Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №192, сентябрь 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Наука

Детектив о великанах

Текст: Джоул Ахенбах Фотографии: Эми Тоунсинг Художники: Эдри и Элфонс Кеннис
31 января 2012
/upload/iblock/11a/11af84b0a58bf12932f726dbb99478c4.jpg
Когда-то по этой холмистой равнине прыгали гигантские кенгуру-валлаби, рядом короткомордые кенгуру обрывали листву с эвкалиптов, а из-за кочек за ними следили охотники с копьями. Гигантских кенгуру больше не существует – а вот современный им ландшафт сохранился в национальном парке Крейдл-Маунтин-Лейк-Сент-Клэр на острове Тасмания.
Фото: Эми Тоунсинг
/upload/iblock/98f/98ff82d92ff5aa9020b92061221e70c5.jpg
Сотрудники парка обследуют осадочные отложения в пещерах Келли-Хилл на острове Кенгуру. Возможно, это место было одним из последних оплотов австралийской мегафауны: здесь находят множество остатков ископаемых животных, провалившихся в пещеры.
Фото: Эми Тоунсинг
/upload/iblock/d8d/d8d9bb91993a103bcd05e5a15540f6ab.jpg
Гигантская птица дроморнис. Во многих уголках Земли существуют сказки про гигантских птиц. На самом деле трехметровый пернатый исполин обитал в Австралии. Правда, летать он не мог, да и люди его никогда не видели: этот великан жил около восьми миллионов лет назад, в эпоху позднего миоцена. Дроморнис принадлежал к семейству гигантских нелетающих птиц – дроморнитид и весил 450 килограммов. Это самое крупное пернатое, когда-либо жившее на Земле. Клюв его, подобный клюву попугая, легко раскалывал фрукты и орехи. Хотя внешне дроморнис похож на страуса эму, его родичи – утки и гуси. До плейстоцена продержались менее крупные птицы, приспособившиеся к ставшему более засушливым климату Австралии – такие, как Genyornis newtoni. Сумчатый тапир. «Гроза деревьев» – так палеонтолог Тим Флэннери называет этих сумчатых животных размером с корову. Сильные лапы, хоботообразный нос и длинный, как у жирафа, язык – такая экипировка позволяла сумчатым тапирам сдирать кору и вырывать из земли корни. Когда-то ученые ошиблись, приняв их зубы за зубы гигантских кенгуру, – и дали представителям вида латинское название, которое означает «древние прыгуны». Внешне они похожи на тапиров, но их ближайшие родственники – вомбаты и коалы. Быть может, климатические изменения задолго до появления человека обрекли на гибель вид Palorchestes painei, но в эпоху плейстоцена от него произошел новый вид – Palorchestes azael, который мог прокормиться в более засушливом климате.
Фото: Эдри и Элфонс Кеннис
/upload/iblock/6e2/6e2867200557c047e5db31676cf0f154.jpg
Возможно, мы видим первое прямое доказательство взаимодействия человека и представителя мегафауны. Ученые полагают, что на этом наскальном рисунке – одном из многих в районе реки Дрисдейл – изображен охотник, отражающий атаку крупного хищника, вероятно, сумчатого льва.
Фото: Эми Тоунсинг
/upload/iblock/6cb/6cba99bfe6099a4fdc704862b0ea3da4.jpg
Массивные челюсти и зубы сумчатого льва на гипсовом скелете внизу выглядят устрашающе (Южно-Австралийский музей, Аделаида).
Фото: Эми Тоунсинг
/upload/iblock/a5e/a5e290b50bfa71cdc9199de6dcd229df.jpg
Неповоротливый колосс с тяжелой поступью, дипротодон, – крупнейшее из известных науке сумчатых – вырастал до размеров носорога. Некоторые особи достигали полутора метров в высоту и трех метров в длину, а их толстые, словно столбы, конечности, покрытые густой шерстью, держали на себе три тонны веса. В природе дипротодон занимал ту же нишу, что и современный африканский слон, – он питался кустарниковой растительностью и пил воду из дождевых ям. Размером с внедорожник, да к тому же еще и неуклюжий, он был легкой добычей для охотников и сумчатых львов.
Фото: Эдри и Элфонс Кеннис
/upload/iblock/1bf/1bfca18205674bc327f2ca51387d8e54.jpg
В 2007 году фермер нашел следы дипротодона, отлично сохранившиеся на пересохшем дне озера в штате Виктория. Огромный неповоротливый зверь проходил по вулканической равнине 100 тысяч лет назад – когда великаны еще были здесь хозяевами.
Фото: Эми Тоунсинг
/upload/iblock/9f2/9f297937a9a328d7760b3f598e586bcb.jpg
Сегодня нам известны лишь безобидные сумчатые: мирные коалы и кенгуру. Однако когда-то и в чаще, и в кустарниках подстерегал своих жертв сумчатый лев – хищник размером с леопарда. Не исключено, что объектом его охоты бывал и человек, только появившийся на континенте. Сумчатый лев был самым крупным плотоядным млекопитающим Австралии: он весил до 158 килограммов и достигал 75 сантиметров в холке. Вероятно, лев великолепно умел нападать из засады. Внезапно выскакивая из зарослей низкорослых кустарников, он мог завалить зверя гораздо крупнее себя. Удерживая жертву двумя длинными когтями, острыми, как кинжалы, хищник перегрызал ей горло огромными передними зубами.
Фото: Эдри и Элфонс Кеннис
/upload/iblock/c25/c25f8ecf7079d4d9ea1af3caf7cf3be7.jpg
Ни один современный кенгуру не сможет встать в такую грациозную танцевальную позицию. А вот гигантский короткомордый кенгуру без труда поднимал лапу высоко над головой. Благодаря длинным когтистым пальцам и передним конечностям, которые могли вытягиваться вверх, как у человека, этот кенгуру, самый крупный из всех когда-либо живших на Земле, обрывал листья деревьев. Задние же лапы двухметрового гиганта оканчивались пальцами, похожими на копыта. Он продержался дольше многих других представителей мегафауны и вымер одним из последних. Тысячи лет этот вид делил среду обитания с человеком и, возможно, остался в преданиях аборигенов в образе воинственного кенгуру с длинными лапами.
Фото: Эдри и Элфонс Кеннис
Кенгуру ростом два с половиной метра, гигантские нелетающие птицы, вомбаты размером с носорога, сумчатые львы – когда-то Австралия просто кишела сказочными гигантами. Но пришел человек – и животные-великаны исчезли. Возможно, это случилось почти сразу, словно по волшебству. Как такое могло произойти – величайшая тайна Зеленого континента.
Здесь не было мамонтов и саблезубых тигров. Люди, придя в Австралию, столкнулись с другими чудищами. Совсем другими, подобных которым они раньше и представить себе не могли. В 1969 году известную достопримечательность Австралии – пещеру Виктория, оборудованную лестницей, перилами и электрическим освещением, посетили начинающий палеонтолог Родд Уэллс и его команда из семи человек. Ступени и перила исследователей не интересовали – они хотели проникнуть в недоступные для туристов места и ради этого долго пробирались по темным узким переходам. Спустя какое-то время Родд уже полз на животе по таким тесным тоннелям, что приходилось поворачивать голову набок, чтобы продвинуться вперед. И вдруг он почувствовал легкое дуновение ветра. Родд понял, что это означает: за грудой камней впереди скрывается пустое пространство. Уэллс и один из его коллег преодолели каменный заслон и оказались внутри огромной пещеры. Земляной пол был сплошь усыпан странными предметами. Уэллс не сразу понял, что это. Кости! Повсюду. Десятки тысяч животных когда-то угодили в эту западню.
В пещере Виктория находят кости огромных и страшных существ – современные австралийские звери не идут с ними ни в какое сравнение.
Здешние места и сегодня небезопасны для путников. Земля изрыта ямами – ловушками, ловко устроенными самой природой. Ямы шириной с обычный ресторанный столик уходят вниз на большую глубину и теряются в лабиринтах пещер. Испокон веков неосторожные животные темными ночами проваливались в эти коварные западни и, пролетев по лабиринту, навсегда оставались в ловушке, которую теперь называют «пещера ископаемых Виктория». Здесь сохранились остатки 45 тысяч животных, в том числе самых древних. В пещере находят кости огромных и страшных существ – современные австралийские звери не идут с ними ни в какое сравнение. Это – представители владевшей континентом в эпоху плейстоцена древней австралийской мегафауны (к мегафауне относят животных весом от 45 килограммов). По всей Австралии ученые обнаруживают окаменелые остатки гигантских змей, огромных нелетающих птиц, напоминающих вомбата существ размером с носорога, двухметровых кенгуру, животных, похожих на тапира, на бегемота. Еще попадаются остатки шестиметровых ящериц: такие подстерегали свою жертву и проглатывали целиком, всю до последнего перышка. Но потом эти чудища вдруг исчезли, все до одного. Как такое могло произойти? Копье для царя. Если учесть, сколько всего написано о причинах вымирания динозавров, остается лишь удивляться, что гиганты эпохи плейстоцена не вызывают еще большего интереса. А ведь они жили бок о бок с человеком! В тираннозавра наши предки бросали копья разве что в мультфильмах – а вот на мамонтов и мастодонтов охотились на самом деле. Если по аналогии вспомнить об американской мегафауне – мамонтах, верблюдах, гигантских короткомордых медведях, гигантских броненосцах, оленелосях, глиптодонтах, саблезубых кошках, «ужасных» волках, гигантских ленивцах, лошадях и других – то она исчезла относительно быстро после появления в Америке человека, примерно 13 тысяч лет назад. Объясняя эту странность, палеоэколог Пол Мартин в шестидесятых годах прошлого века предложил так называемую гипотезу блицкрига. Согласно ей, люди, распространяясь по двум американским континентам, сметали представителей фауны, подобно урагану. Для животного мира копье с каменным наконечником было «высокой технологией» – оно сразу и навсегда сделало человека царем всех хищников. Но кое-кому все же удалось выжить. В Северной Америке уцелели олени, вилорогие антилопы, черные медведи и мелкие бизоны. У бурых медведей, вновь прибывших лосей и благородных оленей вапити появилось несколько новых подвидов. В Южной Америке до сих пор сохранились ягуары и ламы. С Австралией все сложнее. Трагическая судьба крупных австралийских животных – одна из величайших загадок планеты. Многие годы причиной их гибели считалось изменение климата. На протяжении миллионов лет климат Австралии становился все более засушливым – пока она не превратилась в континент, выжженный солнцем и почти полностью лишенный растительности. Поспособствовать этому могли и люди. Австралийский палеонтолог Тим Флэннери предполагает, что огонь, который использовали появившиеся на континенте около 50 тысяч лет назад люди, привел к исчезновению лесов и резкому нарушению гидрологического цикла. А что же, по мнению Флэннери, известно нам наверняка? С сухопутными животными, доминировавшими на Австралийском континенте, что-то произошло – более или менее внезапно – около 46 тысяч лет назад. То есть почти сразу после вторжения нового хищника, который владел орудиями труда и был очень умен. И в 1994 году Тим Флэннери написал книгу «Пожиратели будущего», в которой изложил австралийскую версию блицкрига. Труд был воспринят неоднозначно. По мнению ряда оппонентов, книга направлена против аборигенов, гордящихся тем, что живут в гармонии с природой. На самом деле у гипотезы Флэннери есть куда более существенный недостаток: отсутствие прямых доказательств того, что человек когда-либо убил хоть одного представителя мегафауны. Огнем и копьем. Если бы кто-нибудь когда-нибудь раскопал скелет дипротодона с наконечником копья в ребре или, скажем, кости сумчатого льва на остатках доисторического кострища – это существенно прояснило бы дело. Ископаемые остатки жертв человеческой охоты находили и в Северной, и в Южной Америке – но не в Австралии. Гипотезу Тима Флэннери ставит под сомнение и следующий вопрос: как, не владея никаким оружием, кроме огня и копья, человек мог истребить такое огромное количество видов? Небольшое сообщество людей – всего лишь несколько тысяч – должно было полностью, под корень уничтожить всех гигантов континента, множество видов, рассредоточенных по всей Австралии. Это и означает «вымирание» – в живых не осталось никого. Другой способ подтвердить или опровергнуть гипотезу – точно определить временные границы трагедии. Если бы удалось достоверно доказать, что мегафауна вымерла, во-первых, достаточно быстро и, во-вторых, не позднее чем через несколько сотен (максимум пару тысяч) лет после появления человека – это, пусть даже и косвенно, свидетельствовало бы в пользу того, что между двумя событиями была причинно-следственная связь. Еще один ключ к разгадке, утверждает Флэннери, надо искать на островах. По словам Тима Флэннери, на Тасмании некоторые виды мегафауны просуществовали дольше, чем на континенте, – они держались, пока 40 тысяч лет назад не понизился уровень моря, что в итоге и открыло человеку путь на остров. Примерно так же складывалась судьба мамонтов в Сибири и гигантских ленивцев в Северной и Южной Америке: те тоже нашли себе приют на островах, и волна массового вымирания, захлестнувшая материки, догнала их лишь через много тысяч лет.
В 1991 году аспирантка Джудит приехала на Кадди-Спрингс – и совершила сенсационное открытие, о котором поспешили написать все газеты: рядом с костями древних животных были обнаружены каменные орудия труда.
Впрочем, если найдутся доказательства того, что люди и мегафауна десятками тысячелетий жили бок о бок – роковая роль человека в гибели древних животных окажется под большим вопросом. Во всяком случае, такие доказательства опровергнут теорию молниеносного истребления – блицкрига в стиле Мартина и Флэннери. За десятки тысяч лет мирного сосуществования новая экосистема должна была прийти к равновесию, которое человек просто не смог бы нарушить без новых кардинальных изобретений, а таковых – не было. Битва джудит. На самом деле в Австралии уже обнаружили место, где можно найти улики, проливающие свет на это запутанное дело. Искать их стоит у Кадди-Спрингс – сезонного, то есть регулярно пересыхающего, озера в центре северной части Нового Южного Уэльса. Еще в 1878 году местный фермер, копая колодец, наткнулся на остатки мегафауны. Сегодня же окрестности озера известны главным образом благодаря одной женщине, много лет ведущей работы в регионе. Это Джудит Филд, археолог из Сиднейского университета. В 1991 году аспирантка Джудит приехала на Кадди-Спрингс – и совершила сенсационное открытие, о котором поспешили написать все газеты: рядом с костями древних животных были обнаружены каменные орудия труда. По словам Джудит, одновременное присутствие человека и представителей мегафауны демонстрируют два слоя, один древностью около 30 тысяч лет, другой – 35 тысяч. Если датировка верна, значит, люди, появившиеся на континенте 50 тысяч лет назад, сосуществовали бок о бок с гигантами как минимум 20 тысяч лет. Выходит, об идее блицкрига можно забыть? Нет – потому что далеко не все согласны с датировкой Филд. Согласно одной из версий, кости могли быть вымыты подземными водами из более древних слоев и переотложены в более молодые. Берт Робертс, написавший в 2001 году в соавторстве с Флэннери статью о причастности человека к вымиранию мегафауны, исследовал песчинки в Кадди-Спрингс – и обнаружил очень «молодые» песчинки среди предположительно более древних остатков. Райнер Грюн, еще один австралийский ученый, занимавшийся датировкой найденных в Кадди остатков, вслед за Робертсом обращает внимание на то, что порядка здесь недостает: «Эти слои явно нарушены. А раз так – может быть все что угодно. Возможно, археологические артефакты и мегафауна в самом деле происходят из одного слоя. Я этого вовсе не отрицаю. Только это невозможно доказать». Джудит Филд яростно спорит с оппонентами. По ее мнению, они сами слишком зациклились на теории «человеческого фактора» и просто не могут взглянуть на проблему с другой стороны. Под охраной дипротодона. Когда я приехал в Австралию, чтобы собрать материал для статьи, мы с Джудит решили посетить другое знаменитое кладбище окаменелых остатков – Веллингтонские пещеры. Из Сиднея мы добрались туда за пять часов. Въезд на парковку возле пещер охранял стеклопластиковый дипротодон. Он был самым крупным представителем мегафауны – из всех известных науке сумчатых. Огромное тяжелое тело на коротких и толстых ногах – откройте любой справочник, и вы обязательно прочтете о том, что это было «неповоротливое, неуклюжее животное». Нас встретил Майк Оджи из здешнего исследовательского центра. Он показал нам широкое отверстие в земле – вертикальную шахту, которая, изгибаясь, прорезала известняковый холм. Сверху ее закрывала металлическая решетка. Шахта оказалась местом, где был впервые обнаружен дипротодон, – и одновременно святилищем австралийской палеонтологии.
Отверстие в полу пещеры оказалось... глазницей гигантского кенгуру. Потом в этой пещере нашли более десятка тысяч костей представителей мегафауны.
В 1830 году местный чиновник Джордж Ранкин спустился в пещеру по веревке, привязанной к выступу в стене. Вскоре выяснилось, что выступ – не что иное, как кость. В том же году сюда прибыл топограф Томас Митчелл. Он исследовал здешние пещеры и переправил окаменелые остатки английскому палеонтологу Ричарду Оуэну (впоследствии открывшему существование динозавров). Оуэн установил, что найденные в Веллингтонских пещерах кости принадлежали вымершим сумчатым. Я спросил Оджи, что он думает о причинах гибели мегафауны. «Я на сто процентов верю в теорию Тима Флэннери», – ответил он. Филд удивленно вскидывает брови. «Но ведь это же пещера, – прибавил Оджи. – В пещерах точная датировка по изотопам углерода практически невозможна». Это и правда так. С потоками воды после дождя в пещеру проникает то, чего в ней отродясь не было, а «молодые» объекты под собственной тяжестью проваливаются вниз, в более древние слои. Беда в том, что данных, полученных Джудит Филд, далеко недостаточно. И она это понимает. «В Австралии мест, где сохранились остатки эпохи позднего плейстоцена, около двух сотен, – говорит Филд. – Но из них не наберется и двадцати таких, которые дали бы достоверные сведения. Получается, что фактов раз-два, и обчелся, – однако это не мешает нам выстраивать на них все эти замысловатые теории». Ищите пещеру. К счастью для немногочисленных профессиональных палеонтологов, за костями ископаемых животных по всей Австралии охотятся также палеонтологи-любители. Такие, как Линдсей Хэтчер. С Хэтчером мы встретились неподалеку от городка Маргарет-Ривер. Этот спокойный, добродушный парень совершил одну из самых значительных находок ископаемых остатков за последние годы. В 1992 году он решил исследовать одну из местных пещер – так называемую Пещеру с узким входом (очень точное название!). Хэтчер пошел по ходу, которым часто пользуются спелеологи, – и вскоре обнаружил древние окаменелости прямо под ногами. «Все столько времени ходили по вымершему кенгуру!» – рассказывал он потом друзьям. Отверстие в полу пещеры оказалось... глазницей гигантского кенгуру. С тех пор в этой пещере нашли более десятка тысяч костей представителей мегафауны. «Ищите пещеру!» – таким мог бы быть лозунг австралийских любителей палеонтологии. И они усердно ищут. Временами «охотники за костями» даже облетают на легких одноместных самолетах обширную равнину Налларбор – пустынную местность вдоль южного побережья. С воздуха они высматривают входы в пещеры и фиксируют координаты на GPS. За последнее время на равнине Налларбор были открыты сотни пещер, в четырех из которых сохранилось особенно много ископаемых остатков. Кроме того, Хэтчер находил в пещерах примитивные бумеранги, с помощью которых, по его предположениям, охотились на летучих мышей. Но опять-таки выходило, что человек и мегафауна никогда не встречались! Вернее, почти никогда. Мамонтова пещера неподалеку от Маргарет-Ривер привлекает множество туристов. В 1909–1915 годах отсюда извлекли содержащие окаменелости осадочные отложения, после чего их обследовали без всякой системы, что, с точки зрения современной науки, совершенно недопустимо. И все-таки одна из найденных костей стала объектом пристального внимания ученых. Это была бедренная кость с зазубриной – или зарубкой? Туристам в Мамонтовой пещере показывают муляж прославившейся кости. Как полагает Хэтчер, выемка в ней была сделана каким-то острым орудием. Он убежден в том, что в Мамонтовой пещере жили люди – в ледниковый период лучшего убежища им было не найти. «Это место идеально подходит для людей. Отличное укрытие. Постоянный в то время источник воды. Всегда можно добыть себе пропитание», – рассуждает Хэтчер, ведя меня по освещенным переходам. А может быть, на кости остался след от острого, как лезвие бритвы, зуба сумчатого льва? Почему бы и нет. Точно можно сказать лишь одно: Линдсей Хэтчер не остановится на достигнутом и сделает все возможное, для того чтобы величайшая тайна континента была наконец раскрыта. Рисунок сумчатого льва. Впрочем, история могла сохранить для нас еще одну подсказку. Первые люди Австралии отражали свой взгляд на окружающий мир в наскальной живописи, образцы которой можно увидеть по всему континенту. На полуострове Арнем-Ленд на севере Австралии палеонтолог Питер Мюррей исследовал наскальный рисунок, на котором изображено существо, очень похожее на представителя древней мегафауны, известного как Palorchestes, или сумчатый тапир. На другом наскальном рисунке, в Западной Австралии, представлены две загадочные фигуры – возможно, охотник и то ли сумчатый лев, то ли тасманийский тигр. Разница очень важна: сумчатый лев давным-давно вымер, а тасманийский тигр, гораздо меньший по размерам, дожил до исторического времени. За ужином в Алис-Спрингсе (верблюжатина в свекольном соусе и копченое мясо эму) Мюррей так сказал мне о своей профессии: «Каждый шаг вперед требует интерпретации фактов. Сами за себя они не говорят». Убеждаясь в этой нехитрой истине, я две недели колесил по всей Австралии, осматривая пещеру за пещерой в трех разных штатах и бродя по диким, пустынным местам. А когда я наконец вернулся в Сидней, то вместе с Джудит Филд еще раз пересмотрел весь собранный материал. Она снова говорила о Кадди-Спрингс, вызывающем столько споров; о слоях, где остатки мегафауны обнаружены – якобы – рядом с человеческими орудиями труда; об ожесточенной полемике между учеными... А несколько недель спустя по телефону Джудит подытожила: «Жаль, что мне не удалось прояснить для вас всю эту ситуацию». – «Нет, что вы, все предельно ясно! – заверил я. – Это просто-напросто запутанный клубок». Но ученые будут и дальше продолжать его распутывать. И не беда, что действовать придется наобум. Наука – трудоемкий процесс, и в поисках верного пути случается не раз оступиться и зайти в тупик. Вспомним хотя бы Родда Уэллса, который в пещере ископаемых Виктория полз на животе по, казалось, безнадежно узким тоннелям. Но он не сдался – и наука продвинулась вперед.