Поиск
x
Журнал №190, июль 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
История

Алкоголь: роман длиной в 9000 лет

Эндрю Карри
24 февраля 2017
/upload/iblock/53d/53d0efd7eb425136a01704dd5aaf34c1.jpg
Китайская невеста поднимает бокал с рисовым вином. Этому напитку уже более 9 тысяч лет – химический анализ обнаруженного во время раскопок сосуда подтвердил: в сосуде хранился приготовленный человеком алкогольный напиток.
Фото: Брайан Финке
Какое место в жизни людей занимает алкоголь? Неужели это лишь дурман? Нет! Едва появившись на свет, он принялся менять общество – в самых разных аспектах, – а также повлиял на искусство, язык и религию.
Если вы вдруг решите открыть свою пивоварню в Германии, вам непременно нужно будет познакомиться с Мартином Зарнковым. Он преподает в Мюнхенском техническом университете на одном из немногих факультетов, где с особым трепетом относятся к пиву. Представители крупнейших немецких пивоварен частенько обращаются к Мартину – чтобы он помог разобраться, почему у напитка появился странный привкус, поучаствовать в создании нового сорта, а частенько просто для того, чтобы купить всевозможные штаммы дрожжей.

Дверь в лабораторию Мартина, напичканную сложным химическим оборудованием и приборами для работы с ДНК, надежно заперта на кодовые замки.

Я иду по коридору в небольшую кухню для сотрудников и застаю его склонившимся над противнем с мягким «печеньем» из каких-то хлопьев. Он касается «печенья» пластиковой лопаткой, словно проверяя: готово ли. На самом деле это вовсе не выпечка: «печенье» сделано из пивоваренного солода – проросших и обжаренных зерен ячменя, смешанных с пшеничной мукой и парой ложек хлебной опары. Наливая себе кофе, Мартин рассказывает, что пытается приготовить пиво по шумерскому рецепту, которому уже четыре тысячи лет.

Зарнков начинал помощником пивовара, а сейчас он – видный специалист и известный историк пивоваренного дела. Мартин – крупный румяный мужчина с низким голосом. На нем клетчатая рубашка с коротким рукавом, нижние пуговицы слегка натянуты. Если надеть на него темно-коричневую робу, то он вполне сойдет за средневекового монаха, ответственного за хранение в монастыре бочек с добрым элем. К слову, ассоциация не случайна: по соседству с университетом на вершине холма работает Вейхенстефанская пивоварня, основанная в 1040 году монахами-бенедиктинцами, – старейшая из действующих мире. Не надо быть завсегдатаем Октоберфеста, чтобы представлять давнюю историю пивоваренного ремесла в Германии. Помимо пива страна, как известно, славится вкуснейшими сосисками. Соседствующая с Германией Франция всерьез занялась производством вина, когда оказалась под властью римлян (как, впрочем, и остальные европейские страны), – и с тех пор не сходила с «винного» пути. Второй по значимости продукт для французов – это сыр.

Большинство историков и археологов очень долго относились к вину и пиву как к обыкновенным продуктовым товарам, играющим важную, но не большую, чем те же сыр и сосиски, роль – с одной лишь разницей: чрезмерное употребление алкоголя быстрее приводит к формированию пагубной зависимости.

Алкогольные напитки рассматривались как один из продуктов человеческой цивилизации и не занимали какого-то особого места. Мартин Зарнков входит в группу исследователей, которые вот уже несколько десятилетий пытаются опровергнуть традиционный взгляд на роль алкоголя в истории. Им удалось доказать, что алкогольные напитки люди употребляли еще до того, как изобрели письменность. Шумерское пиво, которое пытается сделать Мартин, – далеко не самый древний рецепт. Недавно проведенные химические исследования доказали: китайцы занимались производством вина из риса, меда и фруктов аж девять тысяч лет назад!

Как показывает анализ собранных историками фактов, производство алкоголя из всевозможных растений началось на заре цивилизации. Палеогенетик из Пенсильванского университета Патрик Макгаверн убежден, что именно благодаря хмельным напиткам человеческое сознание в измененном под действием алкоголя состоянии каким-то образом дошло до изобретения письменности и земледелия. По его словам, употребление спиртного настолько глубоко проникло в жизнь людей, что вполне возможно дать новое ироничное название нашему виду – «человек выпивающий».

...Ячменное «печенье» уже покрылось темно-коричневой коркой снаружи, и Мартин переносит его из кухни в аудиторию, где на глазах у студентов погружает в большую стеклянную емкость. Следуя шумерскому рецепту, он добавляет дополнительную порцию ячменя, измельченную дикую пшеницу двузернянку и заливает смесь тремя литрами обычной воды. Тщательно размешивает лопаткой получившийся раствор и получает желтовато-бежевую жидкость.

Выглядит неаппетитно. Но, по уверению Мартина, на следующий день он получит пиво – примитивное, «дикое», то самое, столь популярное тысячелетия назад.

Пока я был на факультете Зарнкова, меня постоянно отвлекал аромат солода, доносившийся из распахнутых окон расположенной по соседству пивоварни. Этот первобытный, манящий запах навевал желание оставить все дела и расположиться в находящемся поблизости пивном саду.

/upload/iblock/a6c/a6c5a7cd3150dcd8e8705faf11710a9b.jpg
Снимок сделан в Музее инков в городе Куско, Перу.
Фото: Брайан Финке
/upload/iblock/0a9/0a9be4d81f3388c7eaf1c65e9ceac859.jpg
Фото: Брайан Финке


Люцио Чавез Диаз только что вышел из местной чичерии в районе Ламай в Перу, расположенном в Священной долине инков. Он с удовольствием потягивает чичу frutillada – кукурузное пиво со вкусом клубники. Сегодня мы хорошо знакомы с чистым вкусом вина и пива, но в давние времена было принято добавлять в алкоголь все, что заблагорассудится, – начиная от сосновых иголок и заканчивая медом и древесной смолой. Древнегреческие воины, например, добавляли в пиво козий сыр. Когда инки попивали чичу из своих деревянных чашек – керо (на втором снимке изображена керо XVII века), они подмешивали в напиток не клубнику, а психотропные травы.

Мы спустились с деревьев за… алкоголем?

История о том, как человек полюбил хмельные напитки, началась задолго до возникновения земледелия. Вполне вероятно, что желание приложиться к бутылке – это появившаяся в процессе эволюции черта, отличающая нас от животных.

Основной компонент всех алкогольных напитков – продукт жизнедеятельности микроскопических одноклеточных организмов, дрожжей. В процессе брожения они «поедают» сахар и производят двуокись углерода и этанол – единственный спирт, годный для употребления человеком. Большинство современных виноделов, пивоваров или изготовителей саке используют различные культуры одного и того же рода Saccharomyces (наиболее распространенная из культур – S. cerevisiae, получившая название от латинского слова «пиво» – cerevisia). Однако дрожжи весьма разнообразны и широко распространены в природе. Вот уже около 120 миллионов лет, с момента появления на Земле, они вызывают брожение в спелых фруктах.

У этанола есть одно притягательное свойство: благодаря ему мы себя хорошо чувствуем. Этанол способствует выделению серотонина, допамина и эндорфинов в мозгу, а именно эти вещества создают ощущение счастья и беззаботности.

Для наших доисторических предков, живших на деревьях, – приматов – этанол в подпорченных фруктах обладал и другими приятными свойствами. Во-первых, такие плоды было проще обнаружить благодаря характерному запаху. Во-вторых, они легче усваивались, обеспечивая животных самым ценным в древних джунглях – калориями. В-третьих, антисептические свойства уменьшали вероятность подцепить какую-нибудь болезнь. «Наши предки – обезьяны начали поедать забродившие фрукты с земли, что вызвало изменение в их организме, – размышляет Натаниэль Домини, специалист по биологической антропологии из Дартмутского колледжа. – Так мы адаптировались к употреблению спиртосодержащих субстанций».

Роберт Дадли из Калифорнийского университета в Беркли, впервые выдвинувший эту теорию, называет ее «гипотезой о пьяной мартышке». Осмелившиеся спуститься с деревьев обезьяны получили доступ к новому источнику пищи. «Если какая-то из них лучше чуяла алкоголь и могла быстрее находить забродившие фрукты, у нее оказывалось неоспоримое преимущество, – продолжает логическую цепочку Роберт. – А значит, она обходила своих конкурентов и получала больше калорий».

Дадли обращает внимание на то, что слишком пьяная обезьяна оказалась бы легкой добычей для хищников. Но, несмотря на множество анекдотов на эту тему, научных примеров опьянения среди диких животных, употребляющих в пищу чуть подгнившие фрукты, практически нет – подобная реакция на алкоголь замечена лишь у людей.

Это объясняется мутацией в геноме последнего общего предка африканских приматов и человека. Согласно недавним исследованиям генетиков, около 10 миллионов лет назад эта мутация произошла в гене ADH4, благодаря чему в организме животных появился белок, ускоряющий процесс усвоения этанола в 40 раз. Как утверждает Стивен Беннер, биолог из флоридского Фонда прикладной молекулярной эволюции и один из авторов исследования, новый белок позволил нашим древним предкам питаться еще большим количеством перезревших фруктов, не страдая от последствий.

«В каком-то смысле мы спустились с деревьев за пивом», – шутит Беннер. Однако тогда ни у кого не было желания напиться – оно возникло гораздо позже, когда человек научился производить алкоголь сам.

/upload/iblock/71e/71e61c678df4f27fd6950ce1a83454a7.jpg
Музей Инсюй, округ Аньян, Китай.
Фото: Брайан Финке
/upload/iblock/532/53293271c6689c5c11a77f4d9d721632.jpg
Фото: Брайан Финке


Древнейшие свидетельства о производстве алкогольных напитков были обнаружены в Китае в поселении Цзяху. Здесь в 7000 году до н. э. китайские фермеры ферментировали смесь из риса, винограда, боярышника и меда в глиняных сосудах. На заре китайской империи правители употребляли рисовое вино из бронзовых чаш, подобных запечатленной на фото (справа; датируется 1100 г. до н. э.). Рисовое вино до сих пор пользуется в Китае большим успехом. Работники винодельни округа Шаосин провинции Чжецзян (слева) пропаривают и подготавливают к брожению свежесобранный рис. Делают это зимой, когда вода в соседней реке самая чистая. Со времен империи Сун (1200 г. н. э.) китайские виноделы используют особую закваску, позволяющую переработать содержащийся в рисе крахмал. Иногда они пережевывают рис перед началом процедуры.

Мы перешли к оседлой жизни для… алкоголя

Перенесемся на засушливое плато, расположенное на юго-востоке современной Турции. Здесь ведутся археологические исследования с целью разобраться с одной из загадок в истории древнего человека: как люди каменного века перешли от кочевого образа жизни охотников и собирателей к оседлой жизни земледельцев и какую роль в этой революции сыграл алкоголь?

В ходе археологических раскопок 20 лет назад ученые обнаружили храмовый комплекс Гёбекли-Тепе, состоящий из каменных помещений округлой и прямоугольной формы и загадочных колонн с поперечными перекладинами. Возможно, это старейший из известных мегалитических сооружений на Земле — ему 11600 лет.

Находка перевернула традиционное представление ученых о том, что возникновение религии – роскошь, ставшая возможной лишь после перехода людей к оседлой жизни и зарождения земледелия. По предположениям исследователей, все произошло с точностью до наоборот: охотники и собиратели из разных земель приезжали сюда, на территорию современной Турции, для проведения религиозных обрядов и в конце концов осели здесь, чтобы чаще заниматься богослужением.

В стенах комплекса археологи обнаружили шесть каменных сосудов, по виду напоминающих бочки.

В самом массивном из них могло помещаться до 160 литров жидкости. По предположению исследователей, в этих сосудах на основе местных диких злаков готовили что-то наподобие пива. Проведя анализ образцов, собранных в емкостях из Гёбекли-Тепе, Мартин Зарнков нашел следы оксалатов – беловатого налета, образующегося при смешении воды и зерна. В одном из сосудов находилась плечевая кость дикого осла, размером и формой подходившая для помешивания бродящего «бульона». Вся поверхность вершины в окрестностях Гёбекли-Тепе была усеяна сотнями тысяч костей животных, в основном газелей и туров. Сведите воедино находки ученых – и вы получите все необходимое для грандиозного пиршества, размах которого привлекал сотни охотников-собирателей на знаменитый в те времена холм. Возможно, тогда алкоголь применяли и для того, чтобы ввести людей в состояние измененного сознания для связи с миром духов – со схожей целью в наши дни шаманы принимают галлюциногены. Однако ученые предполагают, что еда и выпивка играли еще одну важную роль. По их гипотезе, организаторы пиршества использовали мясо и хмельной напиток в качестве вознаграждения за выполненную работу: гости прибывали на мероприятие отовсюду, и общими усилиями они построили массивные колонны комплекса, вес которых достигает 16 тонн. Еще одна гипотеза о том, что именно приготовление пива, а не хлеба послужило толчком к возникновению земледелия и возделыванию злаковых культур, впервые возникла более столетия назад и получила подтверждение на раскопках в Гёбекли-Тепе.

 Суть в том, что диких злаков было недостаточно для производства нужного объема пива, и необходимость обеспечения стабильного источника зерна подтолкнула людей к выведению ячменя, пшеницы и других культур с более высокой урожайностью. Но неоспоримых доказательств этого пока нет. Зарнков считает, что обнаруженные в Гёбекли-Тепе оксалаты лишь подтверждают, что в каменных емкостях действительно были злаки, но не свидетельствуют о процессе брожения. По его словам, там могли готовить и кашу, которой кормили рабочих. Патрик Макгаверн признает неоднозначность фактов, но все же считает, теорию «пиво раньше хлеба» правдоподобной. В 2004 году он опубликовал информацию о найденных на месте раскопок неолитического поселения Цзяху в Китае остатках своеобразного коктейля из риса, ягод боярышника, меда и дикого винограда. Смесь различных ингредиентов и следы винной кислоты убедили Макгаверна в том, что земледельцы из Цзяху умели готовить довольно сложные напитки. «Одомашнивание растений шло ускоренными темпами – оно подогревалось желанием в бóльших количествах производить хмельной продукт, – утверждает Макгаверн. – Конечно, алкоголь был не единственным фактором, продвинувшим цивилизацию вперед, но он сыграл решающую роль».

/upload/iblock/f21/f211b5b4f1130f076ad0ea68768d0550.jpg
Фото: Брайан Финке
/upload/iblock/876/8768288bbe8fa4f1f5b06737e7ab1dc2.jpg
Фото: Брайан Финке


По предположениям ученых, виноградная лоза, давшая начало виноделию, родом из предгорий Кавказа – росла у самого подножья гор – на территории современной Грузии. Сегодня здесь произрастает около 500 разновидностей винограда. Тысячелетиями грузины делали вино в специальных глиняных сосудах – квеври, обработанных пчелиным воском, вроде этого, изготовленного в наше время мастером Залико Божадзе (справа). Виноделы закапывали сосуд в землю, им пользовались несколько поколений. Некоторые виды традиционных белых грузинских вин делаются по той же технологии, что и красные, – с виноградной кожицей, косточками и даже с кусочками кисточек. Все это придает вину особый тон и благородный золотистый окрас. Именно такой напиток наливает винодел Сулхан Гулашвили (на фото слева) – для подачи он использует чашу, на которой выбиты имена его предков.

Мы пьем, чтобы лучше себя чувствовать

Тысячелетиями практически все растения с мало-мальским содержанием сахара использовались в качестве основы для брожения: агава и яблоки, бананы, кокосы и маниок, кукуруза и кактусы, рис, батат, плоды персиковой пальмы, ананасы, тыква, хурма и виноград. Словно пытаясь доказать, что желание употреблять алкоголь не знает границ, в отсутствие фруктов и зерновых культур в степях кочевники Центральной Азии научились вызывать брожение в кобыльем молоке. При этом получался довольно терпкий напиток кумыс, по содержанию алкоголя слегка уступающий пиву.

Но не только физическое удовлетворение и общение с духами объясняют столь широкую популярность алкоголя в древнем мире. Люди употребляли спиртное по той же причине, по которой приматы поедали забродившие фрукты: они ощущали пользу. Дрожжи вырабатывают этанол в качестве своеобразного химического оружия, ведь он токсичен для других микроорганизмов, также желающих полакомиться содержащимися во фруктах сахарами. Именно поэтому – по крайней мере до возникновения современной системы обработки питьевой воды – пиво и вино зачастую были более безопасным питьем.

Помимо этанола в процессе ферментации сахаров дрожжи вырабатывают и другие питательные вещества, например витамины группы B: фолиевую кислоту (B9), ниацин (B3), тиамин (B1), а также рибофлавин (B2). И конечно, древние напитки содержали больше подобных веществ, чем их современные фильтрованные и пастеризованные версии.

При раскопках на севере Сирии в местечке Тал-Бази на вершине холма с видом на Евфрат немецкие археологи обнаружили поселение из 70 домов. 3400 лет назад люди в спешке покинули свои жилища из-за пожара. Катастрофа тысячелетней давности сыграла на руку современным ученым – боясь огня, жители в панике бежали, бросив все дела. Так момент из жизни поселения застыл в истории на долгие века.

В каждом доме археологи нашли по огромной 200-литровой глиняной чаше, в большинстве случаев заглубленной в пол неподалеку от входа. Проведенный Зарнковым анализ показал наличие следов ячменя и тонкой корочки оксалатов на внутренних поверхностях сосудов. Выходит, каждая семья в Тал-Бази имела собственную мини-пивоварню. Еще больше поражает тот факт, что к 3150 году до н. э. – задолго до пожара в Тал-Бази – древние египтяне продвинулись гораздо дальше простого изготовления пива на дому. Уже в те времена его варили в промышленных масштабах – пивоварни использовались для обеспечения пивом рабов на строительстве пирамид в Гизе. Пиво считалось настолько необходимым, что египтяне хоронили усопших вместе с мини-пивоварнями, чтобы и в загробном мире обеспечить их живительным напитком. А источники, датируемые 500-ми годами до н. э., упоминают что в древнем Вавилоне употребляли даже несколько разновидностей – красное, светлое и темное пиво.

Возможно, именно благодаря питательным свойствам пива мы обязаны возникновению письменности и первых городов – другими словами, рассвету цивилизации. Адельхейд Отто, археолог из Мюнхенского университета имени Людвига-Максимилиана, один из руководителей работ на Тал-Бази, и вовсе считает, что Месопотамия обязана своим расцветом питательным веществам, насыщающим пиво в процессе брожения, ведь именно этот напиток обеспечивал жителей основными витаминами. «В то время основу рациона составляли хлеб да ячменная каша, питались люди скудно, – рассказывает Адельхейд. – Пиво было единственным источником нормального развития организма. По моему убеждению, именно это послужило толчком для зарождения цивилизации на Ближнем Востоке».

/upload/iblock/d82/d829e445a06b64114ecfb6ff19962c5e.jpg
Фото: Брайан Финке
/upload/iblock/48f/48f1443a3e61770a17b4fbc5fb70870d.jpg
Фото: Брайан Финке


Вино было излюбленным алкогольным напитком в Древнем Риме, и оттуда оно распространилось по всей империи, достигнув территории современной Франции. В окрестностях города Арль на юге Франции винодел Эрве Дюран совместно с археологами предпринял попытку воссоздать римские вина по рецептуре времен I века н. э., в точности следуя древнему процессу производства. На сборе винограда задействованы местные жители, одетые как римские рабы (справа). Остальные участники, изображающие римских солдат (слева), с удовольствием лакомятся спелыми ягодами. По завершении сбора ягоду мнут массивным дубовым бревном, а полученный сок оставляют бродить в открытых глиняных сосудах. Римляне добавляли в вино весьма неожиданные ингредиенты, вот и Дюран для придания вкуса использовал ирис, пажитник и даже морскую воду.

Нам трудно сдерживать себя

Но есть и оборотная сторона медали. История знает великое множество примеров чрезмерной тяги к спиртному. Пока далекие предки нескольких европейских народов, в том числе французов – кельты – не научились делать вино, им приходилось закупать его у греков, этрусков и римлян.

Я стою на засеянном пшеницей поле в Центральной Франции на археологических раскопках в Коране, дорога к которому тянется по живописному горному серпантину.

Моего гида – археолога с франко-швейцарскими корнями – зовут Мэттью Пу. Нас окружают давно потухшие вулканы гор Центрального массива, упирающиеся вершинами в прозрачно-голубое небо.

В Коране Мэттью руководит работой 50 французских археологов и студентов, изучающих фундамент крупного кельтского церемониального центра. Во II и I веках до н. э. в Коране проживало около 10 тысяч человек. В городе были рынок, храм, театр, несколько сотен домов и множество таверн. Около 140 г. до н. э. вся городская элита поглощала римское вино, причем в таких масштабах, что свидетельства былых кутежей хрустят прямо у нас под ногами – земля усеяна осколками винных амфор. По подсчетам археологов, общий вес битых глиняных сосудов составляет не менее 50 тонн.

Наклонившись, Мэттью вытаскивает из земли черепок размером с ладонь. «Здесь сотни тысяч разбитых амфор, большинство было завезено из Италии, – объясняет он. – Вот в этой есть вкрапления обсидиана – скорее всего, ее изготовили где-то у подножия Везувия».

Знатные римляне предпочитали белые вина, так что плантации красного винограда римские виноделы выращивали, видимо, специально для кельтов.

Торговцы переправляли вино по Средиземному морю на судах вместимостью до 10 тысяч амфор. Далее ценный товар доставляли на север по рекам на небольших баржах. В результате, когда вино несколько месяцев спустя достигало конечной цели маршрута – Корана, его стоимость возрастала в сотни раз. Вино играло одну из основных ролей в ритуальных обрядах, укреплявших статус племенных вождей. Зачастую подобные собрания переходили в буйные пиршества.

«Обычно церемонии отличались помпезностью, при этом они не были лишены жестокости, сопровождаясь битвой на мечах и жертвоприношениями, происходившими прямо посреди трапезы, – рисует картины из прошлого Мэттью. – Перед тем как отправиться в бой, воины как следует напивались». Амфоры никто не откупоривал – горлышки отрубали мечами. Как утверждает Пу, усыпая улицы осколками винных сосудов, правители Корана демонстрировали свою власть и богатство. По подсчетам ученого, проживавшие здесь кельты за столетие осушили от 50 до 100 тысяч сосудов с вином – что эквивалентно 28 тысячам современных бутылок в год. «При этом вина употребляла в основном элита, – продолжает Мэттью. – Простой люд, скорее всего, довольствовался пивом и медовыми напитками».

Конечно, по современным меркам, количество потребляемого в древние времена спиртного не производит большого впечатления. К тому же, с тех пор как в Средние века был отработан процесс дистилляции, люди переключились на более крепкие напитки.

В среднем в мире ежедневно каждый человек старше 15 лет употребляет как минимум один бокал спиртного. Если исключить из подсчета тех, кто вообще не пьет, – а таких, включая детей, примерно половина населения планеты, то получается, что на остальных приходится уже по 2 бокала в день на человека. В Штатах, согласно данным Центра по контролю и профилактике заболеваний США, злоупотребление алкогольными напитками ежегодно уносит около 88 тысяч жизней.

Миллионы лет назад в условиях нехватки пищи увлечение этанолом подтолкнуло приматов к употреблению забродивших фруктов и, очевидно, стало одним из преимуществ в борьбе за выживание в джунглях. В современном мире наши генетические корни и особенности нейрофизиологии играют с людьми злую шутку, приводя к бесконтрольному злоупотреблению алкоголем.

Новейшая история знает массу примеров, когда алкогольные отравления становились настоящим общественным бедствием – и приводили к полному запрету на продажу спиртного. Как пишет Род Филипс, автор книги «История алкоголя», на протяжении столетий общество пытается установить своеобразный баланс: «одновременно позволить людям употреблять спиртное, но при этом не давать им напиваться». Древние греки, похоже, преуспели здесь больше всех. Неотъемлемой частью их духовной и интеллектуальной жизни были симпосии, на которых непременно подавали вино – в разумных количествах. При этом вино всегда разбавляли водой и разливали по украшенным сосудам – кратерам, а подносили его лишь приглашенным на симпосий мужчинам.

Попробовать историю на вкус

DSC_0552.jpgПрошло 24 часа с момента, когда Зарнков смешал ячмень, опару и измельченное зерно в лабораторной емкости. На ночь он убрал смесь в кабинет, прикрыв ее бумажной тарелкой.

Мартин включает свет, и я сразу обращаю внимание на то, что смесь «ожила» – благодаря дрожжам в опаре. Густой осадок на дне стеклянной емкости напоминает размякшие хлопья. Каждые несколько секунд на пенистой поверхности в верхней части сосуда появляется крупный пузырь. Посередине красуется напиток золотистого цвета, на вид напоминающий пшеничное пиво.

По признанию Мартина, идея приготовить пиво по шумерскому рецепту возникла, когда он прочитал текст песни, написанной 5 тысяч лет назад: хвалебная песнь шумерской богине пива Нинкаси скорее напоминала инструкцию по пивоварению.

Мы вместе внимательно смотрим на бурлящий сосуд. «Я не заправлял напиток углекислым газом, не фильтровал его. У него непривычный для современного человека вкус», – предупреждает меня Мартин, процеживая пиво через фильтр.

Я наливаю немного в пластиковый стаканчик. На поверхности плавают кусочки дробленых зерен.

Я осторожно принюхиваюсь.

Глотаю.

Ощущаю терпкий и одновременно сладкий хлебный вкус с легкими нотками кислого яблочного сока.

Мне… нравится.