угощайся бараниной, ее у нас сколько хочешь», – сразу же радушно предложил мне хозяин. Недостатка в баранине в Кусуре и вправду нет: местные жители – отличные овцеводы. Зарезанная скотина используется почти целиком: голова – изысканное лакомство, костями дети играют в бабки, шкуру же вывешивают сушиться, а потом зашивают в нее сыр: живущие на бараньей шерсти бактерии придают ему особый вкус.

/upload/iblock/1ca/1ca9e897b326bb199f83278cdd423d3a.jpg
На празднике Курбан-байрам мальчик забавляется с рогами жертвенных животных. Таранные кости надкопытного сустава используют для игры в бабки – так когда-то развлекались дети в Древнем Риме (да и в дореволюционной России игра была популярна).

На противоположном склоне долины реки Самур зигзагами уходит вверх тропа. «Столетиями мы скотину по ней гнали – на зимние пастбища и на продажу в азербайджанский город Загатала», – объясняет мне Шахмат, пока мы неторопливо прогуливаемся по его родному Кусуру. «Если в Загаталу ехать на лошади, легко доберешься за четыре часа», – говорит он. Но после распада СССР границу здесь перекрыли, ближайший КПП далеко, у моря, овец туда гнать нереально, и Кусур стал медленно приходить в упадок. Летом в селении живут в семи-восьми домах, а зимой жилыми остаются и вовсе только шесть: мало кому хочется добираться за продуктами в ближайший магазин (больше 20 километров пути, в село Джиных) на лыжах по замерзшей горной реке. Скоро, вероятно, селение окончательно опустеет, пополнив длинный список живописных аулов-призраков, которые так любят фотографы. А пока труднодоступность Кусура превратила его в уникальный музей горных традиций, в других местах уже почти утраченных.

/upload/iblock/708/7089a1cb7b0b6787cdf991059d14fa7f.jpg
Вечером скот перегоняют поближе к селению. Стадо остается в загоне у реки, а вот молодые и больные животные ночуют в более комфортных условиях – в хлеву.

 

У половины домов в селе крыши плоские, как на старых дагестанских фотографиях. На чердаках сушатся мясо, колбаса. Пчел держат в бортях – выдолбленных древесных стволах. Траву жнут серпами, потом женщины тащат домой на спине стога – размером вдвое больше них самих.

 

/upload/iblock/ce8/ce86efbeaed0d4ea0c907e29544c4bc0.jpg
Сушеное мясо – традиционный кавказский продукт: так заготавливают впрок говядину и баранину. Обычно скот режут в ноябре, чтобы не кормить зимой. Запасов хватает до следующего лета. Осенью, в период забоя скота, даже наружные стены домов увешаны тушами, и можно видеть, как разноцветные птички с радостным щебетом отщипывают кусочки мяса.

Из достижений цивилизации в Кусуре есть таксофон в здании местной школы. Правда, карточек для аппарата в селении нет, зато принимает звонки он исправно. Все происходит так: первый, кто оказался поблизости, берет трубку, а потом ищет того, кому позвонили. Сложнее тут самому выйти на связь с внешним миром.

Чтобы поймать сигнал и воспользоваться мобильным телефоном, нужно отправиться к дому, который стоит на возвышении, а одна из его стен смотрит в сторону вышки мобильного оператора. Здесь телефон закрепляют на самодельной металлической пластинке с крючками, в том месте, где вероятность поймать связь выше всего. Набирать номер и разговаривать нужно осторожно – и не снимая мобильник с крепления. Днем на скамейках возле пластины обычно собирается целая очередь.

/upload/iblock/abb/abbc3bf2dcf7c47610d57b493b6cbf45.jpg
Девушки собрались у «магической» пластины, одна из них повесила телефон на крючок и ждет, пока устройство поймает заветный сигнал.
DSC_4607_NG.jpg
Дети смотрят, как отец рубит щепки для растопки самовара. Чай из самовара считается в Дагестане особенно вкусным.
DSC_4647_NG.jpg
В Дагестане выпекают десятки разновидностей хлеба – в соответствии с традициями разных народов. Пожалуй, самая популярная печь – тандыр. В нем можно разом испечь лепешки для всех гостей, которые придут на Курбан-байрам.

В такой своеобразной и непростой жизни находится место и праздникам. Самый яркий – Курбан-байрам, в честь жертвоприношения Ибрахима – библейского Авраама. Два дня кусурцы режут овец, туши висят рядами на стенах домов. Мужчины разделывают мясо, а женщины пекут хлеб в глиняных тандырах.

Жители в эти дни ходят друг к другу в гости: сначала стол накрывает одна семья, а на следующий день уже ее угощают соседи. Вечерами, закончив с трапезами, длинная процессия селян шествует на кладбище. Все несут садаку – милостыню (вареную халву, хлеб, конфеты), этими лакомствами жители угощают друг друга. Потом и взрослые, и дети идут играть в футбол на большую поляну на окраине селения.

 

/upload/iblock/d5f/d5fae79cfe22305a391778607f420f15.jpg
В праздник Курбан-байрам местные жители идут на кладбище с садакой – добровольными пожертвованиями, которые сельчане распределяют между собой.

Свадьбы в ауле по понятным причинам случаются редко. Одна из них состоялась прошлым летом, еще до наводнения, перекрывшего путь в Кусур. Весь день в селе играли на зурне, били в барабаны, а потом молодожены собрались и уехали в село Бабаюрт – на север Дагестана. Туда, в равнинные районы, уже переселилось большинство кусурцев.

Шахмат с приходом холодов тоже уедет из Кусура на равнину – в свой новый дом в селе Кочубей. «Сделай, пожалуйста, фото Кусура – я повешу его на стене, хоть так буду видеть родину, оставшуюся далеко от меня», – просит он. Я делаю несколько снимков. Чтобы спасти селение, нужна надежная дорога, но ее не предвидится: только дети после дождя строят через ручейки переправы.

Через две недели после наводнения в селение смогли прийти первые гости с Большой земли. Женщина в хиджабе и темных очках вела навьюченного коня, рядом шел мужчина с ребенком на руках. Тонкая нить, связывавшая селение с цивилизацией, восстановлена. Но лишь до следующего ливня.