Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №191, август 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Наука

Динозавры из Юты

Текст: Питер Миллер Фотографии: Кори Ричардс
14 мая 2014
/upload/iblock/99e/99ea26ec00b5efaca066c12835fed1d8.jpg
В поисках окаменелостей в пустыне на юге штата Юта палеонтолог Джо Сертик выскребает землю из-под камня в том месте, где ранее он обнаружил кусочки кости молодого динозавра.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/f01/f0112836fb1d6ada49c0c7d4eb31251d.jpg
Холодным майским вечером Сертик в сопровождении волонтера Билли Дорэна пробирается по скалистой гряде на юге Юты. Зачастую пеший маршрут оказывается единственно возможным в здешних богатых окаменелостями краях.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/46b/46b81b68854ad1024e6a67055cabbf47.jpg
Джефри Леонард заботливо очищает от пыли скелеты взрослой особи и молодого динозавра Teratophoneus в Музее естественной истории Юты. Эти ящеры были свирепыми хищниками, как и их более крупный собрат тираннозавр. Музей естественной истории Юты.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/a06/a0615fdf57fa67dcabe7049472f332bd.jpg
Полуметровый фрагмент хвостовых позвонков утконосого динозавра так и остался лежать под открытым небом, вросший в меловой песчаник. Подобные окаменелости встречаются здесь нередко. «Мы и не подумали забрать эти остатки», – говорит Джо Сертик.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/653/653b9a9764fb21f5a211047880fe3534.jpg
Хвостовые позвонки еще одного динозавра, упакованные в гипсовую подложку для транспортировки в Музей города Солт-Лейк-Сити. Музей естественной истории Юты.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/76b/76b451d18e1aa7f28557f35390dbe333.jpg
Отпечаток ветви вымершего хвойного дерева, похожего на современную секвойю. 
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/71d/71d42528318b839ea05cb9fb85ad3839.jpg
Кэрол Лакинг из Музея природы и науки в Денвере распиливает плиту песчаника, вооружившись диском с алмазным покрытием. Кэрол ведет научную работу на территории национального монумента Гранд-Старкейс-Эскаланте, объект ее исследования – кости молодого утконосого динозавра.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/e20/e2047224a395c866f03cacc774d1340b.jpg
Хищник из семейства дромеозавриды едет в лифте вместе с Тимом Ли, организатором экспозиции в Музее естественной истории Юты. У этого динозавра, близкого родственника велоцираптора, имелись острые как лезвие когти, а вполне возможно, еще и оперение. Музей естественной истории Юты.
Фото: Кори Ричардс
/upload/iblock/a91/a915358bee7d8eb392d7f64e8a48a8e2.jpg
Эти следы тероподы, обнаруженные недалеко от города Канаб, достигали 43 сантиметров в длину. Они на 100 миллионов лет старше времени Ларамидии и лишний раз доказывают, что динозавры царствовали в здешних местах очень и очень долго.
Фото: Кори Ричардс
Около 75 миллионов лет назад американский штат Юта (США) находился на острове-континенте Ларамидия. В его жарком и очень влажном климате расцвело настоящее царство динозавров.
Братья Миллер, с бородами, покрытыми засохшей грязью, и в массивных очках, надежно защищавших глаза от песка, больше напоминали геологоразведчиков, чем палеоботаников. Двое высоченных (ростом под два метра) крепких мужчин, исполненных отваги путешественников, уверенно продвигались по скалистой гряде в южной части Юты. Ян долбил киркой твердую глинистую породу, пока Дейн, обрадовавшись затишью, тщетно пытался скрутить сигаретку: внезапно налетевший порыв ветра сдул приготовленный им табак с бумаги. «Черт подери», – буркнул Дейн и повторил попытку. Прошлой весной Скотт Сэмпсон, отвечающий за организацию экспозиций Музея природы и науки в Денвере, и Джо Сертик – палеонтолог этого музея, занимающийся изучением динозавров, вместе с братьями Миллер вели поиски ископаемых остатков на территории национального монумента Гранд-Старкейс-Эскаланте. В этих местах практически нет дорог, и, чтобы забраться в скрытый от цивилизации уголок к северу от горы Лошадь, группе исследователей пришлось преодолеть целый лабиринт из отвесных скал и глубоких оврагов. Большинство ученых были задействованы в нескольких километрах отсюда на раскопках остатков, найденных в прошлые годы, а Сэмпсон, Сертик и Миллеры отправились на поиски новых. Проведя несколько месяцев в музее за рутинной работой, Сэмпсон не мог скрыть переполнявшей его радости, когда оказался там, где «еще не ступала нога ни одного палеонтолога», предвкушая открытие новых тайн потерянного острова-континента Ларамидии.
За 20 миллионов лет существования Ларамидия стала настоящей фабрикой по производству ящеров, с конвейера которой сходили и гиганты, и «малолитражные» формы.
Глинистые отложения, в которых вели поиск Миллеры, образовались на восточном побережье вытянутого массива суши, раскинувшегося на 6,5 тысячи километров от Арктики до Мексиканского залива. Ларамидия возникла 90 миллионов лет назад в позднемеловую эпоху, когда в результате подъема уровня моря Северная Америка оказалась разделенной надвое. Сегодня на этой территории находятся западные штаты США, а сама Ларамидия скрыта более поздними наслоениями, и добраться до нее можно лишь в районах глубокой эрозии: благодаря неустанной работе ветра и воды исследователи получили доступ к окаменелостям – достаточно лишь нескольких взмахов кирки и лопаты. С 2000 года Сэмпсон возглавляет все экспедиции по изучению Ларамидии. Исследования получили поддержку Музея естественной истории Юта, Бюро землепользования США и Музея природы и науки в Денвере, направивших сюда своих специалистов. Сосредоточив усилия на раскопках в свите Кайпаровица – толще осадочных горных пород мощностью около 800 метров, ученые сумели извлечь окаменелые остатки тысяч растений и животных: от шишек хвойных деревьев до костей крокодилов, черепах и, конечно же, динозавров. За 20 миллионов лет существования Ларамидия стала настоящей фабрикой по производству ящеров, с конвейера которой сходили и гиганты, и «малолитражные» формы. «Здесь все усеяно фрагментами скелетов, – говорит Сэмпсон, поднимаясь по склону неподалеку от места, где работают Миллеры. У него под ногой раздается характерный хруст. – Я обнаружил остатки черепахи, взбираясь по этому холму. Возможно, где-то здесь тоже есть кое-что». Он поднял небольшой бежевый осколок и лизнул его, чтобы проверить, кость это или обыкновенный камень. «Пористая кость прилипнет к языку, а вот твердая порода – нет», – объясняет Скотт. Кусочек пристает к языку. Долгие годы прогресс обходил полевые экспедиции палеонтологов. Работа в поле практически не изменилась со времен «костяной лихорадки» XIX века, когда многообещающие находки на Диком Западе дали старт широкой кампании по поиску окаменелостей и передаче их в музеи Восточного побережья США. И пока военные гонялись за вождем индейского племени хункпапа, возглавлявшим сопротивление индейцев на севере, отряды из студентов, ковбоев и других искателей приключений раскапывали огромные скелеты, орудуя кирками и лопатами – точно такими же, как те, что стоят на вооружении у современных палеонтологов. «Мы пользуемся методиками, давно зарекомендовавшими себя», – рассказывает Ян Миллер, возглавляющий департамент полевых работ денверского музея. Любимый инструмент Яна – трехкилограммовая кирка с крепкой ручкой из орехового дерева. «Такую в наши дни найти очень трудно, – сетует Миллер. – Зато и сломать ее почти невозможно». Первое крупное открытие на плато Кайпаровица было сделано в 2002 году: волонтер Дункан Эверхарт заметил в земле челюстную кость, которая, как позже выяснили исследователи, оказалась частью массивного черепа девятиметрового гадрозавра, или утконосого динозавра. В его пасти было ни много ни мало 800 зубов – настоящая овощерезка мелового периода, как в шутку прозвал его Сэмпсон. На морде гадрозавра был характерный гребень, что позволило отнести его к роду Gryposaurus (буквально, «гребненосый ящер»). Впервые остатки представителей этого рода обнаружили и описали более столетия назад в Провинциальном парке динозавров в канадской Альберте. Но гигант из Юты заметно отличался от своих северных родственников. По словам Сэмпсона, увлекающегося метафорическими сравнениями, он выглядел «мускулистым – этакий Арнольд Шварценеггер среди утконосых динозавров». В том же году Майк Гетти, возглавляющий сейчас выставочный отдел в музее Денвера, обнаружил в том же месте остатки еще одного ранее невиданного существа – двухметрового плотоядного ящера. Шкуру этого монстра, вероятно, покрывало оперение, а назвали его Hagryphus giganteus – «гигантский птицеподобный бог пустынь». Позднее ряды находок пополнили куполо-головые пахицефалозавры, панцирные ящеры с броней в виде костных пластин, родственник тираннозавра, сородичи велоцираптора (шустрого хищника, прославившегося благодаря фильму «Парк юрского периода») с когтями в виде острых серпов и несколько новых видов динозавров с роговыми отростками, один удивительнее другого. Взять хотя бы огромного монстра Kosmoceratops richardsoni, родственника трицератопса размером с носорога, обнаруженного группой Сэмпсона в 2010 году, – его голову венчали 15 рогов! Динозавры, состоявшие в родстве с «новоприбывшими», встречались и раньше на раскопках верхнемеловых толщ в уже упоминавшейся Альберте (Канада), а также в Монтане и в Вайоминге (США) – все эти территории также находились на восточном побережье Ларамидии. Однако образцы из Юты были по-настоящему неповторимы. «Почти каждая новая находка представляла собой неизвестный вид», – не перестает удивляться Сэмпсон. Сюрприз преподнесли не только динозавры, но и млекопитающие, рыбы, ящерицы, черепахи и крокодилы. Согласно одной из гипотез, по неизвестной причине динозавры южной Ларамидии оказались изолированы от северных сородичей. Замкнувшись внутри своих групп, животные стали развиваться по своему собственному сценарию, точь-в-точь как знаменитые дарвиновские вьюрки образовывали новые виды, расселяясь по Галапагосским островам. Поверить в существование физического барьера вроде горной гряды или широкой реки, которые невозможно преодолеть, Сэмпсону и его коллегам было очень трудно. По его словам, для некоторых видов горы и реки и впрямь могут стать серьезной преградой, но большинству не составит особого труда через них перебраться. «Это происходит сплошь и рядом. И ни одна река не сможет просуществовать десятки или сотни тысяч лет, ни разу не обмелев», – убежден Сэмпсон. Однажды вечером Сэмпсон предложил иную гипотезу для объяснения провинциализма ящеров Ларамидии, то есть строгой привязанности видов к определенной территории, за пределами которой они никогда не встречаются. Версия Сэмпсона опирается на работу палеонтолога Техасского технологического университета Томаса Леймана: еще в 1980-е Лейман предположил, что обособленность животных Ларамидии можно объяснить растительным разнообразием континента. Когда динозавры расселились по обширной территории, вытянутой поперек климатических зон, популяции начали приспосабливаться к своим климатическим условиям и к пище, доступной в этих условиях. Параллельное развитие таких групп могло развести их настолько, что при встрече они даже не распознали бы в своем визави партнеров для спаривания. Так отдельные популяции оформились в самостоятельные виды. По мнению Сэмпсона, кроме естественного отбора, свою роль в дроблении видов мог сыграть еще один важный эволюционный механизм – половой отбор. И в самом деле, причудливые внешние черты травоядных динозавров, отличающие животных с юга Ларамидии от северных собратьев, очень похожи на результат полового отбора. Если следовать принципу «выживает сильнейший», на передний план выйдут приспособления, помогающие в борьбе за жизнь, вроде конечностей и зубов. А замысловатые шипы и причудливые воротники растительноядных ящеров из Юты вовсе не защищали их от хищников. Рога цератопсов больше подходили для выяснения отношений между соплеменниками, а их воротники, слишком тонкие, чтобы смягчать удары в смертельной схватке, скорее всего, использовались для привлечения особей противоположного пола. «Эти динозавры были настоящими модниками», – говорит Скотт. Но загадка, отчего гигантские ящеры, населявшие Ларамидию, не заполонили соседние территории, долго оставалась неразгаданной. Путешествие на север – 1,5 тысячи километров, разделяющих нынешнюю Юту и Альберту, наверняка пришлось бы по силам девятиметровому монстру и привело бы к неизбежному смешению популяций. «И тут нам на выручку приходят растения», – продолжает рассказ Ян Миллер на следующее утро, пока мы идем на обнаруженный им недавно клондайк окаменевших растений на горном кряже. Обнаружив крупный каменный блок и осторожно расколов его молотком, Миллер увидел на обеих поверхностях зеркальные отпечатки листа с хорошо различимыми деталями. Отпечатки выглядели так, словно лист только вчера упал в пруд и окаменел. «75 миллионов лет назад здесь не было пустыни, – рассказывает Миллер. – Еще нигде я не встречал такого количества окаменевших растений, как в этих местах. Тут простирались настоящие джунгли. Мы нашли остатки растений, похожих на водяные лилии – значит, в округе было много водоемов с растениями, а питали их многочисленные реки». «Пышная местная флора не располагала животных к тому, чтобы покидать этот участок Ларамидии», – предполагает Миллер. И даже самый крупный утконосый динозавр легко мог насытиться, кормясь на достаточно небольшой территории. «Если мы окажемся правы и нам удастся доказать существование небольших изолированных популяций, выбравших оседлый образ жизни, то половой отбор вполне подойдет для объяснения наблюдаемого многообразия форм», – продолжает Миллер. «Все это было бы вполне возможно среди буйной растительности, похожей на флору болотистой Луизианы, – рассуждает Скотт Сэмпсон. – Конечно, сложно сравнивать современный мир с существовавшим на Земле 75 миллионов лет назад. Мы еще очень далеки от понимания развития древних экосистем». Именно поэтому палеонтологи снова и снова возвращаются на пустынные просторы Юты. «Вскрывая очередной пласт, ты находишь новое растение и говоришь себе: я никогда такого не видел! – с энтузиазмом рассказывает Миллер. – В этих местах не ступала нога человека. Тут живет настоящая наука».