Поиск
x
Журнал №190, июль 2019
Журнал №70, июнь–август 2019
Это новый сайт National Geographic Россия. Пока мы работаем в режиме бета-тестирования.
Если у вас возникли сложности при работе с сайтом, напишите нам: new-ng@yasno.media
Путешествия

Приют зверя

Светлана Славная
02 июня 2011
/upload/iblock/f0d/f0d510669a64c6fe2f14affdc3579112.jpg
Всего в мире выделяют примерно 32 подвида волка, которые различаются размерами и оттенками меха. На территории России чаще всего встречаются обыкновенный (C.l.lupus) и тундровый (C.l.albus) волки. Их целенаправленно истребляют, хотя эти хищники, играющие важную роль в экосистемах лесов умеренных широт, тайги и степи, не опасны для человека – просто они живут там, где есть пища.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/72d/72d30c2801ef5f20abe268f8727135e6.jpg
Зимой волки предпочитают держаться стаей, занимая территорию примерно 30-60 километров. Весной и летом стая распадается, и хищник ведёт полубродячий образ жизни.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/362/3627e9062e6538916064b176f72e0449.jpg
И взрослые волки любят поиграть друг с другом. Самцы таким образом закаляют характер и развивают охотничьи способности.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/fed/fed1a22f8b33653c084723f766ef2a38.jpg
На биостанции "Чистый лес" специалист по волкам Владимир Бологов нашёл свой подход к этим недоверчивым хищникам.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/d01/d01ad04c1ced8d17018824faf4bd684e.jpg
Волчата привыкают к самостоятельности с раннего возраста.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/840/84019d0f069320d64d456c303a04a325.jpg
Когда матери отлучаются на поиски пищи, волчата начинают активно изучать окружающий мир. Там их подстерегает немало опасностей - часто в лице человека.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/730/7308d3873ed2e79044e402c351df0d0a.jpg
По статистике больше половины щенят хищника не доживают даже до года.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/0c6/0c64ba40291ca1228c991e9c27162c6f.jpg
Инстинкт убийцы заложен в волке природой. Подтверждение этому - питомцы биостанции "Чистый лес".
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/950/95044854062ad10c6d9918f76bc77008.jpg
Они ведут себя, как настоящие хищники, выслеживая добычу и нападая на неё.
Фото: Сергей Горшков
/upload/iblock/48e/48ede87f612037039b809b1cbf45a366.jpg
Волк способен развить скорость до 60 километров в час и преодолеть расстояние 60-80 километров за одну ночь.
Фото: Сергей Горшков
В лесной глуши в Тверской области уже не первый год идет уникальный эксперимент: здесь воспитывают осиротевших медвежат и волчат, а затем выпускают на волю – подготовленными к жизни в дикой природе.
Полчища лягушек самозабвенно пузырят темную воду запруды, отчего та похожа на кипящий бульон. Звуки, издаваемые ими, сливаются в один мощный гул. На многие километры вокруг – ни автомобильных трасс, ни населенных пунктов. Только первозданные леса, настоящее царство дикой природы. Берег запруды изрыт подземными ходами. «Не угодите в бобровую нору – их тут много», – предупреждает Владимир Бологов, научный сотрудник биостанции «Чистый лес».

Созданная в 1985 году биостанция – подразделение Центрально-Лесного государственного биосферного заповедника, расположенного на юго-западе Валдайской возвышенности. Основал ее близ заброшенной деревни Бубоницы биолог-охотовед Валентин Пажетнов, чтобы изучать бурого медведя, проводить реабилитацию медвежат-сирот, а затем выпускать уже подготовленного зверя в дикую природу. Результаты разработанной Пажетновым методики воспитания молодняка оказались настолько впечатляющими, что очень скоро о «Чистом лесе» заговорили специалисты не только в нашей стране, но и за ее пределами. Суть ее в том, что медвежата, получая все необходимое для развития, не привыкают к людям и могут в дальнейшем жить самостоятельно.
Волчий вой может выражать разные эмоции: грусть, возбуждение от охоты, одиночество и даже радость.
После бурых медведей пришла очередь волков. Ими на биостанции занимается другой биолог-охотовед – Владимир Бологов, более двадцати лет посвятивший изучению серого хищника. Сапоги, расстегнутая толстовка, из-под которой проглядывает футболка с изображением матерого зверя; Владимир и сам чем-то напоминает волка: крепкий, собранный, ни одного лишнего движения. Именно так, наверное, должен выглядеть человек, способный повести за собой волчью стаю по глухим лесным тропам. Этим Владимир и занимается.

Все началось в 1993 году, когда к Бологову, уже работавшему на биостанции, попала еще щенком первая волчица, которой он заменил родителей и дал кличку Ева. Потом стали появляться и другие волчата. Владимир использует в своей работе опыт Пажетнова, но не копирует его: волк – не медведь, здесь своя специфика.

Уникальность методики Бологова в том, что ему удается выращивать зверей разной степени прирученности в зависимости от целей проводимых исследований. Часть волчат растет без контакта с человеком – в вольере, где за ними ведется видеонаблюдение. Но несравнимо больше возможностей для изучения дает ситуация, когда человек становится лидером группы животных: выводит их за пределы вольера и наблюдает, как подрастающие щенки осваиваются в различных природных условиях, справляются с возникающими перед ними задачами.

В природе волчата проводят с родителями весь первый год жизни. В условиях же, когда их кормит человек, они безоговорочно воспринимают как вожака его. Но добывать пищу во время лесных прогулок им надо самостоятельно: корм волчатам Владимир дает только в вольере и к деревне их не подпускает – вольеры запираются. Ведь звери, которым предстоит жить на воле, ни в коем случае не должны привыкать ни к людям, ни к запаху человеческого жилья.

Владимир воспитал таким образом уже 45 зверей. Пятеро его питомцев пока остаются в вольерах, 39 уже ушли в лес. А Еву, первую воспитанницу Бологова, на волю выпустить не получилось: она успела слишком сильно привыкнуть к людям. Ее передали в зоопарк, где она прожила одиннадцать лет.

Общая площадь системы вольеров составляет три гектара. Здесь есть изолятор для поранивших себя зверей и отсек для карантина вновь поступающих волчат. Между вольерами сделаны коридоры, чтобы в случае необходимости отделить животных друг от друга. Но бывает, что и при «открытых дверях» волки не могут пользоваться всей территорией. Так, после рождения детеныша волчица Тася решительно вытеснила двух самцов (отца и «дядю») из большого отсека в маленький. Хотя физически она слабее мужских особей, но сумела справиться с самцами. Сработал природный инстинкт: если самка в период размножения не займет доминирующего положения, ее щенки могут погибнуть.

Вольер, к слову, защищающий волчат и от внешних врагов – лисиц, хорьков, норок и выдр, – оснащен видеокамерами. Результаты наблюдений обрабатывают студенты, приезжающие на биостанцию из разных стран мира, чтобы собрать информацию для своих дипломных работ и научных публикаций. Бологов их курирует. Среди его дипломников помимо россиян есть ребята из Германии, Испании, Италии, Франции и Норвегии. Обычно их направляют на биостанцию преподаватели университетов, в которых Бологов выступает с лекциями.

Еще больше молодых людей приезжает сюда в качестве волонтеров. У Владимира работали энтузиасты из Японии, Америки, Австралии, Новой Зеландии. Волонтеры на биостанции участвуют в полевых исследованиях, собирая инфрмацию о волках, живущих на свободе, строят и ремонтируют вольеры, зимой по следам проводят учет численности диких животных. Но к непосредственной работе с волками ни волонтеры, ни студенты не допускаются.

Владимир сначала работал в одиночку. Одной из первых, в 2005 году, в его проект включилась француженка Литисия Беккер, тогда еще студентка Страсбургского университета. Вернувшись домой после практики и защиты диплома, она решила снова приехать в тверские леса, чтобы собирать материал для диссертации. Родители Литисии были в шоке, узнав о ее решении уехать в Россию и жить с волками в глуши без телевизора и прочих благ цивилизации. Изящная девушка с копной светлых вьющихся волос практически не вылезает из резиновых сапог, бродя со своими подопечными по чащобам и болотам.
Летом серые хищники не пренебрегают вегетарианской пищей: охотно едят все лесные ягоды и плоды. В октябре волки вдруг начинают с аппетитом есть мох сфагнум: в это время он особенно богат йодом.
У Литисии на биостанции привилегированный статус – «профессионального персонала». Дело в том, что работать в контакте с животными здесь может лишь тот, кто прошел не менее года практики с руководителем проекта и получил разрешение на самостоятельные исследования. В статусе «профессионального персонала» Владимиру помогают помимо Литисии еще шесть человек – кинолог Алексей Верещагин из МЧС, специалист по поведению бродячих собак Андрей Поярков и еще четыре девушки – студентки и аспирантки из Сельскохозяйственной академии имени Тимирязева, Ветеринарной академии имени Скрябина и с биологического факультета МГУ.

Живет чета Бологовых в той самой заброшенной деревне Бубоницы. Дети уже выросли и уехали учиться. Так что теперь хозяева охотно принимают у себя многочисленных друзей.

Владимир проводит нас в свой рабочий кабинет, чтобы продемонстрировать на компьютере видеоматериалы наблюдений. Вот, например, он взвешивает волчонка перед прогулкой: продевает ремень под передние лапы щенка и поднимает его в воздух – а тот спокойно и с любопытством глядит сверху по сторонам. Полное доверие к человеку. «После прогулки вес волчонка стал на полкило больше. Он времени зря не терял!» – смеется Бологов.

Река, густые заросли, болото… Волчата очень любопытны и исследуют все, что попадается на их пути: обнюхивают, пробуют на вкус. А наблюдатель фиксирует, какая пища им становится доступной по мере взросления. Щенки охотятся за кузнечиками, раскапывают муравейники, ловят лягушек и жуков.

«Однажды один проглотил шершня. Думали, всё, погибнет, а ему хоть бы что», – вспоминает с улыбкой Владимир.

Затем подрастающие волчата начинают охотиться на птиц и мышей; ну а потом – на зайцев, бобров и кабанов. Удивительно, но летом серые хищники не пренебрегают и вегетарианской пищей: охотно едят все ягоды и плоды, которые созревают в лесу. Выходят на поляну – и давай вынюхивать, например, землянику, аккуратно отрывая нежные ягодки своими мощными зубами.

Владимир и его помощники составили список из 30 видов растений, входящих в рацион волков, причем «меню» хищника меняется в зависимости от сезона. Так, в октябре волки вдруг начинают с аппетитом есть сфагнум, хотя до этого его не замечали. Дело в том, что в октябре этот мох особенно богат йодом. Зимой волки объедают побеги сосны, богатые микроэлементами. А в момент перехода на мясную пищу (приблизительно в возрасте шести недель) волчата вдруг принимаются есть песок. Почему – пока непонятно.

Непосредственная близость к объекту наблюдения дала команде Бологова возможность создать богатую «фонотеку волчьего языка»: классифицировать три тысячи звуков, которые волки издают, и описать ситуации, в которых они это делают. Удалось проследить, как меняется «речь» хищника от рождения до его превращения во взрослого зверя. Волки могут скулить, визжать, лаять, а волчата – даже шипеть как гуси, приняв характерную позу: опустив голову и поджав хвост.

Интересно также, что воспринимаемый волками звуковой диапазон в полтора-два раза шире человеческого, от низких частот до ультразвука. Эта особенность позволила Владимиру разработать теорию создания зон психологического дискомфорта для своих подопечных. Модулятор звуков, которые человек не в состоянии воспринимать, способен заставить волков избегать опасных для них территорий. Волчий вой может выражать разные эмоции: грусть, возбуждение от охоты, одиночество и даже радость – например, когда в вольере появляется Бологов.

Многие из тех, кто изучает волков, тоже умеют выть – «вабить». Обычно это делается для того, чтобы провоцировать зверя на ответ: человек – «чужой волк», на появление которого зверь не может не среагировать. На вой человеку нужно настроиться, привести себя в определенное эмоциональное состояние.

«Если хотите услышать волка, нужно представить, что вы чем-то взволнованы. Волк наверняка откликнется, если ваше подражание эмоционально. Впрочем, это пока предположение – у меня нет подтверждающей статистики», – говорит Бологов. 

Волчата появляются у Бологова каждый год. Из зоопарков обычно поступают щенки старше полутора месяцев, когда уже завершился этап молочного вскармливания. К ним можно применять бесконтактный метод выращивания в вольере. Такие животные сохранят страх перед людьми и будут избегать их на воле.

Второй вариант: двух-трехнедельные щенки, которых приносят охотники. Начав выкармливать волчат, человек приучает их к себе. Критический момент – возраст около шести недель, когда щенки переходят на мясную пищу. Если продолжать общение с ними, то они останутся ориентированными на людей в течение всего первого года жизни.

Недавно Владимир стал применять третью методику выращивания: подсаживать щенков к «приемным родителям» – ручным волкам, которые в этом случае становятся связующим звеном между волчатами и исследователем. Для последующей адаптации животных к естественной среде это самый оптимальный вариант.

Волчата начинают избегать человека почти сразу после знакомства с «родней», а с четырехмесячного возраста могут самостоятельно выходить в лес и жить рядом с вольером, где находятся их «родители». Есть только один способ увидеть этих щенков: выпустить ручного волка, который мигом соберет молодняк. За человеком последует взрослый зверь, а его приемыши – за ним.

Владимир показывает видеозапись: щенок тычется мордой в бок лежащей волчицы. Та встает и как-то виновато, крадучись, уходит. Это – Бочка, подчиненная самка в группе из четырех взрослых волков. Щенок ковыляет за ней, забавно путаясь неуклюжими лапами в высокой траве. Но рядом появляется другая волчица – Джефри – и начинает по-хозяйски вылизывать малыша. «Доминантная самка ревностно относится к подчиненной, и та старается не провоцировать ее на нападение. Зато в ее отсутствие может проявить материнский инстинкт в полной мере», – говорит Владимир.

У волков в стае каждый знает свое место. Наименее эмоционален по отношению к щенкам вожак. Прикусит легонько поперек туловища малыша при знакомстве, чтобы утвердить свой статус, а дальше не обращает на него внимания. Подчиненный же самец берет на себя роль «доброго дядюшки»: возится со щенками, играет.

Волки охотно принимают чужих детенышей. Джефри, например, выкопала для них нору, а Бочка пыталась покормить их молоком, которого у нее нет. Однако взрослые волки ничему щенков не учат, считает Бологов. Волчата, выросшие без взрослых, те, которых он водит в лес, легко справляются со зверем, которого прежде в глаза не видели: бобром, кабаном, енотовидной собакой.

Владимир надеется со временем ответить на вопрос, насколько велика разница в поведении щенков, выращенных тем или иным методом – кто из них успешнее адаптируется на воле, выживая без поддержки человека. Этому поможет закупка радиоошейников – их планируют надеть на каждого выпускника. Спутниковый навигатор будет определять координаты зверя, которые будут регистрироваться в память ошейника и каждые четыре часа передаваться исследователю.

Мы покидаем гостеприимный дом Владимира и едем в соседнюю деревню Чистое. Здесь, в помещении бывшей церковноприходской школы Бологов планирует открыть «Информационный центр волка». Рядом вольер, где обитает пока единственный зверь, которого «не жалко» показывать гостям, – Дуремар. Он не сможет адаптироваться к жизни в дикой природе, поскольку первые четыре месяца жизни провел на автостоянке в компании бродячих собак. Щенком его привезли на продажу, но не смогли сбыть с рук, так как из-за неправильного кормления у него развился авитаминоз и начала выпадать шерсть.

По данным Бологова, люди ежегодно отлавливают 500–1500 волчат. Многие пытаются их приручить, превратить в домашних питомцев. Но в крови этого хищника генетически заложена потребность убивать. Уже к году зверь становится неуправляем, а если ограничить его свободу цепью, то и вовсе теряет ориентиры в окружающем мире. Шефство над Дуремаром взял Алексей Верещагин, чтобы сравнить его развитие с развитием сходной по возрасту овчарки. Что благодаря этому новому эксперименту удастся узнать о волке – покажет будущее.