Рейтинг@Mail.ru
Поиск
x
Россия

Сны Заполярья: люди и легенды по ту сторону Полярного круга

Текст и фото: Евгения Арбугаева
27 января 2021
TA-24926_20181202_02403.jpg
Дом культуры, где когда-то устраивали представления и праздники. Сегодня он стоит в запустении. Подобные здания встречаются по всей Арктике, в полярных поселениях, которые основывали, чтобы создать инфраструктуру вдоль Северного морского пути.
Моменты, когда реальность похожа на сон, не редкость в Арктике. Уловить их – интересная задача для фотографа.
National Geographic Россия №205, декабрь-январь

National Geographic Россия №205, декабрь-январь

Читать этот номер

«Значит, где б ты теперь ни странствовал, на пороге любой весны, будешь бредить полярными трассами, будешь видеть снежные сны...»

Стихи Роберта Рождественского хорошо описывают симптомы «арктической болезни», с которой знакомы герои моих фотографий. Наверное, эти строки я могу отнести и к себе.

Я родилась и провела детство в Тикси – поселке в Якутии, на берегу моря Лаптевых. У меня сохранились яркие воспоминания о том, как я ездила с папой, учителем биологии, на морскую рыбалку; подолгу гуляла с ним в тундре, слушала его рассказы про местные растения и животных. Иногда мы отправлялись на метеорологическую станцию недалеко от поселка: бородатые метеорологи поили нас чаем с рододендроном и морошковым вареньем, рассказывали, как образуется северное сияние и показывали красочный атлас облаков.

Много лет назад я уехала из Тикси, но Арктика тянет меня к себе. Я по ней скучаю и, если долго здесь не бываю, вижу ее во сне. Сны об Арктике похожи на реальность – потому что реальность здесь часто почти неотличима от сна. Здесь, как и во сне, возникают странные состояния, происходят сюрреалистические события. Как фотографу, мне интересно попытаться их уловить.

Над этим проектом я начала работать еще в 2013 году. Я мысленно представляла себе книгу об Арктике и ее людях. Каждая история – это глава, раскрывающая и дополняющая образ Заполярья – его атмосферу, цвета, настроения.

Ходовариха | 68°56’27” С.Ш. | 53°46’08” В.Д.

TA-24926_20140925_14024.jpg
Тихим безветренным днем Вячеслав Короткий дрейфует на самодельной лодке в узком заливе Баренцева моря неподалеку от метеорологической станции Ходоварихи. Большую часть жизни Короткий провел на далеких полярных станциях. Он говорит, что полюбил здешние места и почти двадцать лет считает их своей малой родиной.

В Ходоварихе, метеостанции в Баренцевом море, я встретила Славу Короткого и сразу поняла, что искала именно его. Мне показался знакомым его спокойный взгляд с нотками печали и знания о чем-то большем, недоступном нам, людям из города. Я узнала его потертую куртку из брезента, которую носили мои тиксинские метеорологи.

...На метеостанции тихо, только шаги Вячеслава и скрип двери отмечают движение времени. Каждые три часа Короткий уходит на метеоплощадку, а затем возвращается, бормоча что-то вроде: «Ветер Юг-Юг-Запад, 12 метров в секунду с порывами до 18, крепчает, давление понижается, будет метель». Затем по старой радиостанции передает погодную сводку – человеку, которого никогда в жизни не видел.

От монотонности дней и постоянной темноты полярной ночи на меня нахлынула хандра. Я рассказала о своем состоянии Славе. После долгой паузы он ответил: «У тебя слишком много ожиданий – вот ты и мучаешься. А если ничего не ждешь, то совсем спокойно».

Вячеслав не согласен со мной, когда я говорю, что все дни здесь похожи друг на друга. Просто надо научиться наблюдать и уметь радоваться увиденному.

TA-24926_20140114_14025.jpg
Короткий направляется к давно не работающему маяку. Еще недавно, когда заканчивались дрова, Вячеслав отапливал старую метеостанцию деревянными панелями с маяка. Сейчас Короткий живет и работает в новом здании.
TA-24926_20140923_14026.jpg
Радиоузел в старом здании: отсюда погодные данные (температура, количество осадков и другие) каждые три часа, днем и ночью уходили в Архангельск, до которого почти 800 километров.
TA-24926_20140205_14028.jpg
Модель маяка, которую Вячеслав соорудил из спичек. Маленькая конструкция стоит на советском учебном пособии «Динамика моря».
TA-24926_20140129_14027.jpg
Новогодний подарок от фотографа Евгении Арбугаевой – попугай Кеша. Кеша, названный в честь героя знаменитого мультфильма, составляет Короткому компанию за обедом на старой метеостанции.

Канин Нос | 68°39’31” С.Ш. | 43°16’16” В.Д.

TA-24926_20190202_00455.jpg
«Я привезла гостинцев – фрукты и шоколад, – рассказывает Арбугаева. – Такие мелочи в Арктике на вес золота. Метеоролог и хранительница маяка Евгения Костикова завернула яблоки в газету, словно хрустальную посуду, – чтобы не замерзли».

Герои другой главы – молодая пара, Евгения Костикова и Иван Сивков. Они работают на метеостанции в другом далеком уголке России, на мысе Канин Нос, где встречаются Баренцево и Белое моря. Врачи, если бы они понадобились, смогли бы прибыть сюда только на вертолете, а из-за плохой погоды санрейс можно ждать неделями. Я отправилась к ним в январе – это время самых сильных метелей, когда все вокруг окрашено в белый цвет, и на фотографии можно зафиксировать нежные полутона розового и бирюзового. На фоне стихии все кажется хрупким – и жизнь, и отношения. Абсолютная степень изоляции: ты один на один с любимым человеком, никого нет вокруг на сотни километров. Это испытание для очень сильных людей.

TA-24926_20190129_00317.jpg
Костикова и Сивков собирают образцы, чтобы замерить соленость морской воды. С ними верный пес Дракон.
TA-24926_20190213_01305.jpg
«Край земли» – такую надпись хранитель маяка Иван Сивков сделал на стене своей кладовой. Кладовая находится рядом с местом швартовки ледокола, который каждое лето привозит припасы для маяка и метеорологической станции Канин Нос.
TA-24926_20190205_00843.jpg
Пара пробирается к маяку, который словно парит в воздухе во время пурги. Это один из немногих оставшихся в Арктике маяков. Сегодня в подобных строениях нет необходимости: многие суда оснащены современными навигационными системами.
TA-24926_20190216_01438.jpg
Костикова читает книгу, греясь у маленького радиатора. Когда Женя была маленькой, подруга семьи рассказывала ей про то, как работала на полярной станции в молодости. Она вспоминала это время как самое счастливое в ее жизни. Женю заинтересовали эти рассказы. В 19 лет Евгения получила работу на своей первой полярной станции.

Энурмино | 66°57’15” С.Ш. | 171°51’53” з.Д.

TA-24926_20191023_13759.jpg
«Когда нас окружили моржи, балок ходил ходуном, – рассказывает Арбугаева. – Они ревели так громко, что ночью было сложно уснуть. Домик даже нагрелся от тепла моржовых тел. Это крупнейшее в мире лежбище тихоокеанского моржа; порядка 100000 особей вышло на берег: из-за глобального потепления моржам не хватает морского льда, где можно отдохнуть во время миграции».

...Готовя следующую главу, я жила в чукотском селе Энурмино. Когда здешние охотники добывают кита или моржа, они всегда мысленно просят прощения у них и у моря за то, что забрали его дитя. Это глубинное ощущение принадлежности всех живых существ одному началу мне, выросшей в Якутии, хорошо понятно. Хотя чукчи в Энурмино сейчас не практикуют шаманизм напрямую, духи предков, земли и моря чтятся здесь до сих пор.

TA-24926_20190422_06515.jpg
Николай Ровтын погрузился в мысли после рассказа о жене, с которой они жили здесь, на заброшенной метеостанции, до самой ее смерти в прошлом году. Николай помнит время, когда он ребенком жил с семьей в яранге – это было до того, как советская власть начала строить дома в Энурмино.
TA-24926_20180904_03553.jpg
Череп моржа на столе в гараже охотника. Мясо морских животных – главная еда чукчей, которым выделяют ежегодные квоты на добычу моржей и китов. Охотники пользуются как традиционными гарпунами, так и современными ружьями.
TA-24926_20180910_04771.jpg
Вика Таеном в камлейке, чукотской одежде. Вика репетирует народный танец в доме культуры Энурмино. Многие танцы имитируют движения животных (этот, например, повторяет полет птиц – гусей, уток, чаек).
TA-24926_20180910_05903.jpg
С приходом ночи охотники идут домой; только что они добыли серого кита. По обычаю, возвращаясь с охоты, люди молчат, мысленно прося прощения у животного, объясняя, почему охота была необходима.

Диксон | 73°30’31” С.Ш. | 80°23’32” В.Д.

TA-24926_20181211_02718.jpg
«Я представила, что играет музыка, а звезды мерцают ей в унисон, когда впервые вошла в эту тихую комнату, – рассказывает Арбугаева. – Но затем я услышала, как ветром захлопнуло двери в коридоре, потом какие-то странные скрипы. Мне послышались чьи-то шаги... и я побежала».

Я давно мечтала запечатлеть мистику полярной ночи и долго искала место, где она показалась бы во всей красе. Остров Диксон в Карском море, с его домами-призраками, стал таким местом. Западная часть поселка Диксон, который в 1980-х называли столицей советской Арктики, после развала СССР была заброшена: около 500 человек живут лишь в восточной, материковой части поселка.

Первые недели я бродила по темному пустому поселку и уже было отчаялась сделать стоящие снимки, как вдруг однажды все небо зажглось северным сиянием, окрасив Диксон в фантастические оттенки зеленого цвета. Сияние было самое красивое из всех, что я видела в жизни. Оно пылало низко-низко – казалось, что можно дотронуться до его неоновых иголок, – гуляло по улицам поселка, залетало в разбитые окна домов, витало в пустых комнатах. Всю ночь я гонялась за сиянием. Позже, в кровати, я долго не могла уснуть: закрывая глаза, я все еще видела его свет. 

TA-24926_20181205_02461.jpg
Вьюга кружит у заброшенных зданий на острове Диксон. Когда-то здесь был форпост Заполярья. После распада Советского Союза эта часть поселка Диксон опустела.
TA-24926_20181212_02817.jpg
Северное сияние заливает чарующим светом памятник на площади заброшенного поселка на острове Диксон. Монумент воздвигнут в память о солдатах, которые в Великую Отечественную войну обороняли порт от немецкого флота.
TA-24926_20181211_02694.jpg
Последние ученики этой школы давно стали взрослыми. Но их учебники все еще лежат здесь раскрытыми, словно время остановилось. Арбугаева две недели ждала среди темноты и ненастной погоды, пока северное сияние не осветило поселок так, чтобы можно было сделать фотографии.
TA-24926_20181211_02690.jpg
Самодельная кукла на подоконнике в заброшенной школе в Диксоне. В свои золотые годы, в 1980-е, поселок был символом советских полярных амбиций, тогда его населяло около 5000 человек. Последний дом в островной части поселка опустел в 2013-м.
42-43.jpg
Чтобы рассмотреть карту, разверните и приблизьте картинку
рекомендации
Солнце

Уйти в закат: лучшие виды Нижнего Новгорода

Звезда

Профессия: охотники за бабочками

Вопросительный знак, вопрос

Тест о странных звонках в колл-центр: угадайте, правда или вымысел?

Фотоаппарат generic icon

Особенности ночной пейзажной фотографии

None