Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Журнал №193, октябрь 2019
Журнал №71, сентябрь–октябрь 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Наука

Римская лодка

Текст: Роберт Кунциг Фотографии: Реми Бенали
25 апреля 2014
/upload/iblock/7fb/7fba0a58c9ae68145703b8c2b4adaacb.jpg
Последнее плавание «Арль-Роны 3» подходит к концу – корабль причаливает к берегу, везя на борту 30 тонн строительных камней с каменоломни, расположенной в 14 километрах к северу от города. В I веке н. э. Арль был оживленным торговым перекрестком. Путь из Рима в Испанию проходил по понтонному мосту через Рону. Корабли с товарами из Средиземноморья тянули против течения реки, и в Арле товары перегружали на другие суда, которые развозили их по всей Франции. Источник: Сабрина Марльер, Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Джейми Джонс
/upload/iblock/3a8/3a8f915c2d41b42451a31df0d79f2873.jpg
Масляная лампа принадлежала членам экипажа. Лампа - 8 см. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/dc8/dc8eb3fad5d3eea387cc3ead583e3f4d.jpg
Судя по клейму на доске, это работа представителей семьи судостроителей Постумиев. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/10d/10d83260227c7024d0aa417242d40835.jpg
Профиль Нерона украшал найденную в иле монету, но не исключено, что корабль был выстроен еще до его правления, сразу после 50 года н. э. Монета - 3,5 см. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/979/9799d89c22f2900fe41486b9b66a4b79.jpg
Железный меч, 48 сантиметров. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/012/01267d64e0ff962f1d53548694bfe65b.jpg
Нож с костяной рукояткой, 13,6 сантиметров. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/b61/b6142935f7131926bdab60454ea36c4d.jpg
Чтобы поднять со дна «Арль-Рону 3», археологам пришлось покопаться в древнеримской мусорной свалке, которая сама по себе была настоящей сокровищницей. По большей части она состояла из амфор, но попадались и другие предметы обихода римлян, например, керамический кувшин в форме собаки (на фото), нож с костяной рукояткой; железный меч; декоративный наконечник шпильки для волос, вырезанный из кости. Длина кувшина - 25 сантиметров. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/158/15839b39959e433972204804eae73a63.jpg
Бюст в натуральную величину – по предположению ученых, изображение Юлия Цезаря – был найден на дне Роны в Арле в 2007 году. В 49 году до н. э. на городских судоверфях по приказу Цезаря выстроили десяток боевых кораблей. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/1a2/1a27bc3f2b2331282a888cd62763046a.jpg
Барельеф II или III века изображает перевозку грузов в Римской Галлии – на борту речных судов, которые тянули против течения «упряжки» из нескольких человек. Авиньонский музей каменных изваяний, Фонд Кальве.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/112/112130dda491781f267cd8eeca56a507.jpg
Декоративный наконечник шпильки для волос, вырезанный из кости, 4 сантиметра. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/5ec/5ec4d586f0778cefc2022cf35f98bdf3.jpg
Обвитый змеем бог Сабазий украшает 45-сантиметровый кратер - сосуд, в котором во время церемоний вино разбавляли водой. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/006/00664473ceb88113d620697cd20e986b.jpg
Изготовленный в Италии в первом веке нашей эры 17-сантиметровый кувшинчик был найден чуть ниже по течению реки. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/0db/0dbe25ad9550f3f0d0196d5165775650.jpg
На дне реки, которая нечасто балует водолазов такой чистой водой, покоились тысячи глиняных сосудов. Эта испанская амфора была когда-то наполнена рыбным соусом.
Фото: Тедди Сегуин и Лионель Ру
/upload/iblock/f73/f73ed01a165a635ef3727cb5de60f5ce.jpg
Речное торговое судно длиной 31 метр, построенное римлянами в I веке н. э., в 2011 году было поднято со дна Роны во французском городе Арль. Две тысячи лет оно покоилось под слоем речного ила и, выйдя сухим из воды, прошлой осенью заняло место в экспозиции местного Музея древностей. Его охраняет мраморный Нептун, которого тоже нашли в реке. Изображение составлено из нескольких снимков; Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/035/03588553d59460d4fad0d32cff689b11.jpg
Ученые предполагают, что, когда корабль затонул, он был пришвартован у причала. Среди найденных на борту предметов был этот железный серп. Человеческих останков на судне не обнаружено. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/d38/d388d12e9662fdaf8ff4a93230771449.jpg
Роскошные находки в слоях ила, под которыми был погребен «Арль-Рона 3», свидетельствуют о богатстве римского Арля. Эта бронзовая ваза высотой около полуметра была украшена двумя ручками в форме морского чудовища с головой собаки и хвостом дельфина. Вероятно, ваза выпала за борт при разгрузке. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/3ef/3efade232ac126656d8ace3c043eb593.jpg
Этот дамский портрет, вырезанный в янтаре или сердолике, мог служить печатью; он примерно с ноготь величиной. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
/upload/iblock/f7c/f7c319f9c92ce20ecd8c5f087a1db01e.jpg
Браслет из медного сплава диаметром 9 сантиметров был одним из многих украшений, найденных при раскопках. Музей древностей Арля и Прованса.
Фото: Реми Бенали
Останки древнего корабля рассказали о расцвете великой империи.
Древний Рим заполоняли не только варвары, была и еще одна проблема – мусор. В основном – амфоры: миллионы глиняных сосудов, в которых по всей империи развозили вино, оливковое масло и рыбный соус. У римлян не было привычки использовать емкости по нескольку раз. Порой они даже не утруждались вытащить пробку – куда быстрее было отсечь горлышко, содержимое вылить, а саму амфору выбросить. В результате, например, холм Монте Тестаччо в Риме – гора высотой 50 метров и площадью два гектара – состоит исключительно из осколков амфор. По предположению археологов, мусорная гора начала расти в I веке нашей эры, когда империя приближалась к расцвету.
Летом 2004 года водолаз Пьер Джустиниани пытался отыскать среди хлама на дне реки что-нибудь ценное для археологов. Его ждал сюрприз.
Примерно в это же время в городе Арль на берегах реки Роны на юге современной Франции портовые грузчики решали проблему по-своему – бросали пустые сосуды в реку. Арль был процветающим портом, открывавшим ворота в Римскую Галлию. Сюда свозили грузы со всего Средиземноморья, чтобы обеспечить северные рубежи империи. «Это был город на перекрестке всех дорог, куда стекались товары отовсюду», – говорит Дэвид Джауи, археолог из местного Музея древностей. Юлий Цезарь даровал жителям Арля римское гражданство в награду за военную поддержку. В центре города сохранился амфитеатр, где для увеселения 20 тысяч зрителей устраивались гладиаторские бои. Все это финансировал порт, растянувшийся вдоль правого берега Роны на добрый километр. От него мало что осталось – лишь на дно реки легла тень древней мусорной свалки. То, что для римлян было мусором, для нас – сокровище. Летом 2004 года водолаз Пьер Джустиниани пытался отыскать среди хлама на дне реки что-нибудь ценное для археологов. Его ждал сюрприз: на глубине четырех метров из-под ила вздымалась деревянная громада. Это была корма корабля. 31-метровое судно пролежало под слоями ила и осколков амфор почти два тысячелетия, целое и невредимое. На борту сохранился последний груз и даже личные вещи членов экипажа. В июне прошлого года, когда реставраторы готовились представить находки посетителям Музея древностей Арля и Прованса, мне довелось провести в городе неделю. Я поселился в каменном домике с видом на Рону, с террасы на крыше мне было видно набережную на правом берегу реки, где мы с фотографом Реми Бенали в 2011 году нашли два больших ржавых гвоздя ручной ковки. Бросив взгляд на большой транспортировочный контейнер, одиноко стоявший на пустой набережной, я вспоминал, как тогда, в 2011-м, этот контейнер на целых семь месяцев превратился в улей, где роились водолазы и археологи. Каждый день они ныряли в реку, откачивали ил, ручными пилами распиливали корпус судна на десять частей, а потом по одному поднимали фрагменты на берег при помощи крана. Наши гвозди выпали из одного из размокших бревен – а значит, они были сделаны примерно в то же время, что и гвозди на распятии Иисуса Христа. Глядя вниз на Рону – серую, будто больную, всю в завихрениях водоворотов, – я старался представить себе, что хочу туда нырнуть. Очень старался, но не мог. Люк Лонг тоже поначалу не мог себе этого представить. Лонг – археолог, чья команда обнаружила корабль. Он ныряет на дно Роны уже десятки лет, но до сих пор не может забыть тот самый, первый, раз. Лонг работает в Департаменте подводных археологических исследований (DRASSM) – ведомстве, которое было создано, чтобы охранять подводное богатство Франции. В 1986 году, когда Лонг уже успел повидать немало кораблей, затонувших в Средиземном море, его друг, водолаз и охотник за сокровищами Альбер Иллуз, принялся стыдить Люка за то, что в свою родную реку тот до сих пор ни разу не нырнул. По словам Лонга, жители Арля испокон веков побаивались Роны, сулившей наводнения и болезни. Лонгу с детства внушали держаться подальше от реки. «В общем, у меня не было ни малейшего желания нырять в Рону», – вспоминает археолог. Как бы то ни было, одним ноябрьским субботним утром Лонг и Иллуз вошли в реку как раз напротив того места, где теперь расположился Музей древностей. Температура воды была около девяти градусов по Цельсию. Видимость составляла не более метра – для Роны это ясный день. Вода пенилась и источала зловоние – где-то неподалеку был сброс канализации. Сильное течение сбивало с ног, водоросли прилипали к лицу. На шестиметровой глубине Лонг нащупал колесный колпак: оказалось, под водой скрывался целый грузовик. Люк осторожно пробрался в кабину. На водительском сиденье примостилась древнеримская амфора. Дальше – больше: они с Иллузом проплыли над целым полем амфор. Лонг никогда не видел такого множества сосудов в почти идеальной сохранности. Его судьба была предрешена – с тех самых пор и по сей день он исследует и картографирует древнеримскую мусорную свалку. Лонгу и его команде пришлось привыкнуть к постоянному мраку, напитанному грязью и болезнетворными микроорганизмами. В дебрях тележек из супермаркетов и затонувших автомобилей им изредка приходилось встречаться с гигантскими сомами. Двухметровые великаны выплывали из тьмы и кусали водолаза за ласты. Такие встречи всегда оставляли неприятный осадок. «Когда что-то тянет тебя за ласт, – говорит Лонг, – наступает миг страшного одиночества. Эти несколько секунд запоминаешь на всю жизнь». Первые лет двадцать никто особо не интересовался, чем он там занимается. И вот в 2004 году его команда обнаружила корабль, который они окрестили «Арль-Рона 3» (ранее подводные археологи нашли останки двух других кораблей). Лонг не представлял, согласится ли кто-нибудь выделить деньги, чтобы поднять находку со дна реки. Вместе с коллегой они отпилили фрагмент торчавшей из ила кормы и изучили его до последней щепочки. В 2007 году эстафета по исследованию «Арль-Роны 3» перешла к трем археологам помоложе – Сабрине Марлье, Дэвиду Джауи и Сандре Грек. К затонувшему судну погружалась новая команда, а тем временем Лонг принялся разбирать древнеримскую свалку метрах в пятидесяти выше по течению. Ему стали попадаться фрагменты сооружений древнего города – громадные каменные блоки и даже капитель коринфской колонны. Он начал находить и статуи – то Венеру, то пленного галла. Мало-помалу о его находках пошли слухи. Французская таможенная полиция предупредила Лонга: вполне возможно, за ним следят воры – охотники за древностями. Когда его коллеги нашли статую Нептуна, бога морей и моряков, было решено поднимать ее со дна реки ночью. Не успел водолазный сезон подойти к концу, как Пьер Джустиниани – тот самый член команды, который нашел «Арль-Рону 3», – обнаружил статую, которая изменила все. Едва взглянув на мраморный бюст, ученые поразились его сходству с изображениями Юлия Цезаря. Портреты Цезаря – большая редкость. Ученые не исключают, что из всех статуй, дошедших до наших дней, лишь эта была изваяна при жизни императора. Возможно, статую высекли сразу после того, как Юлий Цезарь провозгласил Арль римской колонией, положив начало долгой эпохе процветания. «Поймите, – говорит Клод Синте, директор Музея древностей, – Арль городок небольшой, небогатый. В 1984 году закрылся локомотивостроительный завод, а за последние десять лет – рисовая и бумажная фабрики. Остался практически один туризм». Туристы едут сюда прежде всего из-за Ван Гога, прожившего в Арле год и запечатлевшего городок на своих полотнах. Известны римские постройки – амфитеатр, термы, акведук. Но и здешняя земля таит в своих недрах множество памятников истории римлян – где ни копни, всюду наткнешься на римские камни или плитки. Судя по выставке, которую Клод Синте организовал, когда новость о бюсте Цезаря облетела весь мир, это – золотая жила. «Выставка имела невероятный успех, – говорит Синте. – Когда в обыкновенный, ничем не примечательный городишко вроде нашего приезжает 400 тысяч туристов, для чиновников это сигнал: надо вкладывать деньги, и можно получить хорошую прибыль». К осени 2010 года, когда выставка близилась к закрытию, городские власти задумались об инвестициях в туризм. И тут Евросоюз объявил Марсель и весь Прованс культурной столицей Европы 2013 года. Появилась возможность получить девять миллионов евро – на эти деньги можно было пристроить к Музею древностей новое крыло и выставить там римский корабль. Было лишь одно «но» – проект необходимо было закончить к 2013 году. Надо понимать, что такое древний деревянный корабль и что такое Рона. Речной ил успешно защищал дерево от микробиологического разложения, но вода растворила целлюлозу и заполнила клетки древесины, отчего корабль размяк и сделался пористым, как губка. «Деревянную конструкцию держала только вода, – рассказывает Франсис Бертран, директор ARC-Nucl?art, реставрационно-консервационной мастерской в Гренобле. – Если бы она испарилась, все бы тут же обрушилось». Было решено на несколько месяцев погрузить дерево в полиэтиленгликоль, а затем заморозить и высушить в вакууме в особых условиях, при которых лед, минуя жидкое состояние, превращается в пар. Иными словами, нужно было постепенно напитать древесину полимером, прежде чем обезвоживать ее. Но корабль предстояло разрезать на части, которые поместились бы в сушильные камеры. Было ясно, что на все это уйдет почти два года. Это означало: на то, чтобы поднять корабль со дна Роны, оставался лишь один полевой сезон 2011 года. «Гиблая это была затея», – вспоминает Бенуа Пуанар, профессиональный водолаз и археолог. В Рону можно уверенно погружаться только с конца июня по октябрь – в остальное время течение слишком сильное. А за три-четыре месяца поднять «Арль-Рону 3» на берег было невозможно. Но вот настал 2011 год. Зимой снегопадов в Альпах практически не было, а весной почти не было дождей. Течение Роны оказалось таким спокойным, что команда Сабрины Марлье начала погружаться на дно уже в начале мая. В том месяце видимость достигла почти невероятных полутора метров. Марлье впервые разглядела затонувший автомобиль, рядом с которым плавала до этого четыре года. Команда работала до самого ноября. В конце полевого сезона, когда реставраторы из ARC-Nucl?art разбирали на части нос кораб-ля на берегу, им попался серебряный динарий размером с десятицентовую монету. Строитель корабля спрятал его между двумя досками как талисман – и талисман принес удачу его детищу через две тысячи лет. Когда «Арль-Рона 3» пошел ко дну, на его борту было 30 тонн строительных камней – плоских известняковых плит разных размеров и форм толщиной от 8 до 15 сантиметров. Их везли с каменоломни в Сан-Габриэль, расположенной в 14 километрах к северу от Арля. Можно предположить, что предназначались они для какой-нибудь стройки на правом берегу или в болотистых угодьях к югу от города. Нос судна был обращен против течения – а значит, оно было пришвартовано у причала. Возможно, его потопил внезапный сильный паводок. Когда стихия отступила, взметнувшееся вверх облако осадочных отложений осело, покрыв корабль 15-сантиметровым слоем ила. Под этим «одеялом» из ила Марлье и ее команда обнаружили личные вещи экипажа: серп, которым щепили древесину, чтобы разжечь огонь; долий – большой глиняный сосуд, – расколотый на две части, так что из него получилась жаровня; тарелка и кувшин. «Этот корабль просто чудо, – говорит Марлье. – Не хватает только капитана за штурвалом. А в остальном у нас полный комплект». Корабль восстал из вод, остановив мгновенье истории Древнего Рима. Но те девять сотен кубометров речного ила и древнеримского мусора, которые в конце концов похоронили его под собой, растягивают мгновенье на сотни лет. Будто в замедленной киносъемке, перед нами разворачивается история Арля – некогда мощного торгового порта. В полумраке цокольного этажа музея древностей мы с Дэвидом Джауи идем между длинными рядами амфор. Материала для исследования очень много, даже слишком много. Археологи уже вернули 120 тонн керамических черепков на дно реки, в яму, где раньше покоилось судно. Я спрашиваю Джауи о каменных блоках. Он говорит, что отреставрированный корабль не смог бы выдержать такую тяжесть, и потому музейщики загрузили его легкими копиями. Мы выходим из музея через служебный выход. А вот и они, камни, – свалены возле большого мусорного ящика. Им уготована та же участь – возвращение в реку.?