Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Но есть и хорошие новости!
Путешествия

Храня тайны Амазонии

Текст: Скотт Уоллис Фотографии: Николис Рейнар
03 января 2012
/upload/iblock/486/4865f1c757a19741df8c5735565ff68f.jpg
Но столкновение с внешним миром несет беды и для самих изолированных племен, говорит Поссуэло. Месторождения золота (на фото), граничащие с землями индейцев, - еще одна проблема в будущем. «До контакта индейцы живут в потерянном раю, - говорит он, - я просто даю им еще немного времени».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/179/179211f830f5de48b25bbd9a49f842ca.jpg
Сделав ряд неглубоких отверстий в нижней части бревна, выдалбливают дерево до тех пор, пока не наткнутся на эти отверстия, что обеспечивает равномерную толщину корпуса каноэ. Затем отверстия затыкают.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/883/8835d133f065ae9585ec414d2d8155ec.jpg
Сделав ряд неглубоких отверстий в нижней части бревна, выдалбливают дерево до тех пор, пока не наткнутся на эти отверстия, что обеспечивает равномерную толщину корпуса каноэ. Затем отверстия затыкают.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/4f2/4f2d3e85d2eac4271d74eed6e50a08d2.jpg
Завершив свою миссию, Поссуэло и его спутники мастерят каноэ, на которых поплывут домой. Топорами они валят два больших дерева и мачете обдирают коры со стволов.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/3a0/3a0d433d18ec94adcb53439d30864db9.jpg
Еще одна загадка: как изгнать группу неиндейских поселенцев, которые нелегально находятся в резервации Жавари? Поссуэло против всех поселенцев, но его оппоненты говорят, что освоение бассейна Амазонки так же естественно, как и ливень в тропическом лесу (на фото), и так же неизбежно.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/df0/df0c6d9f4b28ad3f58600a2afda7bc89.jpg
Ужасное зловоние исходит от мертвой анаконды. Кто убил ее здесь, на берегу реки Куруэны?
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/590/590defb845237388cc6c2fc5a73cd7af.jpg
Но любопытство канамари было сильнее страха. Нарушая первую заповедь Поссуэло - «не установи контакт», эти двое ускользают и натыкаются на пустую деревню флечейрос. Они находят ритуальные маски из длинных полос древесной коры.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/80b/80b6f1b12d07b95faeb8bfdac48068df.jpg
Тепи - наш охотник и следопыт - родился около 25 лет назад, примерно тогда же чужаки впервые вступили в контакт с его племенем матис. И хотя он бывал в хаосе «городских джунглей», но живет по законам и традициям своего племени: делает татуировки, носит украшения в носу и ушах. «Индейцы невозмутимы, - говорит Поссуэло, - для них белые слишком много говорят».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/fe4/fe4657b14a49331e7df5691573209b49.jpg
Когда у верховьев река становится слишком мелкой, отряд пакует снаряжение и выступает пешком.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/3b7/3b79e16bb14707f4cb5e97712ea82bf4.jpg
Но столкновение с внешним миром несет беды и для самих изолированных племен, говорит Поссуэло. Месторождения золота (на фото), граничащие с землями индейцев, - еще одна проблема в будущем. «До контакта индейцы живут в потерянном раю, - говорит он, - я просто даю им еще немного времени».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/3b3/3b3e21398aae679e9151a73b950c8262.jpg
Корпус размягчают, нагревая на огне, что позволяет раздвинуть борта и забить внутрь деревянные распорки.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/2fa/2fadea68067f81625edec7ddf3346822.jpg
Завершив свою миссию, Поссуэло и его спутники мастерят каноэ, на которых поплывут домой. Топорами они валят два больших дерева и мачете обдирают коры со стволов.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/e03/e030ef1cfaa8e31bafacf32bf33d0cfd.jpg
Еще одна загадка: как изгнать группу неиндейских поселенцев, которые нелегально находятся в резервации Жавари? Поссуэло против всех поселенцев, но его оппоненты говорят, что освоение бассейна Амазонки так же естественно, как и ливень в тропическом лесу (на фото), и так же неизбежно.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/cf6/cf69f240c1353cf97bd3e394f4ab609c.jpg
Тепи - наш охотник и следопыт - родился около 25 лет назад, примерно тогда же чужаки впервые вступили в контакт с его племенем матис. И хотя он бывал в хаосе «городских джунглей», но живет по законам и традициям своего племени: делает татуировки, носит украшения в носу и ушах. «Индейцы невозмутимы, - говорит Поссуэло, - для них белые слишком много говорят».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/aef/aefe2239c2ad63fa107c5905ddecc836.jpg
«На универсальном языке джунглей, - шепчет Поссуэло, - это значит "не иди дальше!". Наверное, мы подходим к их деревне».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/038/0383a806000131fd1d38fee61fc34c7b.jpg
«На универсальном языке джунглей, - шепчет Поссуэло, - это значит "не иди дальше!". Наверное, мы подходим к их деревне».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/b26/b26b5449406f44fda29e7282c7cdcd32.jpg
Такая обработка глаз болезненна, но помогает увидеть детали в зелени джунглей, например шерстистую обезьяну, которой можно перекусить.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/cf2/cf2eb9b9c5d1ec30a21cb97453a409ec.jpg
Такая обработка глаз болезненна, но помогает увидеть детали в зелени джунглей, например шерстистую обезьяну, которой можно перекусить.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/553/5534b79917a0d51b1bc642de4316eae1.jpg
Ужасное зловоние исходит от мертвой анаконды. Кто убил ее здесь, на берегу реки Куруэны?
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/792/7929d189b88ffe28d06243412e098247.jpg
Некоторые индейцы с помощью пальмовых листьев обрабатывают глаза мазью бурити.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/c8b/c8be0007fc7b4cd4432064228e459520.jpg
Цель Поссуэло - обнаружить места обитания флечейрос для того, чтобы власти могли защитить их от контактов. Наш отряд запасается всем самым необходимым. Охота на берегу реки Итакуаи была удачной: ее участники добыли несколько диких свиней пекари.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/8b1/8b1d471ead5657626b7dd9d46fe7e9dc.jpg
Цель Поссуэло - обнаружить места обитания флечейрос для того, чтобы власти могли защитить их от контактов. Наш отряд запасается всем самым необходимым. Охота на берегу реки Итакуаи была удачной: ее участники добыли несколько диких свиней пекари.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/a6c/a6c90a7fc6bf78c92396edb3bba50f3f.jpg
У Сидни Поссуэло (справа в центре) упорство миссионера, но другое, свое Евангелие: «Мне не надо знать язык и богов флечейрос. Я хочу всего лишь оградить их жизнь от вмешательства».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/7ef/7ef328726c72679fdb7cfef16a1b1c88.jpg
У Сидни Поссуэло (справа в центре) упорство миссионера, но другое, свое Евангелие: «Мне не надо знать язык и богов флечейрос. Я хочу всего лишь оградить их жизнь от вмешательства».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/07e/07e3d788e89a6b48145bc6bb14ca9815.jpg
Участники экспедиции Поссуэло не расстаются с оружием. Возможно, здесь живут десятки флечейрос. Куда они ушли?
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/89f/89f168d7f12f0de57555546cc26215c6.jpg
Участники экспедиции Поссуэло не расстаются с оружием. Возможно, здесь живут десятки флечейрос. Куда они ушли?
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/683/683c3c2ca6c36b37e9947b24a8e8d38e.jpg
Свежие следы, оставленные 15 минут назад, означают, что флечейрос совсем рядом. А если они нападут?
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/f90/f902f9470b3f246a8e27a62cbc180ab5.jpg
Некоторые индейцы с помощью пальмовых листьев обрабатывают глаза мазью бурити.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/1a7/1a73fbbfd3f797dda4228bc1601c25c9.jpg
Когда у верховьев река становится слишком мелкой, отряд пакует снаряжение и выступает пешком.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/fa5/fa5563334e91d7c51e7a3394e84b8f9d.jpg
Долина Итакуаи разграблена меньше более доступных районов Амазонии. В течение последних пятисот лет охота за золотом и нефтью, каучуком и древесиной, рабами и душами порождала войны, болезни и обнищание аборигенов. Из населявших Бразилию миллионов индейцев осталось всего 350 тысяч, включая племена, с которыми не установлен контакт. Среди них флечейрос - «народ стрел».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/c3f/c3f66dc9918476562706615288ce5b86.jpg
Альфредо, Бежоу, Жозе и Хамил - индейцы племени канамари, участники экспедиции Сидни Поссуэло по спасению флечейрос от столкновения с цивилизацией. Они разделись и натерли кожу для ритуального танца, но стесняются нас - чужаков с камерой в руках. Поссуэло и канамари научены горьким опытом: посторонние изменяют все вокруг, весь мир индейцев.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/d5d/d5df72aedbec4190a75097cffb00526c.jpg
Долина Итакуаи разграблена меньше более доступных районов Амазонии. В течение последних пятисот лет охота за золотом и нефтью, каучуком и древесиной, рабами и душами порождала войны, болезни и обнищание аборигенов. Из населявших Бразилию миллионов индейцев осталось всего 350 тысяч, включая племена, с которыми не установлен контакт. Среди них флечейрос - «народ стрел».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/b0b/b0bfa3b0f7c816c7b773b4f80a10ccdc.jpg
Мужчина из племени тсохом джапа три года назад впервые узнал об индейцах канамари. Они пытались поработить его.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/374/3742aa9b38bb8b3eac3955841c2b63d4.jpg
Мужчина из племени тсохом джапа три года назад впервые узнал об индейцах канамари. Они пытались поработить его.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/c3b/c3bbbc8123a159d45d6f2fd384734fd1.jpg
Но любопытство канамари было сильнее страха. Нарушая первую заповедь Поссуэло - «не установи контакт», эти двое ускользают и натыкаются на пустую деревню флечейрос. Они находят ритуальные маски из длинных полос древесной коры.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/5ae/5ae27e11c6cb58a322fed1ea515c8ea7.jpg
Альфредо, Бежоу, Жозе и Хамил - индейцы племени канамари, участники экспедиции Сидни Поссуэло по спасению флечейрос от столкновения с цивилизацией. Они разделись и натерли кожу для ритуального танца, но стесняются нас - чужаков с камерой в руках. Поссуэло и канамари научены горьким опытом: посторонние изменяют все вокруг, весь мир индейцев.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/67e/67eb914411e6b69980c0e1226a96e103.jpg
«Я не предлагаю нам всем ходить голышом и быть неандертальцами, - рассуждает о современном обществе Поссуэло (слева) посреди реки Жутаи. - Но мы можем жить проще, отказавшись от культа потребления, ради которого губим наш воздух, нашу воду и друг друга».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/9e4/9e4f6ce3266782ebe4391ac7e633e37e.jpg
«Я не предлагаю нам всем ходить голышом и быть неандертальцами, - рассуждает о современном обществе Поссуэло (слева) посреди реки Жутаи. - Но мы можем жить проще, отказавшись от культа потребления, ради которого губим наш воздух, нашу воду и друг друга».
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/b80/b80553a5dc91ecaf574c240bc2a7a8c2.jpg
Через две недели каноэ готово к спуску на воду, и отряд может возвращаться домой.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/7a5/7a54fb5287b6e61f25365e9b7157c090.jpg
Через две недели каноэ готово к спуску на воду, и отряд может возвращаться домой.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/522/5227bb8be351be29358791ff784b88f2.jpg
Также находят горшки, полные яда кураре для стрел, а из оружия - только сломанную духовую трубку и дротик к ней (на фото).
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/619/619149c3e471d0328fb84698fb0d1127.jpg
Также находят горшки, полные яда кураре для стрел, а из оружия - только сломанную духовую трубку и дротик к ней (на фото).
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/180/18088189b173e95df1c4f731d2849d8d.jpg
Корпус размягчают, нагревая на огне, что позволяет раздвинуть борта и забить внутрь деревянные распорки.
Фото: Николис Рейнар
/upload/iblock/15f/15fc19a05c45a49cd2b261b33a686872.jpg
Свежие следы, оставленные 15 минут назад, означают, что флечейрос совсем рядом. А если они нападут?
Фото: Николис Рейнар
Углубившись в джунгли Бразилии, защитник прав индейцев Сидни Поссуэло пытается спасти тех, кого надеется никогда не встретить, - «неконтактных» флечейрос.
Cвежие следы человека мы обнаружили сегодня утром. Они ведут туда же, куда мы пробираемся сквозь девственные джунгли западной части бассейна Амазонки. Слышен звон мачете, а в листве – перепалка шерстистых обезьян и голоса крикливых сорокопутовых пих – неброских на вид, но пронзительно свистящих птиц. Наш отряд из 34 человек движется молча, растянувшись по лесу длинной цепочкой. Лишь один или двое из идущих впереди видны на фоне сверкающей зелени и набухшей от влаги коры. Остальных скрывает занавес из ветвей и лиан толщиной с анаконду, свисающих с тридцатиметровой высоты – от вершин деревьев до самой земли. Прямо передо мной быстро шагает Сидни Поссуэло. Местность здесь ровная, что дает нам долгожданную передышку после крутых холмов, на которые мы карабкались последние дни. «Возможно, мы единственные, кто проник сюда, – говорит он мне. – Мы и индейцы». Седобородый бунтарь со светло-карими глазами и длинными кудрями под камуфляжной панамой, в свои 63 года Поссуэло – один из последних следопытов Амазонии и лучший специалист по остающимся изолированными от цивилизации племенам индейцев Бразилии. Мы две недели сплавлялись по реке и двадцать дней прорубались сквозь заросли, пока Поссуэло не привел нас к верховьям рек Итакуаи и Жутаи, в одно из самых неизведанных мест, оставшихся на планете. Это земля таинственных флечейрос – «народа стрел». Об индейцах этого племени известно лишь, что эти искусные лучники, защищая свои угодья, пускают в чужаков отравленные стрелы и быстро растворяются в непролазной чаще.
«На универсальном языке джунглей, – шепчет Поссуэло, – это означает: “Остановись! Не иди дальше”. Наверное, мы подходим к их деревне».
Неожиданно Поссуэло останавливается. Поперек нашей тропинки – свежесрубленное молодое деревце, висящее на куске коры. Само по себе это кустарное заграждение не могло бы остановить и ребенка – что и говорить об отряде, состоящем из 34 вооруженных мужчин. Но тем не менее оно передает сообщение-предупреждение, которое Поссуэло тут же понимает: «На универсальном языке джунглей, – шепчет он, – это означает: “Остановись! Не иди дальше”. Наверное, мы подходим к их деревне». Но наведываться в деревню Поссуэло как раз не хочет. Он оборачивается и выразительным жестом молча велит нашей колонне свернуть с тропинки в густой подлесок. Через полчаса, выбравшись из хлюпающей засасывающей грязи и стараясь избегать веток, на которых кишат муравьи Solenopsis, мы оказываемся у крутых берегов чистого узкого ручья. Поссуэло велит всем остановиться и подождать, пока подойдут отстающие... Флечейрос – одно из семнадцати так называемых неконтактных племен, живущих в отдаленных уголках бразильской Амазонии. Эту часть тропического леса, резервацию Жавари, населяют до 1350 «неконтактных» коренных жителей. Видимо, здесь их больше всего в мире. В основном это потомки аборигенов, уцелевших в побоищах, устроенных белыми захватчиками в прошедшие века. Индейцы рассеялись по заросшим верховьям рек долины Жавари; они до сих пор избегают контактов с внешним миром. Но не только кровавые конфликты с чужеземцами несли гибель коренным жителям. Большинство умерли от эпидемий, смертелен для туземцев был даже простой насморк, к которому у них не было иммунитета. Идущий с нами Айван Арапа из племени матис, впервые столкнувшегося с внешним миром примерно 25 лет назад, по сей день не может забыть о массовых смертях, которыми сопровождались первые визиты в его деревню представителей властей. «Все кашляли, все умирали, – вспоминает он. – Много, много матис умерло тогда. Мы не знали почему». По официальным данным, больше половины из 350 индейцев матис, живших по реке Итуи в резервации Жавари, погибли за считанные месяцы после первого контакта с цивилизацией. Эта трагическая история хорошо знакома Поссуэло, ведь он уже сорок лет работает в должности, которая называется сертаниста. Сертаниста – это исключительно бразильская профессия, требующая опыта пограничника и путешественника, знаний этнографа и защитника прав индейцев одновременно. Сейчас наша задача не установление контакта с флечейрос, а, скорее, сбор информации о границах их территории. Эти сведения Поссуэло будет использовать, чтобы защитить земли племени. Во всех других отношениях жизнь флечейрос останется, по большому счету, тайной. Когда месяцем раньше, поднимаясь вверх по реке Итакуаи, мы проходили через убогие поселения индейцев канамари, жители рассказывали нам путаные, противоречивые истории о флечейрос. Это были переданные через третьи и четвертые руки, переведенные на ломаный португальский язык рассказы о тех, кто видел этих индейцев, и об их столкновениях с лесозаготовителями, которые когда-то работали здесь. Некоторые говорили нам, что флечейрос высокие и мускулистые, с длинными гладкими волосами. Другие сообщали, что они раскрашивают свои лица и тела красной краской, стригут волосы так, как и во многих амазонских племенах – «под горшок». Но все канамари были единодушны в одном: флечейрос опасные, «неукрощенные» и жители деревень стараются не попадать на территорию флечейрос, что вверх по течению. «Мы туда никогда не ходим, – сказал нам мужчина из племени канамари, с которым мы встретились однажды днем; он плыл в маленькой долбленой лодке по воде цвета меда. – Там, выше по течению, живут индиос бравос, дикие индейцы. Это их земля».
«Эти индейцы находятся практически на той же стадии развития, на какой их нашел бы Америго Веспуччи».
Поссуэло на самом деле нравятся такие рассказы. Во всех своих разговорах с канамари он активно поддерживает представление о флечейрос как о смертельной опасности, которую надо избегать. «Я предпочитаю, чтобы они были такими агрессивными, – говорит Поссуэло. – Изолированные племена, готовые убивать любых чужеземцев, чтобы защитить свою землю (будь то на самом деле или только по слухам), – лучшие хранители девственных лесов. Кроме того, изоляция дает таким народностям, как флечейрос, возможность сохранить их самобытную культуру, да и просто выжить». Эта взаимосвязь охраны окружающей среды и защиты «неконтактных» племен и является основной идеей работы Поссуэло. «Вместе с изолированными племенами индейцев вы защищаете и миллионы гектаров биоразнообразия», – убежденно говорит он. За последние несколько дней мы повсюду находили признаки присутствия флечейрос: грубые метки на стволах деревьев, старые прогнившие шалаши, заросшие тропинки. Все это – признаки изолированного, полукочевого народа, до сих пор живущего вне нашего «цивилизованного» мира, в отдаленном, по сути неолитическом прошлом. Вчера днем, продравшись через густой подлесок, мы оказались на залитой солнцем поляне, посреди которой кучкой стояло несколько низких хижин, покрытых пальмовыми листьями. Они были похожи на жилища скорее хоббитов, чем нормальных людей. Это выглядело как заброшенный рыбацкий лагерь. На деревце висели две челюсти тапиров с сохранившимися зубами – какой-то тотем, как предположил Поссуэло. Рядом была врыта в землю коническая клетка, сплетенная из прутьев. Недалеко лежал идеально круглый, закопченный глиняный горшок. «Эти индейцы находятся практически на той же стадии развития, на какой их нашел бы Америго Веспуччи, – сказал Поссуэло с восхищением в голосе. – Они живут охотой, рыбалкой и собирательством». Большинство следов, найденных нами, были оставлены индейцами несколько дней, недель и даже месяцев назад, то есть достаточно давно, чтобы предположить, что наша экспедиция находится на безопасном расстоянии от флечейрос. Такой опытный следопыт, как Поссуэло, замечает все эти знаки и может тут же оценить, как давно они были оставлены. Сидни предположил, что рыбацкий лагерь остался с прошлого сухого сезона – того времени года, когда спадает паводок, а люди и звери направляются к более полноводным рекам и ручьям Амазонии в исконном стремлении к воде и пище. Однако вскоре после того, как мы покинули лагерь, наши разведчики нашли свежие следы флечейрос – кусок скрученной лианы и комок жеваного сахарного тростника, лежащие на тропинке. «Это оставили здесь только что!» – взволнованно прошептал Айван Арапа. Чуть дальше мы нашли свежие следы ног. Поссуэло рассмотрел отпечатки, оставленные в грязи, и сказал: «Он увидел нас и убежал». Сидни поднял руку, призывая замолчать, и велел передать всем, чтобы не упускали друг друга из виду по всей длине нашей колонны. Впервые с тех пор, как началось путешествие, Поссуэло повесил на пояс пистолет. Через несколько минут идущие во главе нашего отряда заметили пару голых индейцев, которые перебежали по бревенчатому мосту и исчезли в густых джунглях на другом берегу реки. Поссуэло пытался убедить их в наших мирных намерениях, выкрикивая: «Эй! Эгей!» Но ему ответила одиноким криком только птица пиха. А тем же вечером впервые случилось еще одно событие: Поссуэло выставил часовых для охраны лагеря. Тем временем мы беспокойно спали в гамаках, пытаясь расслышать на фоне зловещего дрожащего хора лягушек звук ломающихся веток или шорох листьев, которые означали бы приближение флечейрос. Перед тем как выступить сегодня утром, он велел оставить мачете и нож в качестве мирных подношений. Неужели Поссуэло уверен, что флечейрос изучат нашу стоянку так же тщательно, как мы недавно исследовали рыбацкий лагерь? «Держу пари, что да», – отвечает он. Как они воспринимают нас? Сидни смотрит мне прямо в глаза и отвечает тоном, не предвещающим ничего хорошего: «Я считаю, они думают, что пришли враги». Итак, обойдя вокруг своеобразной «заставы» флечейрос, наш отряд подходит к берегу ручья. Шатаясь под тяжестью набитых едой рюкзаков, мы падаем на влажную лесную землю. Среди нас двенадцать индейцев матис, шесть канамари, два марубо; остальные не индейцы. Пока мы жадно глотаем воду прямо из ручья, Поссуэло считает нас по головам и не находит двоих из наших носильщиков-канамари. Смех прекращается, и наступает напряженная тишина. Поссуэло расхаживает взад и вперед, хмуро посматривая на часы. Хотя уже почти полдень и мы находимся всего в нескольких градусах от экватора, я дрожу в пропитанной потом одежде.
Когда и они не возвращаются, всех нас охватывает невыразимый ужас. Неужели наших недостающих спутников убили флечейрос?
«Черт побери! – рычит Поссуэло. – Эти ребята задерживают нас! Никакой дисциплины!» После этого он посылает шестерых матис на поиски отстающих. Когда и они не возвращаются, всех нас постепенно охватывает невыразимый ужас. Неужели наших недостающих спутников схватили или, может быть, даже убили флечейрос? Конечно же, Поссуэло не впервые рискует жизнью за годы работы. Однажды его взяли в заложники воины племени каяпо; в другой раз его задела пуля белых поселенцев, претендовавших на земли индейцев. Он 38 раз болел малярией, и столько же раз ему угрожали смертью. В начале девяностых годов, когда Поссуэло был президентом ФУНАИ (правительственной службы по делам коренных народов Бразилии), он противостоял армейским генералам, влиятельным политикам и воинствующей толпе золотоискателей, добиваясь защиты земель племени яномами, лежащих на севере Бразилии у границы с Венесуэлой. Несколько лет назад Поссуэло на вертолете «вытащил» 22 участника экспедиции ФУНАИ, которых окружили враждебно настроенные «неконтактные» индейцы на границе с Перу. На этот раз он собрал большую, хорошо вооруженную команду. Флечейрос должны были бы задуматься, прежде чем нападать на такой многочисленный отряд. Но Поссуэло твердо приказал: если на нас нападут, стрелять только в воздух! С первого момента моего знакомства с Поссуэло я отметил его неукротимую энергию. Фотограф Николис Рейнар и я присоединились к нему на борту «Уайка», одного из четырех старинных пароходов на Амазонке, на котором мы плыли вверх по течению к истокам реки Итакуаи. Сидни выкрикивал приказы своим людям и тут же дружелюбно отвечал на мои вопросы. Я узнал, что после того, как мы оставим лодки, нам предстоит больше месяца пути через самое сердце неизведанной территории, а в конце путешествия мы сами выдолбим лодки и, спустившись вниз по Жутаи, вернемся к цивилизации. Наш маршрут пролегает по южной части резервации Жавари, обширного нетронутого района, выделенного ФУНАИ индейцам в 1996 году. Тогда представители власти во главе с Поссуэло выселили с этой территории всех поселенцев и лесорубов, которые не были индейцами. Территория размером с южную половину Флориды или половину Ямала продолжает жить как в доколумбовы времена: ни одной дороги, всего 3900 жителей на огромном пространстве влажных лесов, болот и кишащих крокодилами рек.
«Установив с ними контакт хоть однажды, вы начинаете разрушать их мир».
На самом деле пятьсот лет назад южная Флорида была населена гораздо гуще; этнологи считают, что когда-то в долине Жавари тоже проживало гораздо больше людей. По оценкам археологов, в начале XVI века в районе бразильской Амазонии обитали миллионы индейцев. Сегодня в Бразилии их всего около 350 тысяч, и это включая такие изолированные группы, как флечейрос, о численности которых можно только догадываться, впрочем, как и об их жизни вообще. Даже Поссуэло не знает, на каком языке говорят флечейрос, какова их этническая связь с другими племенами, как они сами себя называют. «Для того, чтобы защищать их, все это знать не надо», – говорит он. В любом случае невозможно было бы собрать эту информацию, не подвергая индейцев опасности заболеть смертельными болезнями и не предлагая им искушений цивилизации, которые могли бы уничтожить их традиции. «Установив с ними контакт хоть однажды, вы начинаете разрушать их мир». Поссуэло не всегда так считал. Как и другие сертаниста, когда-то он с нетерпением и восхищением ожидал контактов с «дикими» индейцами. Профессиональная репутация сотрудника службы ФУНАИ строилась на числе установленных им первичных контактов. В общей сложности Поссуэло приписывается семь племен, «открытых» с семидесятых годов. Но в процессе установления этих контактов Поссуэло постигло разочарование. Индейцы познали все «прелести» пограничных городов, начали спиваться и утратили сознание того, кто они есть. Чтобы удовлетворить потребности, привнесенные доминирующим белым обществом, – в одежде, лекарствах и других товарах, они стали продавать строительную древесину, тем самым уничтожая свои уникальные леса. Поссуэло постепенно начал расценивать контакты с цивилизацией как разрушение когда-то гордых самобытных общин. «То любопытство, которое я когда-то испытывал к неисследованным племенам, постепенно заменилось совсем другим чувством – настоятельным желанием их защитить». В последний раз Поссуэло установил контакт с изолированным племенем в 1996 году. Это было племя корубо, также живущее на территории резервации «Долина Жавари». Но он сделал это, по его собственным словам, только для того, чтобы спасти корубо от все более жестоких столкновений с пришлыми лесорубами. С тех пор он старается избегать контактов, хотя из-за такой позиции у Поссуэло появилось множество противников, включая миссионеров, которые, по его словам, неоднократно обвиняли Сидни в том, что он пытается представить себя богом для индейцев, ограждая их от усилий пастырей, которые хотели бы распространить святое Евангелие и идею вечной жизни. В настоящий момент наши собственные жизни под угрозой. Поссуэло высылает вторую команду – двенадцать хорошо вооруженных разведчиков – найти канамари и поисковую группу индейцев матис. И вот один из наших разведчиков возвращается с тревожными новостями. Следы исчезнувших спутников привели их на «заставу» флечейрос – сломанное деревце на тропинке – и уходят дальше, через огромную плантацию маниоки и плодовых бананов, к поляне, на которой расположилось большое поселение флечейрос – примерно полтора десятка хижин. Сами флечейрос убежали в окрестные джунгли, оставив огромное количество копченого мяса – обезьяньего, черепашьего, тапира – и дымящиеся костры. «Такова их система безопасности, – мрачно кивает Поссуэло. – Они разбегаются в лес». Разведчик сообщает, что, судя по всему, флечейрос готовились к пиру. Посреди деревни были найдены церемониальные маски, сделанные из длинных полосок коры, и керамические банки с красной краской аннато, используемой для раскраски лиц и тел. Еще более зловеще звучит то, что индейцы взяли с собой все оружие, оставив лишь острый наконечник дротика из бамбука и отломленный конец духовой трубки, который разведчик показывает нам. Так мы впервые узнаем, что у флечейрос есть и другое оружие, кроме лука и стрел. Еще они оставили два больших глиняных горшка, до краев наполненных кураре – темной вязкой ядовитой массой, которой смазывают наконечники стрел. Больше всего беспокоит то, что следы канамари исчезают на тропинке у дальнего края деревни. Айван Арапа закрывает себе рот одной рукой, а другой затягивает на шее воображаемую лиану – так флечейрос могли наброситься на наших спутников сзади, заткнуть им рты, сбить с ног и утащить в чащу. «Я считаю, что их захватили индейцы, – говорит Поссуэло. – Теперь нам надо убираться отсюда. Может быть, индейцы отпустят их». Он оглядывает сумрачный лес, окружающий нас. «Мы не можем ждать их здесь, – добавляет Сидни. – Мы займем более благоприятную позицию: встанем лагерем у реки и посмотрим, появятся ли они». Итак, обе поисковые группы уже вернулись, но до сих пор неизвестно, где двое канамари. Один из наших главных разведчиков сообщает, что видел впереди следы, похожие на рисунок резиновых подошв кроссовок канамари, на большом расстоянии друг от друга. Это означает, что они в ужасе бежали. Поссуэло посылает вперед Солдадо, одного из своих самых надежных разведчиков, приказав ему догнать сбежавших спутников и в случае необходимости выстрелить в воздух, чтобы заставить их повиноваться. Поссуэло сжимает руки, как будто молясь Богу. Но проходит еще целый час, прежде чем на краю прибрежной поляны, на которой мы готовим стоянку, появляется Солдадо с двумя заблудшими канамари. Под сердитым взглядом Поссуэло канамари в раскаянии склоняют головы. Но он испытывает скорее облегчение, чем гнев. Выяснилось, что эти двое мужчин считали, что флечейрос могут оказаться давно потерянными родственниками канамари, десятилетия назад ушедшими из основных поселений на берегу реки. Они признают, что ослушались приказа Поссуэло и ушли в сторону, чтобы удовлетворить свое любопытство. Но у дальнего конца деревни их обуял страх, заставив убежать с тропинки. И только когда они услышали выстрел Солдадо, поняли, что за ними не гнались флечейрос. Разбирая этот случай, Поссуэло спокойно, простыми и понятными фразами разъясняет индейцам: «Я говорю нашим двоим друзьям-канамари: вы сегодня родились заново, поскольку флечейрос могли убить вас. Мы здесь не для того, чтобы узнать их, а для того, чтобы выяснить, используют ли флечейрос эти земли». Затем Поссуэло напоминает индейцам о всем том, что они видели сегодня у флечейрос. Их экскурсия в деревню была грубым нарушением политики, которую исповедует Поссуэло, – избегать контактов. Тем не менее он явно рад тому, что узнал в результате этого нежелательного визита. «Флечейрос хорошо живут здесь, – он говорит на медленном простом португальском, чтобы его слова были поняты. – Вы могли в этом убедиться, увидев их деревню. Они охотятся, они ловят рыбу, и они возделывают землю. Они, скорее всего, очень здоровы. Их дети упитанны, у их матерей много молока. Они устраивают пиры. Они счастливы!» Последние лучи солнца погасли, и джунгли погрузились в темноту. Светящиеся мотыльки закружились в листве над головой, и снова зазвучал хор – стрекот насекомых и кваканье лягушек. «Та работа, которую мы делаем, замечательна, ведь они даже не подозревают, что мы здесь ради того, чтобы помочь им, – говорит Поссуэло. – Мы обязаны уважать их образ жизни. Мы не собираемся их преследовать. Лучшее, что мы можем сделать для них, это не вмешиваться в их жизнь». Поссуэло делает паузу и смотрит на пламя костра. «Теперь продолжим нашу работу и наше путешествие, – говорит он. – Этот этап нам посчастливилось пройти без потерь...»
рекомендации
Дрезден

Отправь другу открытку из Германии!

Telegram

У нас есть классный канал в Телеграме – присоединяйтесь!

Калан

Где калан, а где сивуч? Сыграйте в нашу угадайку!