Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №191, август 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Наука

Ах, Аполлон – бабочка с божественным именем

Андриан Колотилин
27 января 2012
/upload/iblock/689/6898b18517284827199bf8c9fad384f1.jpg
Писатель Владимир Набоков в записках «Бабочки Европы» собрал сведения об аполлоне: «Одна из наиболее распространенных бабочек <…> от испанских гор <…> до равнин и гор Северной и Центральной Азии».
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
/upload/iblock/fac/faca9fddaf93a30b710aa6e5b6f4c85f.jpg
Энтомолог Марианна Фред и ее коллеги установили, что количество гусениц зависит не столько от обилия корма, сколько от обилия цветов-нектароносов в то лето, когда бабочки откладывали яйца.
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
/upload/iblock/8b9/8b9a9309e3403af629ca92727c5e9252.jpg
В отличие от других насекомых бабочки видят красный цвет. По красным пятнам они различают друг друга, пятнами же отпугивают хищников.
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
/upload/iblock/9e5/9e50fac88777c91a5c4c6856c642a869.jpg
Бабочки начинают просыпаться. Скоро они согреются и улетят, а на память останутся нереально красивые картинки – материализованный сон начинающего натуралиста.
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
/upload/iblock/898/8986e3fd725a9f5fef45fe35dc0a5418.jpg
Аполлон встречается все реже: для его существования необходимы несколько определенных растений. На очитке растут гусеницы, а от наличия нектароносов зависит способность самок к спариванию.
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
/upload/iblock/754/754238dd0e87380167d56b14bdbd8aca.jpg
Фото: Андриан Колотилин/Geophoto
Иногда вовремя прочитанная книга может изменить жизнь. Это как перевод стрелок на железной дороге. Дремлешь себе, покачиваясь на стыках, и вдруг легкий толчок, ты еще ничего не заметил, но возврата уже нет: судьба плавно изменила траекторию. Много лет назад я открыл старинную, 1913 года издания, переводную книгу – «Атлас бабочек и гусениц Европы и отчасти Русско-Азиатских владений» немецкого натуралиста Курта фон Ламперта.
Теперь таких не печатают: кожаный переплет и фантастически красивые иллюстрации, на которых изображены тысячи бабочек. И моя жизнь стала другой: поиск ранее неизвестных мне видов, а неизвестно было практически все, превратился в увлечение. Даже во сне ко мне прилетали бабочки и иногда самый большой и красивый в Европейской России парусник аполлон (Parnassius apollo). Еще школьником я исследовал все отмеченные в специальной литературе места Подмосковья, но не знал, что опоздал на десяток лет. Здесь этот редкий красавец исчез, и последняя единичная встреча была отмечена в 1974 году.

Прошло тридцать лет. Мой друг, ученый Илья Осипов организовал небольшую экспедицию в те места Центральной России где, по словам биологов, аполлон еще сохранился. Малонаселенные районы Владимирской области славятся своей относительно нетронутой природой. Здесь много малых рек, сосняки на песке чередуются с зарастающими вырубками, заброшенными полями и старыми гарями. Солнечные опушки сосняков покрыты очитком. С мясистыми и питательными листьями заячьей капусты, как зовут в народе это растение, связана вся жизнь аполлона. Жизнь, по-своему очень интересная.

Бабочка эта довольно большая – почти десять сантиметров в размахе крыльев. Видно ее издалека, и даже начинающий собиратель насекомых может отличить аполлона от банальной белянки – капустницы по странному, как кажется, не очень уверенному полету. Создается впечатление, что порхает он не слишком охотно, разве что в жаркий полдень может пролететь несколько сот метров. Впрочем, настырные ученые выяснили, что самцы аполлона в поисках пищи и партнерш способны преодолевать до 1800 метров за день. Финский энтомолог Марианна Фред из Академического университета Обо очень удивилась, узнав о том, что пишут популярные издания. «Это абсолютно противоречит данным наших наблюдений, – говорит она. – За считанные дни аполлон способен преодолеть до пяти километров». Больше времени в воздухе проводят самцы – и потому в сачки коллекционеров они попадают вдвое чаще, чем самки.
В горах аполлон более обычен. В каждом ущелье развивается изолированная популяция, появляются новые вариации, и сегодня их насчитывается не менее шестисот.
Этой бабочкой восхищались многие, в том числе Генри Роуленд-Браун, известный английский журналист и энтомолог-любитель. «Полет аполлона – поэзия движения, и полупрозрачные крылья, крупно отмеченные черными и ярко-розовыми в черных обводах крапинками… увиденные хоть раз, не забудутся никогда», – писал он в эссе «Охота на бабочек в Альпах», увидевшем свет в 1902 году в весьма уважаемом в научном мире журнале. А французский энтомолог Жан Анри Фабр в знаменитой «Жизни насекомых» назвал аполлона «изящным обитателем альпийских уединений, на кромке вечных снегов». В горах эта бабочка действительно более обычна. В каждом ущелье развивается изолированная популяция, появляются новые вариации, чуть отличающиеся от соседних.

В 2010 году их насчитывалось не менее шестисот. И потому бабочка очень ценится коллекционерами: одни хотят собрать все известные разновидности, другие мечтают открыть новые. Конечно, ловля эта незаконна, поскольку запрещается природоохранным законодательством почти везде (в 1996 году аполлон был даже внесен Международным союзом охраны природы в список видов, которым грозит полное уничтожение). И дело, понятно, далеко не только в коллекционерах: если облюбованная бабочкой поляна или опушка выкашивается, распахивается либо выгорает во время весеннего пала, аполлон, скорее всего, больше туда не вернется…

Если опасность не велика, потревоженная бабочка не спешит улететь: напоказ выставляет свои большие красные пятна и громко «шипит», потирая ножками о крыло. Пугает или заявляет о своей несъедобности птицам. Вечером она отправляется спать в траву, и утром ее можно найти на том же месте. Но на нашей поляне все спокойно: десятки особей неспешно перепархивают с цветка на цветок и, конечно, создают семейные пары. После спаривания у самки образуется подобие пояса верности, который ученые называют сфрагис (по-латыни «печать», «пломба») и который не позволяет другим самцам овладеть этой самкой еще раз. Она же разбрасывает свои яички куда попало, нисколько не заботясь о том, чтобы они оказались на растении, которое следующей весной будет кормить маленькую гусеницу. А привередливая малышка питается только заячьей капустой.

Гусеница аполлона вылупляется из яйца весной и начинает усиленно есть. Питается она в солнечную погоду и окрашена в черный цвет. Это помогает поддерживать нужную температуру тела даже во время весенних похолоданий или в горах. Я долго искал гусениц; осторожно, чтобы случайно не раздавить, сантиметр за сантиметром осматривал кормовые листья, и через пару часов увидел несколько личинок последнего перед окукливанием возраста.

Чудесен процесс превращения гусеницы в бабочку. «Толстый черный червяк» вдруг начинает куда-то спешить. Он ищет место для окукливания. Ничего не ест, как будто бы уменьшается в размерах, и на следующий день под высохшей шкуркой уже оказывается куколка, покрытая матовым восковым налетом. Все органы (кроме нервной, половой и отчасти кровеносной систем) растворяются, превращаются в подобие живого бульона, буквально опять обращаются содержимым яйца, и потом «пересобираются» в совсем иной организм.

Обычно утром из куколки выходит бабочка, вернее нечто, похожее на бабочку с маленькими крылышками. Она быстро взбирается на травинку и опускает туловище вниз. Теперь ей нужны покой и свет. В мягкие маленькие зачатки крыльев под давлением закачивается жидкость-гемолимфа, и крылья на глазах расправляются, а через несколько часов твердеют на солнце. ...Я возвращаюсь на поляну. Мой старый знакомец аполлон, как и положено представителю этого вида, никуда не улетел с облюбованного места: он устраивается на ночлег недалеко от палатки. Нам же надо уезжать из страны солнечных бабочек и очень хочется верить, что и через десяток лет я смогу в природе показать своим внукам одну из самых больших и красивых бабочек Европы.