Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
National Geographic №194, ноябрь 2019
National Geographic Traveler №72, ноябрь 2019 – январь 2020
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Наука

Призраки озера Онтарио. «Хэмилтон» и «Скердж»

Текст: Дэниел А. Нельсон Фотографии: Эмори Кристоф Иллюстрации: Ричард Шлехт
22 мая 2012
/upload/iblock/822/82276ded369cc3cfcd0bebac20d5f35e.jpg
Деревянная фигура на носу корабля «Скердж», который покоится на дне озера Онтарио, поддерживается бушпритом и балками. Фотография сделана с помощью дистанционных электронных технологий. Поднять корабль со дна озера пока не удалось, ведь «Скердж», как и «Хэмилтон», – солидные шхуны длиной по 18 и 22,5 метра.
Фото: Эмори Кристоф, Hamilton-Scourdge Foundation/National Geographic Stock
/upload/iblock/e4d/e4dc35ab27f7b8b87d36ed6317ffef40.jpg
В этом монтаже двух фотографий, снятых с разных углов, перед нами предстает адмирал Горацио Нельсон. Почему-то скульптор вырезал фигуру Нельсона с двумя руками, хотя адмирал потерял правую руку в бою.
Фото: Эмори Кристоф, Hamilton-Scourdge Foundation/National Geographic Stock
/upload/iblock/cf6/cf61269c3d4515a0d5d2656f75003cc2.jpg
Паруса опущены, флаги безвольно висят – в конце спокойного дня «Хэмилтон» и «Скердж» разворачивают весла. Корабли так и не вступили в бой с англичанами. Шторм за несколько минут отправляет корабли на дно. Они затонули возле Порт-Далхаузи, озеро Онтарио.
Фото: Ричард Шлехт
/upload/iblock/4ab/4abb89308edab3d9603a9a68b586c17d.jpg
Один из восьмерых спасшихся со «Скерджа», Нед Майерс, рассказал историю трагедии писателю Джеймсу Фенимору Куперу, и тот включил ее в свой классический морской роман «Нед Майерс, или Жизнь под парусами».
Фото: Ричард Шлехт
/upload/iblock/98e/98e8cf5c2981842317c36a89b429785d.jpg
Поминутный отчет о происшедшем, начиная со шторма, послужил художнику Ричарду Шлехту источником информации для воссоздания картины катастрофы.
Фото: Ричард Шлехт
/upload/iblock/7c1/7c132d0e31e31d99651b34abd56cbc62.jpg
«Вокруг раздавались крики моряков, борющихся с волнами. Я увидел человека возле лодки… бросился к борту и потянул беднягу за шиворот. Он был едва живой, и я с трудом перевалил его через борт. Я огляделся и снова услышал чей-то голос: и этого человека я вытащил за шиворот, с таким же трудом…» (из романа Джеймса Купера «Нед Майерс, или Жизнь под парусами»).
Фото: Ричард Шлехт
/upload/iblock/01e/01e29d5efe334a8021ddcefe568b7d58.jpg
Фото: Эмори Кристоф, Hamilton-Scourdge Foundation/National Geographic Stock
/upload/iblock/32e/32e3bf5b2a55f847bfa8c48d1543a4bf.jpg
«Скердж». Высокотехнологичное задание по подводной археологии: машина с дистанционным управлением, освещением и камерами видеозаписи проплывает над правым бортом корабля «Скердж».Маневренная, словно вертолет, машина фотографирует «Скердж» – секцию за секцией, при полной видимости, на расстоянии трех метров. Изучив фотографии и видеозаписи, художник Ричард Шлехт реконструировал внешний вид судна. Из 50 человек команды выжили восемь. Один из них, Нед Майерс, вспоминал: «Корабль был таким хрупким, что мы никак не могли противостоять стихии». Матросы часто поговаривали о том, что когда-нибудь «Скердж» станет гробом для своей команды.
Фото: Ричард Шлехт
/upload/iblock/326/3265f7a1e190ec3e49e5c61996bc7ee1.jpg
«Хэмилтон». Несмотря на неудачу на озере Онтарио, раньше и «Хэмилтон», и «Скердж» участвовали в успешных атаках на Йорк (так тогда назывался Торонто) и Форт Джордж. Для ближнего боя на «Хэмилтоне» использовались коротко-ствольные карронады (наверху). Традиционные пушки устанавливались на стержне в середине корабля (справа).
Фото: Ричард Шлехт
В марте 1983 года американский журнал National Geographic опубликовал статью про находку двух попавших в шторм и затонувших кораблей времен 1812 года. История крушения одного из этих кораблей легла в основу романа американского писателя-классика Джеймса Купера «Нед Майерс, или Жизнь под парусами».
Сквозь мутную заиленную воду постепенно проступила фигура человека. Рука у сердца, тело наклонено вперед, – казалось, что он любезно приветствует нас. Так подводная камера с дистанционным управлением помогла мне увидеть то, что я искал четыре года. Кто-то у меня за спиной тихо сказал: «Неплохо – после всей проведенной работы. Дэн, мне кажется, ты тоже можешь поклониться». Кланяться я не стал, но мысленно отвесил сотни поклонов – каждому из всех тех, кто помогал вывести на монитор этот образ. То была резная фигура, сделанная с портрета британского адмирала Горацио Нельсона. Когда-то она красовалась на трофейном корабле американского флота – строили его канадцы, назывался он изначально «Лорд Нельсон» (Канада тогда была колонией Великобритании), но американцы переименовали его в «Скердж», а британского адмирала на носу оставили. «Скердж» затонул вместе с другой военной шхуной, «Хэмилтоном», во время шторма на озере Онтарио более полутора веков назад. Лучше всего об этом знаменательном для меня событии в свое время рассказал Нед Майерс, его непосредственный участник. Майерс был матросом американского флота в 1812 году, когда разгорелся конфликт между Британией и США. Одной из причин военного столкновения стала блокада Британией торговли между США и наполеоновской Францией. Война была долгой и масштабной – бои шли от Канады до Луизианы, от Великих озер до океана. Сегодня о Неде Майерсе, конечно же, никто бы и не вспомнил, если бы не два обстоятельства: фотографическая память, которой он обладал от природы, и то, что до войны он отправился в плавание за границу на американском торговом судне вместе с молодым человеком по имени Джеймс Фенимор Купер, но об этом чуть позже.
Ранним утром 8 августа 1813 года «Хэмилтон» и «Скердж», пришвартованные в западной части озера Онтарио, были подхвачены внезапным мощным порывом шквалистого ветра. Оба корабля исчезли мгновенно – закрутились в вихре, были залиты водой и пошли ко дну.
Во время войны 1812 года Майерс служил за границей на военной шхуне «Скердж», которая в составе американской эскадры, включавшей в себя еще одну военную шхуну «Хэмилтон», патрулировала озеро Онтарио. Если «Скердж» когда-то был канадским торговым судном и назывался «Лорд Нельсон», то «Хэмилтон» – торговым кораблем под названием «Диана», но его тоже переименовали и переоборудовали под военные нужды. Как показала история, установка пушек на неподготовленных гражданских судах была плохой идеей: такое переоборудование обернулось трагедией. Ранним утром 8 августа 1813 года «Хэмилтон» и «Скердж», пришвартованные в западной части озера Онтарио, были подхвачены внезапным мощным порывом шквалистого ветра. Оба корабля исчезли мгновенно – закрутились в вихре, были залиты водой и пошли ко дну. Тяжелые пушки сделали легкие торговые суда неустойчивыми. Выжило лишь по восемь человек из каждой команды. Одним из выживших был Нед Майерс, и на протяжении следующих тридцати лет его память хранила все мельчайшие подробности той ужасной ночи. В 1843 году Майерс разыскал своего попутчика по довоенному плаванию, Купера, который к тому времени уже стал одним из ведущих американских писателей. Обладавший, как уже было сказано, замечательной памятью, Майерс в подробностях рассказал Куперу о своей полной трудностей и опасностей жизни моряка, и особенно – о той ночи, когда затонули «Хэмилтон» и «Скердж». В результате появился классический роман о морских приключениях «Нед Майерс, или Жизнь под парусами» Джеймса Фенимора Купера. В романе Нед детально описывает крушение «Скерджа»: «Вспышки молний были бесконечны, они почти ослепили меня. Казалось, наши палубы охвачены огнем. Ничего не было видно. Я не слышал ни криков, ни приказов; только с подветренной стороны шхуны раздавались вопли матросов – они лежали, придавленные орудиями, ящиками с боеприпасами и другими тяжелыми вещами, которые скатились вниз, когда корабль начал заваливаться набок… Вода заливалась в каюты по сходному люку… Я прыгнул и упал в воду в нескольких метрах от того места, где стоял. Похоже, как только я покинул шхуну, она затонула». «Хэмилтон» отправился вслед за «Скерджем». На протяжении следующих 158 лет они лежали на дне моря, всеми забытые, и, кроме рассказа Неда Майерса и кратких ссылок в военно-морском архиве США, о крушении не было никаких свидетельств. Но летом 1971 года Королевский музей Онтарио в Торонто начал историко-исследовательский проект по поиску «Хэмилтона» и «Скерджа» в западной части озера Онтарио. В 1812 году озеро было главным театром военных действий, и именно по нему, а не по дорогам, происходили перемещения войск, снаряжения и продовольствия. Мой друг, доктор Дуглас Ташингхэм, в то время главный археолог Королевского музея Онтарио, попросил меня возглавить этот проект. Вообще-то, моя основная профессия – зубной врач, но увлечение археологией и опыт работы водолазом привели к тому, что я стал научным сотрудником музея. Озеро Онтарио холодное, самые нижние слои вод всегда остаются почти ледяными. Неудивительно, что, в отличие от тропических морей с их теплыми водами и разъедающей солью, прохладные Великие озера – и самое маленькое из них, Онтарио, в том числе, – как правило, отлично сохраняют все, что опускается на их дно. В нашем случае эта особенность была крайне важна. Книга Купера изобилует детальными описаниями кораблей и, что не менее важно, дает некоторое представление об их местонахождении на дне озера Онтарио. Точное место, разумеется, определить было невозможно. Но Нед Майерс все-таки дал мне бесценную подсказку. То, что начиналось как рядовой исследовательский проект, постепенно увлекло меня целиком и полностью. Мне уже было мало просто собрать информацию о «Хэмилтоне» и «Скердже» – я твердо решил отыскать и исследовать сами корабли. С самого начала три замечательных человека не только мирились с моей навязчивой идеей, но даже поддержали ее: моя жена Нэнси, Дуг Ташингхэм и доктор Питер Слай, старший научный сотрудник Канадского центра внутренних вод. Это государственное исследовательское учреждение, которое занимается изучением и охраной канадских озер и рек, – в обязанности Питера долгие годы входило исследование дна озера Онтарио. Но с чего начать поиски? Исторические документы, особенно времен войны, нередко составлялись невежественными или предубежденными авторами. Для поиска двух кораблей мне были нужны подлинные беспристрастные документы, в которых излагались бы чистые факты, а не мнения. Идеальный вариант такого документа –судовой журнал, и меня страшно огорчало, что журналы «Хэмилтона» и «Скерджа» были утрачены. Я задумался: где же можно отыскать судовые журналы других кораблей американской эскадры? Я написал в министерство флота США в Вашингтон и запросил нужные мне бумаги, но получил отрицательный ответ. В Государственном архиве, однако, оказался журнал флагманского корабля британского флота «Вульф», который вел перестрелку с американской эскадрой за день до того, как затонули «Хэмилтон» и «Скердж». Может ли представлять какой-то интерес копия судового журнала «Вульфа»? Я был уверен, что может. Я так и не узнал имя британского офицера, стоявшего в карауле на палубе «Вульфа» в то роковое утро – воскресенье 8 августа 1813 года, – но испытываю к нему безмерную благодарность: он аккуратно внес в журнал все, что увидел. «Утро. Легкий, переменный ветер, очень теплая погода. 5 часов: Залив сороковой мили на расстоянии 8 миль юго-юго-запад, ветер с юга. На западе по левому борту видна эскадра врага, на расстоянии 4–5 лиг. Мы поставили паруса и повернулись к ней… ». Залив сороковой мили все еще существует под тем же названием – он находится в западной части озера Онтарио, у его южного берега, возле городка Гримсби. Утром 8 августа 1813 года позиция «Вульфа» была 8 миль север-северо-восток от устья залива. Если смотреть отсюда, американская эскадра располагалась на юго-востоке, а расстояние «4–5 лиг» составляет 12–15 миль. Таким образом, я определил зону поиска, но оставалась одна небольшая проблема. Запись в журнале «Вульфа» была сделана в 5 утра, примерно через четыре часа, после того как «Хэмилтон» и «Скердж» затонули. Сколько миль прошли американские шхуны за это время? Ответ мне дал Нед Майерс: ни одной. В романе Купера, Неда подобрали к тому моменту, как затонул еще один корабль американцев – «Джулия». Проспав несколько часов, Нед вышел на палубу около 6 утра и увидел сцену, которую невозможно было забыть: «За часы, прошедшие с момента крушения, эскадра почти не сдвинулась с места… мы проплывали мимо многочисленных свидетельств нашей трагедии. Повсюду на поверхности воды были разбросаны обломки палуб и мачт, сети, шляпы…» Это значило, что координаты американской эскадры, зафиксированные на «Вульфе», совпадали с координатами «Хэмилтона» и «Скерджа». Пора было начинать поиски под водой. Приняв во внимание значительную поправку на погрешность в расчетах места крушения, я отметил на карте дна озера Онтарио территорию площадью 82 квадратных километра, на которой, как я считал, должны лежать затонувшие корабли. Затем попросил Питера Слая и его коллег о первой из многочисленных услуг – и все они, спешу с благодарностью заметить, были мне щедро оказаны. В наши дни стандартный способ поиска месторасположения затонувших кораблей – исследование дна подводным магнитометром. Его сенсоры могут определить значительное скопление железа, например пушек, на больших глубинах. Когда затонувший объект найден, чаще всего для определения его размера и очертаний используют гидролокатор бокового обзора. У специалистов Канадского центра имелся такой гидролокатор, а также системы навигации и записи данных, и они согласились предоставить оборудование мне, вместе с исследовательским судном. Еще более ценным приобретением был сам Питер Слай, ставший виртуальным участником наших поисков. Взяв напрокат магнитометр, мы наконец приступили к делу. После нескольких пробных попыток в 1972 году осенью 1973-го мы начали полномасштабное подводное исследование. Первые результаты оказались неутешительными. Среди многочисленных находок, сделанных магнитометром, гидролокатор определил груду стальных балок для моста, упавших с грузового судна несколькими годами ранее, и разбросанные по всему дну учебные артиллерийские снаряды в той части озера, где проходили учения канадских войск во времена Второй мировой войны. И вот, за неделю до истечения срока аренды судна, когда первоначально определенная территория была уже изучена, меня осенило. Предположим, офицер с «Вульфа» неправильно определил расстояние до американской эскадры. А вдруг вражеские корабли находились в полных 15 милях к востоку от «Вульфа»? Тогда они должны были уйти на ночь в устье Ниагары под защиту дружественных орудий форта Ниагара. На следующее утро я попросил сместить поиски чуть дальше на запад от нашей заранее определенной зоны. Времени оставалось мало, и мы искали лишь с помощью гидролокатора. Во время последней попытки прибор зарегистрировал наличие какого-то крупного объекта на глубине около сотни метров на дне озера. Мы не располагали временем для дальнейших исследований, поэтому лишь отметили это место в журнале и нехотя повернули к берегу. Выбора у нас не было – приближалась зима. Поиски удалось возобновить лишь два года спустя. У Канадского центра внутренних вод было много важных проектов, и мы могли использовать судно и поисковое оборудование, только когда это позволяли обстоятельства. В июле 1975 года, когда я принимал пациента в больнице Святой Екатерины, мне позвонил Питер Слай. Его тон был спокоен и невозмутим, но я почувствовал в его голосе скрытое волнение. «Рич Томас, мой коллега, на борту “Лимноса” исследовал гидролокатором тот объект, который вы отметили в 1973 году. Корабль пришвартован у первого шлюза на канале Велланд. У нас есть кое-что, что может вас заинтересовать. Вы сможете к нам выбраться?», – спросил Слай. На корабле меня уже ждали. Подойдя к трапу, я увидел Рича и всю команду, выстроившуюся у перил. Все улыбались, как отряд чеширских котов. Не говоря ни слова, меня проводили в рулевую рубку и подвели к рабочему столу, на котором были разложены несколько записей показателей локатора.
На корабле все осталось точно так же, как в момент его гибели – пушки в боевой готовности, сложенные рядом ядра, абордажные сабли и топоры под рукой.
Это были корабли. Не крошечные, едва различимые тени, а прекрасно очерченные силуэты шхун XIX века. «Ну как, Дэн, – спросил, улыбаясь, Рич, – стоило ради этого приезжать сюда?» Да, это стоило даже четырех лет попыток и разочарований. И я знал, что впереди будет еще больше работы. Мы пока не могли доказать, что эти корабли – действительно «Хэмилтон» и «Скердж». При всем их совершенстве, снимки гидролокатора не могли точно определить, что это за корабли. Рано или поздно нам необходимо было обследовать их на месте с помощью водолазов или подводных аппаратов, управляемых вручную либо дистанционно. На следующий год в ноябре появилась такая возможность, когда Канадский центр внутренних вод начал испытания нового подводного аппарата TROV, созданного Международным институтом подводного машиностроения Британской Колумбии. На нем была установлена телевизионная камера, которую удалось направить на объект: позже выяснилось, что это была кормовая часть «Хэмилтона». Пока мы сидели, прикованные к экрану, TROV показывал нам панораму бревен, руля, остова корабля, остатков человеческих скелетов и, самое важное, – открытого ящика с пушечными ядрами. Когда он появился на экране, я не удержался от аплодисментов, чем очень удивил Джека Роу, оператора TROV: «Что такого особенного в пушечных ядрах?» – недоумевал он. «Пушечное ядро или пушка – неважно, – ответил я. – Любое из них – доказательство того, что мы видим перед собой “Хэмилтон” или “Скердж”. После войны, в 1817 году, Британия и Соединенные Штаты Америки подписали Соглашение Раша-Багота. Оно фактически разоружило все корабли на Великих озерах, за редким исключением. Поэтому любые затонувшие суда, на которых были пушки или пушечные ядра, должны были затонуть не позже времен войны 1812 года. Сейчас вы видите вооруженную шхуну, а ведь известно, что лишь две из них были потеряны в этом районе во время войны – “Хэмилтон” и “Скердж”. Значит, это точно одна из них». Я отметил, что корабль сохранился в отличном состоянии. Через видеосистему прибора было видно: корпус и оснастка почти не пострадали от того, что 160 лет пролежали в холодной воде. Как подтвердилось позднее, на корабле все осталось точно так же, как в момент его гибели – пушки в боевой готовности, сложенные рядом ядра, абордажные сабли и топоры под рукой. Этот корабль был настоящей мечтой археолога. Во времена первых поселенцев мало что документировалось, в том числе дизайн кораблей и методы строительства. Кораблестроители и плотники больше доверяли своим инстинктам, чем чертежной доске, и очень немногие их знания остались зафиксированными на бумаге. Получается, «Хэмилтон» и «Скердж» – отличные трехмерные образцы, содержащие богатый и крайне ценный исторический материал. Вглядываться в постоянно колеблющуюся картинку, передаваемую аппаратом, – все равно что смотреть в окно прекрасного зала музея флота, посвященного XIX веку. Какое-то время у нас не было разрешения войти в этот музей, потому что флот США и полтора века спустя все еще оставался официальным владельцем «Хэмилтона» и «Скерджа». Чтобы мы могли изучить или поднять корабли, права на них должны были быть официально переданы соответствующей канадской организации. Начались переговоры, и при содействии Национального географического общества к 1979 году все формальности были улажены. Благодаря Джону А. Макдональду, в то время мэру города Хэмилтон провинции Онтарио, и Вильяму М. Маккаллоху, члену городской управы и знатоку канадской истории, права на «Хэмилтон» и «Скердж» были переданы городу Хэмилтону, располагавшемуся неподалеку от места крушения. Позднее город оказал щедрую финансовую поддержку нашим исследованиям и даже отвел живописную площадку, на которую можно было бы установить корабли, если бы их удалось поднять. В то же время специалисты Канадского центра внутренних вод составили полную карту места крушения. Наши опыты с TROV показали: дно озера было настолько мутным от осадка, что фото- и видеосъемку с близкого расстояния пришлось ограничить. Этот факт почти стоил мне и Альберту Фалько уникального вида «Хэмилтона». Альберт Фалько – рулевой «Сукупа», подводного аппарата, показанного в знаменитых фильмах французского подводного исследователя Жака Кусто. Летом 1980 года, когда мы еще составляли карту с помощью гидролокатора, капитан Кусто начал работу над фильмом, действие которого происходило в том числе и на Великих озерах. Он услышал о «Хэмилтоне» и «Скердже» и захотел взглянуть на изображения кораблей, сделанные гидролокатором. Когда я показал ему несколько снимков, он воскликнул: «Мы должны туда попасть!» И вот сентябрьским утром перед нами с Фалько предстал «Хэмилтон». Мы направили аппарат вдоль корпуса корабля, от кормы к носовой части. Выглядывая через смотровое отверстие, Фалько неожиданно столкнулся с прекрасной женщиной – резной фигурой на носу «Хэмилтона». Вначале, как я уже говорил, корабль назывался «Диана», сходства резной фигуры под бушпритом с античной богиней не заметить было нельзя. Фалько был восхищен. «Ah, la, la, magnifique! Charmante! Fantastique!» – из него так и лились галльские комплименты. «Все тридцать лет, что я занимаюсь дайвингом, – признался он позже, – я мечтал увидеть что-нибудь столь же прекрасное. Спасибо, mon ami, за то, что ты исполнил мою мечту». После того погружения вместе с Фалько я больше никогда не опускался на место крушения, но я исследовал его так подробно, как будто лично прошел по палубам кораблей. С помощью подводного зонда, сконструированного 29-летним гением электроники Крисом Николсоном, и дистанционно управляемого аппарата нам удалось проникнуть сквозь облако подводного осадка и навести камеру на идеально сохранившиеся в холодной воде корабли. Зонд с камерой продолжил исследование «Хэмилтона» и «Скерджа», от носа до кормы. Сейчас мы обладаем самыми детальными изображениями кораблей, лежащих на глубине около ста метров. Жители Хэмилтона могут особенно ими гордиться, ведь их город и правительство провинции Онтарио профинансировали большую часть нашего проекта. На снимках видно, что корпуса «Хэмилтона» и «Скерджа» почти не пострадали: ни на килях, ни на обшивке нет никаких видимых повреждений. Снасти обоих кораблей смыло водой, сломанные балки в беспорядке валяются на палубах. Но три-четыре мачты все еще стоят, стеньги тоже в основном сохранились. Кажется, что после небольшого ремонта эти солидные корабли снова можно спускать на воду. В любом случае история «Хэмилтона» и «Скерджа» далеко не окончена. Впереди еще много дел, и, как сказал матрос, изменивший мою жизнь, – Нед Майерс, – «я рассказал о прошлом так правдиво, как только мог. О будущем лишь богу известно…».